наверх, а потом запрыгну сам.
Она уставилась на диск:
— Мог бы просто меня столкнуть.
— Мог бы, но я же не козел, — сказал я, махнув ей рукой. — Давай, Алли.
— Ничего глупее в жизни не делала.
Она ухватилась за веревку обеими руками и встала на свою половину круга.
Помоги нам Бог, если когда-нибудь мы с ней решимся на банджи-джампинг[11].
— Вот умница.
Я встретился с Алли взглядом, уперся пятками в землю и попятился, потащив ее вверх по склону.
— Я не спрыгну, пока ты не захочешь.
— Насколько я помню, ты говорил в том смысле, что мне это будет нужно, — пробормотала она.
— И кто тут теперь отпускает шуточки про секс? — ответил я, сдержав улыбку. Мы подошли к месту старта. — Скажешь мне когда.
Она сделала глубокий вдох, потом еще раз, и еще один, а затем покрепче ухватилась за канат.
— Как я узнаю, когда нужно отпустить канат, чтобы не грохнуться на берег?
— Я тебе скажу.
— Ладно. Поехали, — кивнула она.
— Уверена?
Я приготовился.
— Вперед! — приказала она.
Я подпрыгнул, уперся обеими ногами в диск, и мы полетели вниз со склона.
Алли вскрикнула. Я отпустил канат одной рукой и обхватил ее за талию. Мы миновали берег и понеслись над озером. Я подождал, пока вода не стала темно-синей — а значит, достаточно глубокой, — и крикнул:
— Давай!
Как только она разжала руки, я сделал то же самое, и мы полетели.
Мы устремились навстречу озерной глади. Я задержал дыхание, и мы нырнули. Вода поглотила нас, захлестнув с головой. Перед самым нырком я убрал руку с талии Алли и схватил ее за руку.
Я вынырнул секундой раньше нее.
Она глотнула воздуха. Я выпустил ее руку, чтобы она держалась на воде сама. То, что стало для меня обычным делом, она воспринимала совсем иначе.
— Это было… — Она встретилась со мной взглядом и широко улыбнулась. — Просто невероятно!
А потом рассмеялась.
И я влюбился в нее снова. Не в эту тихую, рассудительную девчонку, которой она была, и не в подругу, которую я предал, а в женщину, которой она стала, — красивую и сильную, в шрамах, но все равно смеющуюся.
Она бросилась ко мне, обвила руками за шею и прижалась к моим губам.
Держа нас на плаву, я наклонился к ней и целовал до изнеможения. Я готов был застонать от ее вкуса, от восхитительного скольжения ногтей по моей шее, от жара ее тела, прижатого к моему.
Она охнула, и от этого звука я возбудился в ту же секунду.
По спине прокатилась волна желания. Я обхватил ее затылок, а она обвила меня ногами за талию, предоставив мне держать на воде нас обоих. Никогда я так не хотел никого и ничего. Я целовал ее, словно она была воздухом, а я все последние десять лет пытался выплыть на поверхность.
— Эй! Тут вообще-то дети! — крикнул Гэвин.
Алли отстранилась, тяжело и учащенно дыша.
К черту планы на день, веду ее прямиком обратно в домик!
Видимо, она прочла это намерение в моих глазах, потому что в ее взгляде вспыхнул огонь. Она высвободилась и не спеша поплыла к берегу.
Я ринулся за ней, молясь, чтобы вода остудила мое возбуждение настолько, чтобы не травмировать неловким зрелищем родных на всю оставшуюся жизнь. Я почти потерял голову, но к тому времени, как мы выбрались на берег, снова выглядел прилично.
Мы выбрались из озера на пляжик под обрывом. На мгновение мы скрылись у всех из виду. Я притянул ее к себе. Она положила руки мне на грудь, но не оттолкнула.
— Я тебя хочу, — сказал я, прижавшись лбом к ее лбу. — Я сделаю все, что угодно, лишь бы быть с тобой, удержать тебя… лишь бы у нас все получилось. Я ни разу в жизни не чувствовал ничего более настоящего.
У нее перехватило дыхание.
— Ничего у нас не выйдет. Я же вернусь в Нью-Йорк.
— Мне все равно. Сейчас ты здесь. Подари мне свое сейчас, — сказал я и крепче обнял ее за талию. — Скажи, что и ты это чувствуешь.
Она зажмурилась и кивнула:
— Чувствую. Все по-настоящему.
Боже, благодарю тебя.
Над нашими головами пролетел силуэт, и мы обернулись. Джунипер пролетела над озером, спрыгнула с тарзанки с радостным воплем и нырнула в воду почти без брызг. Сверху раздались одобрительные крики Мэйсона и Мелоди.
— Ей же не разрешали нырять, когда в воде никого нет, — пробормотал я, уставившись на поверхность озера.
Джун не вынырнула сразу. Я нахмурился и начал отсчет, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом.
— Хадсон, — прошептала Алли, убрав руки с моей груди, когда я досчитал до девяти.
Я развернулся и бросился в воду. На счет двенадцать вода уже доходила мне до пояса.
— Хадсон! — закричала где-то над нами Кэролайн.
— Стой здесь! — крикнул я Алли и нырнул.
Глава двадцать четвертая. Алли
Танцвщц6701:Ну дела, корона упала… Жаль, @СестрыРуссо4, но это полный провал. Пора уступить место другим.
Сердце бешено колотилось. Хадсон разрезал воду, как нож. Я никогда не видела, чтобы он так быстро плавал.
— Если ты там, наверху, ей не помешала бы помощь, — прошептала я Лине.
Голова Хадсона поднялась и исчезла под водой примерно там же, где Джунипер.
Я обхватила себя руками так, будто это могло облегчить тяжесть, которая давила все больше с каждой секундой, пока он был под водой. Он делал это каждый день. Он плавал при шести- и десятиметровой зыби. Раз он отыскал в воде того капитана, который посреди океана спрыгнул с корабля, Джунипер в озере он точно найдет. Он обязан.
По крутой тропинке слева посыпались комья земли. Гэвин пронесся мимо меня прямиком в воду. Кэролайн, спотыкаясь, спустилась и остановилась рядом со мной.
— Она в ярко-оранжевом, — прошептала Кэролайн, сцепив руки. — Хадсон всегда говорил, чтобы она плавала в ярком на случай…
Я шагнула ближе и обняла ее за дрожащие плечи.
— Триста пятьдесят, — напомнила я ей. — По всей стране всего триста пятьдесят человек, которые умеют так, как Хадсон. Он ее вытащит.
С паникой я обошлась так же, как с болью, — спрятала глубоко внутри.
Не было такого мира, где Хадсон позволил бы своей — нашей — племяннице утонуть. Он просто не мог этого допустить.
— Сколько времени прошло?
Я погладила Кэролайн по плечу, не отрывая взгляда от поверхности воды.
— Она очень долго может задерживать дыхание. У нас дома она плавала с Хадсоном — я видела, как она продержалась дольше минуты.
