– Я Кэди Лон… – начала было представляться Кэди секретарше в приемной, но женщина не дала ей закончить и сразу обрушила на нее поток слов:
– Да, пожалуйста, проходите, мистер Фаулер ждет вас. Могу я предложить вам кофе? А может быть, чай? Или хотите, чтобы мы для вас что-нибудь заказали?
Едва Кэди успела отрицательно ответить на все эти предложения, как огромные двустворчатые двери с богатыми медными украшениями распахнулись и на пороге появился высокий, симпатичный седовласый мужчина в отличного качества костюме-тройке.
– Кэди. – Он буквально выдохнул ее имя, словно этой минуты ждал всю свою жизнь.
– Вы мистер Фаулер? – не веря своим глазам спросила она, поскольку никак не могла признать в этом элегантном джентльмене вчерашнего телефонного крикуна. Этот человек выглядел так, словно он кинозвезда 30-х, образ которых обычно ассоциируется у всех с Кэри Грантом.
– Билл, – представился мужчина и, положив ладонь ей на спину, провел ее в кабинет, увидев который, Кэди невольно охнула. Больше всего это напоминало, пожалуй, библиотеку в английском поместье: все в темно-зеленых и бордовых тонах, стены обшиты деревянными панелями. На стене висела картина, которая, похоже, принадлежала кисти Ван Гога.
– Могу я вам что-нибудь предложить? Хотя бы что-нибудь? – спросил он.
Кэди постаралась превратить его вопрос в шутку.
– Может, новые туфельки? – улыбнулась она, садясь на прелестный темно-зеленый диванчик. Он тепло улыбнулся ей в ответ.
Усевшись, Кэди посмотрела на нового знакомого. Никогда в жизни она не сможет назвать его Биллом.
– Будьте любезны, объясните мне, в чем все-таки дело?
Он еще секунду стоял рядом, возвышаясь над ней, потом сел в кресло напротив и кивнул в сторону аккуратной стопки бумаг на старинном кофейном столике.
– Должен признаться, что у меня никогда не было клиента, который вызывал бы у меня такое любопытство, как вы. Я ничего не знаю о вашей связи с женщиной, которой нет в живых уже почти целый век. Знаю только, что вы вышли замуж за ее внука, но будь это правдой, вам должно было быть около ста лет. – При этих словах он ухмыльнулся и посмотрел на нее так, что Кэди не сомневалась – это лучший из его взглядов, предназначенных, чтобы вызывать полное доверие клиента.
Кэди слегка улыбнулась ему в ответ, но она вовсе не намеревалась рассказывать ему о том, что с ней приключилось.
– Ну ладно, не буду настаивать. – Он снова хмыкнул. – Нет, может, мне следовало бы немного полюбопытствовать, но, по-моему, это ни к чему не приведет. Если вы хотя бы в половину так скрытны, как все остальные Джорданы, я ничего не узнаю.
Кэди начала было говорить, что она вовсе не Джордан, но замолчала. Чем меньше она говорит, тем быстрее отсюда выберется, вернется в отель и начнет звонить по поводу приглашений на работу. Некоторые из них поступили больше трех месяцев назад, Грегори перехватил их и спрятал. Теперь Кэди не знала, действительны ли еще эти предложения.
– Думаю, нам следует начать вот с этого, – сказал адвокат и вручил ей пожелтевший от времени конверт, перевязанный ленточкой и скрепленный красной сургучной печатью.
Еще не взяв его в руки, Кэди догадалась, что это послание от Рут, и ей пришлось прищуриться, чтобы скрыть набежавшие вдруг на глаза слезы. Как больно думать, что женщина, с которой она встречалась всего несколько недель назад, мертва уже так много лет. Кэди порой казалось, что она откроет дверь, а там стоит Рут. Иногда она думала: «Я обязательно должна рассказать об этом Рут», – и испытывала боль, когда понимала, что женщины, которую она полюбила, давно уже нет в живых.
Кэди опустила конверт на колени и посмотрела на сидящего напротив мужчину.
– Вам ничего не нужно, чтобы убедиться, что я действительно та, за кого себя выдаю?
Улыбнувшись, он вытащил несколько листов бумаги из толстой кожаной папки на полу рядом со столом и передал их девушке. Кэди увидела, что пожелтевшие страницы покрыты зарисовками в карандаше и туши – она и Рут, множество сценок с полудня до глубокой ночи тех суток, что они провели вместе. Вот они идут рядом, разговаривают, смеются, сидят в тенечке во время пикника и в креслах на веранде.
– Вторая женщина – Рут Джордан? – тихо спросил адвокат, видя, как Кэди бережно перебирает странички, поглаживая их кончиками пальцев.
– Да, – подтвердила Кэди шепотом, увидев, что внизу подписано имя Джозефа, надежного слуги Рут, который прислуживал им, терпеливо ожидая, пока они наговорятся. Сколько же он услышал за ту ночь?
– Она совсем не похожа на то, как ее изобразили в «Городе, уничтоженном ненавистью», правда?
– Она была очень милой, по-настоящему милой, – только и смогла вымолвить Кэди, и когда мистер Фаулер с самодовольной улыбкой откинулся на спинку кресла, Кэди поняла, что сказала слишком много. Было совершенно очевидно: он хотел услышать хотя бы что-нибудь, чтобы понять, действительно ли она встречалась с Рут Джордан. Теперь он знал.
– Извините, – проговорил он, поднимаясь. – Думаю, вам захочется прочесть письмо от Рут в одиночестве. Когда закончите, нажмите на кнопку звонка на столе рядом с вами, и я сразу вернусь. Буду ждать, – с этими словами он вышел и оставил Кэди одну в комнате.
Она не сразу решилась открыть конверт, потому что понимала: то, что она там найдет, снова вернет ее к семейству Джорданов и городку Ледженд в штате Колорадо. Ей даже захотелось вдруг отбросить письмо, вернуться в отель и взяться за поиски новой работы. Но за ней внимательно следили глаза К. Т. Джордана.
Быстро, чтобы не передумать, она вскрыла конверт при помощи маленького серебряного ножа, который ей предусмотрительно оставил мистер Фаулер, и развернула письмо.
"Моя дорогая Кэди, Если ты сейчас читаешь это письмо, значит, ты постаралась и сумела отыскать моих потомков. Я назначила тебе крайний срок, чтобы убедиться, что для тебя это интересно. Если ты отложила бы поиски больше чем на шесть недель, значит, нельзя надеяться, что у тебя достанет любви и страсти, которая понадобится, чтобы помочь нам. Я почувствовала: шесть недель вполне достаточно, чтобы ты поняла, что не можешь любить Грегори. Если бы ты его любила, тебя бы к нам не отправили.
Если же ты читаешь сейчас эти строки и встретилась с моей семьей в течение этого срока, я передаю тебе полный контроль над всем состоянием моей семьи.
У Кэди оборвалось дыхание. Нет, то, что она сейчас прочла, не может быть правдой. Она снова посмотрела на письмо.
Может, я ничего тебе не оставила. То, что я вижу сейчас, означает, что моя семья может быть бедна. Но если мои потомки хотя бы немного похожи на моего сына Коула Тарика, я очень в этом сомневаюсь. Предполагаю, что теперь ты очень богатая молодая женщина.
