Входят Профессор и Миссис Бэбкок, мокрые от дождя. Проходят через залу к лестнице. Ален вешает трубку. Он спокоен, улыбается.
Они говорят, мадам, что теперь уже совсем скоро.
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Да, но нам пора уходить. В котором часу проходит автодрезина?
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. Ну вот, видите…
Ален уходит.
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Бедные старички, совсем промокли…
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. Все обстоит не так серьезно, как мы себе представляли.
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Но что же произошло?
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. В последних сводках, которые мне удалось добыть, говорится, что между Парижем и Колом-бэ-ле-дё-зеглиз курсируют вертолеты с эмиссарами. Обсуждается порядок передачи полномочий на законных основаниях.
Входит Ален.
Парламент старается сгладить впечатление о капитуляции. Но большинство уже выразило согласие.
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Жизнь в Париже…
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. Протекает нормально.
МАДЕМУАЗЕЛЬ ЛОСПИТАЛЬЕ. А в Алжире…
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Да, многое мы себе придумываем.
АЛЕН. Я ведь говорил. Не следует драматизировать ситуацию…
Раздраженный, Месье Велюз демонстративно отворачивается.
Разве я не обещал, что все хорошо закончится?
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Да… Держите. Это для вас. А это для грума. А двум крошкам с этажа я уже дала.
АЛЕН. Благодарю, мадам. Грума нам, пожалуй, не найти, мадам. Но ничего, я сам багаж спущу. (Уходит.)
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Мы к нему привыкли. Он очень услужливый. Вот и дождь кончился… Который час?
МАДЕМУАЗЕЛЬ ЛОСПИТАЛЬЕ. Небо голубое…
Входят Профессор и Миссис Бэбкок, успевшие переодеться в сухое, и садятся за столик.
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. Удивительно! Чтобы гроза такой силы…
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. И без грома.
МАДЕМУАЗЕЛЬ ЛОСПИТАЛЬЕ. Но небо было, не знаю, заметили вы или нет, как при пожаре.
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Стало быть, дорогой месье, вы решили задержаться…
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. Да, до завтрашнего дня. Миссис Бэбкок (улыбается в сторону Миссис Бэбкок) была так любезна, что похлопотала за меня перед начальником экспедиции, который согласился…
МАДЕМУАЗЕЛЬ ЛОСПИТАЛЬЕ. Они пустят вас на строительство?
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. Да… Жалко, что вы уезжаете…
Входит Лаура с конвертом в руках.
Может, стоит отложить ваш отъезд до завтра?
МАДЕМУАЗЕЛЬ ЛОСПИТАЛЬЕ. О, мама…
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Мы уже столько раз его откладывали!
МАДЕМУАЗЕЛЬ ЛОСПИТАЛЬЕ. Но ведь никто и нигде нас не ждет!
Лаура озирается по сторонам. Руки у нее дрожат.
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Ну нет…
МАДЕМУАЗЕЛЬ ЛОСПИТАЛЬЕ. Я знаю, что ты терпеть не можешь менять свои решения…
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Снова распаковывать багаж?
Входит Эмилия. Поколебавшись, Лаура направляется к ней и протягивает ей сложенный листок бумаги.
ЛАУРА. Взгляните…
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ (улыбается). Когда я узнал, что это Эгисф и Клитемнестра, я не смог отказаться… Эта парочка мне интересна.
ЭМИЛИЯ(раскрывая свой лорнет). Боже мой! Что это?..
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. В каком плане?
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. В профессиональном, если хотите! Вот уж мог бы быть процесс!..
ЭМИЛИЯ. Жак?
ЛАУРА. Жак. (Забирает листок из рук Эмилии.)
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. Представим себе на минуту, что они не были убиты, а предстали перед судом.
В дверь поочередно заходят Лилиана, Джуди, Иветта, Кристоф и Патрокл, вымокшие до нитки, грязные, дрожащие от холода, стучащие зубами. Дружно отряхиваются.
Обвинительное заключение, конечно же, удручающе. Господа присяжные заседатели, эти двое, что предстали перед вами, — любовники, предававшиеся разврату. Того, кто был ее мужем, они коварно завлекли и убили в ванне. Но это еще не все. Они закололи кинжалом молодую и беззащитную женщину, мать маленьких близнецов. Может быть, вы думаете, что палачи пощадили хотя бы этих малюток? Нет, ответ ужасен, и вы его знаете…
Лилиана распускает Иветте корсет.
ЛИЛИАНА. Кристоф, было бы неплохо, если бы ты заказал грогу. Быстренько поднимайтесь к себе, дети мои, и переодевайтесь. Душ примите. Если есть горячая вода. И как следует обсушитесь. Не хватало еще простудиться.
Входит Ален с двумя чемоданами. Джуди и Иветта, грязные, жалкие, измученные, спешат к лестнице.
МАДЕМУАЗЕЛЬ ЛОСПИТАЛЬЕ. Мама…
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Голубушка моя… Ты хочешь остаться…
Лаура подходит к Алену.
ЛАУРА. Ален… (Протягивает ему бумагу.)
ЛИЛИАНА (Кристофу, с улыбкой). В результате не так уж плохо все и прошло…
КРИСТОФ. Да… Сколько взять грога? (Алену.) Гарсон…
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ(Алену). Портье! Мы хотим остаться еще на одну ночь. До завтрашнего утра.
Звонит телефон. Ален снимает трубку.
АЛЕН. Отель «Ифигения». Я слушаю. Алло! Да, заказывал Париж… (Вешает трубку, бесшумно направляется к Лауре, которая стоит, прижавшись лбом к стеклу, и щиплет ее за ляжку.) Тсс! Красавица моя… Ну, что скажешь? Видела фокус? Толстуха Гермиона укрощена и умиротворена. Никогда прежде нам не подавали столь грамотно приготовленного картофеля…
ЛАУРА. Ален…
АЛЕН. У папаши Эрика прямо руки опустились. (Поворачиваясь.) Да, мадам?
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Мы остаемся еще на одну ночь.
Входит Пьеретта. Лаура делает ей знак подойти, протягивает бумагу.
АЛЕН. Еще на одну ночь?
Входит Эрик.
Вы не видели Жака? Пять порций грога. Пять. Вот для этих господ.
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Не получается?
АЛЕН. Нет, все хорошо. Соединят через минуту. Линия перегружена.
ПЬЕРЕТТА. Пошел в десантники?
ЛАУРА. Так написано.
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Я про комнату на сегодняшнюю ночь.
АЛЕН. Комната на сегодняшнюю ночь?
Входят Джуди и Иветта, одна в брюках стиля «корсар» и пышной блузке, другая в белой тунике типа мужской рубахи.
Нет, мадам, не получится. Мне очень жаль, но на сегодня все комнаты заняты.
ЛИЛИАНА. Неплохо бы и нам сделать то же самое, Кристоф.
Лилиана и Кристоф уходят.
МАДАМ ЛОСПИТАЛЬЕ. Ну, видишь, Даниель. Ничего не поделаешь…
Пьеретта отводит Алена в сторону и дает ему прочесть листок.
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. Очень жаль.
МАДЕМУАЗЕЛЬ ЛОСПИТАЛЬЕ. Да… Жаль также, что появление этих вакханок прервало поток вашего красноречия.
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. Вы ироничны.
МАДЕМУАЗЕЛЬ ЛОСПИТАЛЬЕ. Вовсе нет. Я действительно нахожу вас красноречивым.
МЕСЬЕ ВЕЛЮЗ. Мы остановились на обвинительном заключении. Интересно было бы заслушать защиту… (Поколебавшись, но видя, что все, даже Ален и Пьеретта, наблюдают за ним, имитирует движение защелкивающихся наручников.) Господа присяжные, представшая перед вами еще молодая женщина… Вы позволите, мадемуазель? (Берет Лауру за руку, ставит два стула друг напротив друга, подзывает пальцем Алена, который ускользает, замечает Патрокла, хватает его за полу куртки и усаживает вместе с Лаурой на стулья лицом к лицу.) Если помимо воли я исторгну из вас слезы, то вовсе не по причине своего таланта, оставляющего желать много лучшего, но по причине… Ах! Не торопитесь поддаваться эмоциям, послушайте лучше сухое изложение фактов. Так вот, эта совсем юная женщина была счастлива со своим мужем и ребенком. Но однажды явились вооруженные люди и убили и мужа, и ребенка. Ее же вынудили разделить ложе с убийцей двух существ, которых любила она более всего в жизни. Со временем у нее появилось трое детей, и второй муж покинул ее, на десять лет отправившись в поход — громить и грабить. Только один раз за все время он подал о себе весть. Чтобы затребовать к себе старшую дочь под лживым предлогом ее помолвки с одним из своих друзей. Мать нарядила дочь в лучшие одежды, поцеловала, дала последние наставления. И девушка была предана закланию по приказу и на глазах собственного отца, после чего он поспешил взять себе новую наложницу из числа жительниц мирного города, только что им сожженного и залитого кровью. Когда же решился он после десятилетней резни вернуться домой, то прихватил с собой и наложницу вместе с близнецами, которых ей сделал. Как! Наша супруга тем временем взяла себе любовника?! Да, господа присяжные, и вот он перед вами. Родственник мужа. Рожденный собственной сестрой. В то время как трое его братьев были съедены отцом…
