— Нет, Уэйд, вы не можете… только не ранчо «Синяя даль»…
— Кэтлин, идите сюда. Подойдите ко мне.
— Черта с два! — Придя в ярость от того, что Баркли дал не тот ответ и тем лишил его удовольствия оставить ее исключительно на его, Трента, милосердие, Трент отчаянно старался сохранить самообладание.
Утреннее солнце засияло сильнее, поднявшись в чистом, умытом небе во всем своем блеске, и самодовольства и самоуверенности Трента как-то поубавилось. От яркого слепящего света у него заболела голова. Казалось, в ней стучит барабан. И все по вине Кэтлин. И Баркли. Все по их вине.
Потому что теперь Баркли все испортил. Вместо того чтобы почувствовать себя сломленной, Кэтлин узнала, что ковбой готов принести ради нее огромную жертву. Злоба, слившись в одно целое с болью, охватила Трента. Словно издалека он услышал голос Дрю Рейли. Торопливый и обрадованный, он начал давать указания.
— Мудрое решение, Баркли, — сказал Рейли. — Подпишите документы, передайте их сюда, и я сам приведу к вам Кэтлин.
— Черта с два! — Смоук Джексон заступил ему дорогу, когда тот уже направился было к женщине, стоявшей на коленях в пыли.
— Вы что же, думаете, я позволю ей уйти, да, Рейли? — Трент растянул рот в усмешке. — Какое решение ни принял бы Баркли, конечный результат один. Если вы этого не предполагали, значит, вы еще больший дурак, чем я думал. Она уедет со мной — теперь и навсегда. Вы были орудием, и ничем больше, а теперь, — холодно добавил он, — вы уже бесполезны.
Рейли побледнел.
— Мы договорились. Если вы нарушите наш договор, я… у меня не останется выбора, как только сейчас же прекратить помогать вам и сотрудничать с вами…
— Это меня вполне устраивает, Рейли. Вы больше никоим образом не являетесь частью этого предприятия.
Дрю скривился, его лицо стало еще краснее от негодования.
— Предупреждаю вас, Доминик, что если вы вызовете Кэтлин в суд, я употреблю свое влияние, чтобы дискредитировать вас и все, что вы…
Трент поднял пистолет, который держал у головы Кэтлин, и нацелил его на Рейли.
Прогремел выстрел, и тот упал замертво. Кэтлин вскрикнула, и тут все смешалось, слившись в едином вихре стрельбы, криков боли и свиста пуль, — на лужайке началось настоящее сражение. С быстротой молнии Уэйд выхватил спрятанный за голенищем пистолет. Он и Смоук Джексон выстрелили друг в друга одновременно.
Пуля попала наемному убийце в живот, и он опрокинулся навзничь, рухнув на землю, как дуб, подрубленный под корень. Но похолодевшая от ужаса Кэтлин увидела, что Уэйд тоже упал и кровь хлынула из его груди, заливая одежду.
— Нет! — С криком она вскочила на ноги и бросилась к Уэйду, увидев, что Доминик Трент целится в него, неподвижно лежащего в луже крови.
Раздумывать и колебаться было уже некогда. Она накинулась на Трента и ударом отбросила его руку в тот момент, когда он нажимал на курок. Пуля ушла в сторону, а потом они с Трентом оба оказались на земле, и он попытался подмять ее под себя.
Но Кэтлин двигало отчаяние, сознание своей правоты и… любовь. Она вывернулась, сцепила вместе руки в наручниках и ударила Трента прямо в лицо двумя кулаками сразу. Он хрюкнул от боли, на мгновение откинулся на спину, но потом медленно поднялся.
— Вы заплатите за это, моя красавица, за это и за все остальное! — Маска самодовольного холодного презрения спала с него, и наружу вырвалась отвратительная животная злоба. — Вы и ваш неотесанный ковбой — вы оба мне заплатите!
Но тут их обоих заставили обернуться неожиданно раздавшиеся выстрелы. Кто-то выстрелил в Пилтсона с высокой скалы над Волчьей пещерой. Мнимый шериф повалился ничком, успев при этом тоже выстрелить.
Кэтлин взглянула вверх, на высокую скалу, но солнце светило ей прямо в глаза, мешая узнать стрелявшего, ей удалось только рассмотреть, что это был высокий темноволосый человек, — она могла бы поклясться, что это Уэйд. Но Уэйд лежал раненый в двенадцати футах от нее, истекая кровью. И вдруг она поняла — это Ник!
И вновь все силы ада вырвались на волю, и на лужайке загремели выстрелы. Пилтсон и Ник Баркли опять обменялись выстрелами, а следующее, что увидела Кэтлин, — Трент тоже целится в Ника.
Все произошло так быстро, что Кэтлин потом так и не сумела вспомнить все подробности. Она заметила пистолеты Уэйда, валяющиеся на земле, и не долго думая схватила один из них и крепко сжала обеими руками. Пока Трент, прищурившись против солнца, брал на мушку Ника, отлично видимого на скале, Кэтлин подняла тяжелый пистолет и со всей силы опустила его на голову Трента.
Раздался жуткий треск, и Трент упал лицом вперед.
Тут же послышался выстрел. Пилтсон вскрикнул и тоже упал. Его дородное тело корчилось под солнцем.
Кэтлин, не теряя времени, подлетела к Уэйду. Глядя на его посеревшее лицо, она забыла о своих страданиях и боли. Большая лужа крови уже собралась под его распростертым телом.
— Уэйд! О нет, Уэйд, пожалуйста! — Она задыхалась. Чувство безысходности, страх и невозможность поверить в случившееся охватили ее.
Он лежал неподвижно, так неподвижно! Неподвижно, как мертвый.
— Не смей умирать! — Кэтлин изо всех сил старалась не потерять сознание, глядя, как кровь окрашивает его рубашку, алой струйкой стекая вниз.
Она огляделась, ища, чем остановить кровотечение, и вспомнила о своей шали, оставшейся в коляске. Бросившись со всех ног туда, Кэтлин схватила шаль, сразу же вернулась и попыталась остановить кровь.
— Уэйд, послушай меня. Ты не можешь умереть! Я не позволю!
— Все… такая же властная и… своенравная, как всегда… — Шепот его был таким тихим, что казалось, ей это почудилось. Потом он медленно открыл глаза. Она приникла к нему, в душе ее вновь родилась надежда.
— Да, это я, Уэйд. Властная и своевольная. И я велю тебе — приказываю: не покидай меня, останься со мной.
— Никогда я… не покину тебя.
— Правильно, милый, не покинешь.
Нужно остановить кровотечение, и с Божьей помощью попробовать отнести его в повозку и отвезти в город. Ему нужен врач, и немедленно. Кровь промочила ее шаль и запачкала дрожащие пальцы.
Ужасная мысль о том, что жизнь капля за каплей вытекает из него, вызвала у нее слезы.
— Ты… плачешь.
— Не важно.
— Ты… никогда не плачешь. Он… сделал тебе больно?
— Нет, Уэйд, со мной все в порядке. Я сейчас подгоню коляску Рейли. Нужно отвезти тебя в Хоуп.
— Не… уходи. Мне нужно сказать тебе…
— Я сейчас вернусь, обещаю. — Кэтлин говорила с жаром, глотая слезы.
— Нет. Послушай меня. Я… люблю тебя.
Его слова вытеснили охватившее ее ощущение беспомощности, и слезы ее полились быстрее.
— Я тоже люблю тебя, но мне нужно подвести…
