следует понимать как общество знания, управляемое и организованное по капиталистическим принципам, <…> как такой вид капитализма, в котором знание является основным источником стоимости, откуда и вытекает его противопоставление капитализму промышленному»530.
Одной из ключевых перемен в обществе когнитивного531 капитализма называют преобладание нематериального труда.
Что понимается под нематериальным трудом? И как соотносится этот труд с процессом накопления? С позиций неолиберальной идеологии нематериальный труд, интеллектуальные ресурсы, знания – это характеристики одного из этапов экономического развития. И по своему предназначению эти, казалось бы, принципиально отличные, «нематериальные», феномены все так же служат капиталу и направлены на его накопление. Однако существует и другой взгляд на предназначение нематериального труда и его роль в общественном развитии.
Так, французский социальный мыслитель А. Горц, признавая значимость нематериального труда в формирующемся обществе знания, обращается к дихотомии нематериального труда как средства накопления и нематериального труда как средства культурного трансформации и преодоления кризисных процессов современного общества.
Этой теме посвящен ряд работ философа, в том числе монография «Нематериальное. Знание, стоимость и капитал» (2003). В предисловии к ней он пишет: «Осознание того, что знания стали важнейшей производительной силой, вызвало перемены, подрывающие значимость ключевых экономических категорий – труд, стоимость, капитал – и указывающие на необходимость создания новой экономической теории»532.
Горц утверждает, что мы живем в переходный период, когда существуют одновременно несколько способов производства. Промышленный капитализм, ориентированный на использование больших объемов овеществленного постоянного капитала все быстрее сменяется капитализмом постмодерна, для которого сущностным является использование так называемого нематериального капитала («человеческий капитал», «капитал знаний», или «интеллектуальный капитал»)533.
Особенностью современного процесса труда становится то, что его уже невозможно измерить заранее заданными мерилами и нормами. «Сейчас уже нет возможности объективно определить задачу и оценить результат по отношению к поставленной задаче, – пишет Горц. – Результат зависит непосредственно от людей»534. Для его достижения от людей требуется самоотдача. Человек, работник становится субъектом своего труда, обеспечивает производство самого себя, постоянное самосоздание. Качества, которые в условиях новой экономики знания требуются прежде всего и которых невозможно добиться по приказу, – это умение справляться с непредвиденными ситуациями, распознавать и решать проблемы. «Руководство посредством целей» – вот один из передовых методов управления: перед сотрудниками ставятся цели и им самим предоставляют решать, как этих целей достичь.
По мнению Горца, решающим фактором для эффективности новых видов труда становятся не научно-технические знания исполнителей, а их способности общаться и кооперироваться с другими, способности, относящиеся к общей культуре. В этом состоит важное различие между работниками мануфактур или заводов, управлявшихся по тэйлоровской системе, и работниками эпохи постфордизма. Первые должны были отбросить свою общую культуру, умения и навыки, чтобы подчиниться отупляющему, оболванивающему разделению труда с его бесконечным повторением одной операции. Вторые привносят в производственный процесс весь свой культурный багаж, приобретенный в играх, командных состязаниях, конфликтах, дискуссиях, в занятиях музыкой, через участие в театральных представлениях и пр. Эта их личная сущность вовлекается в трудовой процесс и эксплуатируется535.
Деятельность самосоздания стала необходимой гранью всякой нематериальной трудовой деятельности, и она мобилизует те же способности и те же личные склонности, что и свободная деятельность в нерабочее время. В этом смысле можно говорить о тотальной мобилизации способностей и склонностей, включая чувства и эмоции.
Крупные фирмы стремятся превратить отношения трудового найма в отношения участия, предлагая незаменимым работникам фондовые опционы – участие в капитале и прибылях фирмы. Но чем больше труд апеллирует к дарованиям сотрудника, к его способности продуцировать самого себя, к тому, что придает ему ценность в его собственных глазах, тем больше эти способности стремятся выйти за рамки реализации лишь в пределах поставленной задачи. Работник будет постоянно стремиться доказать себе: он сто́ит больше. Он захочет проявить умения во внерабочей или побочной рабочей деятельности, которую будет считать самоцелью. Так, журналисты пишут книги, рисовальщики из рекламных агентств – картины, а компьютерщики проявляют виртуозность как хакеры и создатели свободных программ. Чтобы спасти хотя бы часть своей жизни от тотального утилитарного применения, «работники нематериального труда» начинают приписывать своим игровым, спортивным, культурным и общественным занятиям, в которых самосоздание является самоцелью, большую важность, чем работе.
При этом подчинение самосоздания капиталу натыкается на непреодолимую границу, до тех пор пока сохраняется различие между индивидом и предприятием. Но и эта граница исчезает, стоит лишь устранить отношение наемного труда, различие между субъектом и предприятием. Личность должна стать для самой себя предприятием, она уже не подчинена внешнему принуждению, напротив, она превратилась в собственного производителя, работодателя и продавца, и вынуждена принять на себя все принуждение, необходимое для выживания и конкурентоспособности предприятия, которым она является.
В этих условиях фирма может ограничиться наймом небольшого числа постоянных сотрудников с полным рабочим временем. Работодатель обеспечивает себе возможность значительно изменять требуемый от сотрудника объем работы, не заботясь о законном рабочем времени, социальных выплатах, увольнениях и наборе новых сотрудников536.
Теоретики и практики неолиберализма настаивают на том, что вместе с отношением найма исчезнет и безработица: «Если кто-то и окажется безработным, то только по причине недостаточной продаваемости своих знаний – недостаточной нанимаемости. Такие люди сами должны позаботиться об улучшении этого положения. Для этого служат тайм-ауты, паузы и перерывы в трудовой деятельности, а также все увеличивающееся свободное время. Workfare 24 в блэровском варианте, распространившаяся постепенно и на другие страны, отменяет пособие по безработице, превращая его в пособие на поиск работы. При этом подразумевается, что безработный обязан приобретать знания, более востребованные на рынке, чем те, которыми он уже обладает. Самосоздание становится таким же “job”, как любая другая работа»537.
Однако успехи этой политики в борьбе с безработицей, ненадежностью существования и прерывностью трудовой занятости весьма скромны, поскольку главная ее цель – усилить господство капитала над трудящимися и внушить людям, что они сами виноваты в том, что остались без работы, более того, что рабочее место нужно им самим для самоуважения, однако они не умеют его заслужить.
В этой связи Горц поднимает вопрос о необходимости введения пособия на существование, дискуссии о котором ведутся с 1995 г.538 Оно должно не только помочь справиться с прерывностью, ненадежностью, разнообразными паузами в трудовой занятости, но также дать людям формы самодеятельности, социальное и культурное значение которых не измеряется в экономических категориях539.
Пособие на существование приобретает смысл «покушения на ценность труда» только в том случае, если оно никого не вознаграждает и ничего не требует. Напротив, его функция – ограничить сферу создания экономической стоимости и обеспечить расширение видов
