— Да ничего я не думала! — Я почувствовала, как щеки заливает румянец. — И вообще! Какое мне дело до ваших страшилок и всяких там Пепельных? Я вообще вон Ника люблю и хочу, чтобы он стал моим мужем!
— Да я-то вообще-то не против! — Голос, знакомый до дрожи в коленях, заставил меня оцепенеть. Тетя — предательница — покосилась на что-то (кого-то) за моим плечом и, многозначительно улыбаясь, отключилась. Горячие руки тяжело легли мне на плечи. — Только надо сперва колечко найти…
Спрятав за пазуху ставшее бесполезным зеркало, я стремительно развернулась и накинулась на улыбавшегося Никиту:
— И давно ты тут подслушиваешь?!
— И в мыслях не было! — Его улыбка стала шире. — Я едва не налетел на тебя. Где ты была? Я все обыскал, возвращался в пещеру за помощью, а тут ты словно из воздуха появилась! Да еще говоришь такие невероятные, но приятные вещи…
— И не мечтай! — фыркнула я, чувствуя, как полыхают пламенем щеки (не хуже чем у Феникса горят!). — Чего только не скажешь, чтобы успокоить любопытную тетю!
Развернувшись, я, не думая, куда иду, уже собралась свернуть за уступ, но Ник в два шага догнал и, схватив за плечо, указал куда-то вверх:
— Пещера-то вон она! Хватит вокруг горы круги наворачивать.
Я невольно вскинула голову и в который раз подивилась похожести и непохожести миров. Если в том отражении были широкие крепкие валуны, то в этом мире их заменил широченный высокий ствол высохшего дерева, чьи обломанные толстые сучья очень напоминали ступеньки и выполняли роль лестницы, с легкостью выдержав даже Борьку. Они вместе с Афанасием теперь сидели на краю пещеры и, свесив ноги, внимательно наблюдали за нами.
Змей первым сообразил, что их засада раскрыта, и растянул в жуткой улыбке пасть.
— Прошу всех! К нашему шалашу… Что-то вы, Василиса Еремеевна, задержались! Поднимайтесь! Мы и костер развели…
— Тока под ноги смотри и держись крепче… — Ну конечно! Как же мое перевозочное средство да промолчит? — А то я, когда лез, веточку надломил… Не помню какую… кажись, третью снизу…
Третья снизу — это которая метрах в двух над моей головой? Тут бы еще до первой дотянуться… Змею-то хорошо! Он в эту пещеру и залететь сможет, а вот гостям хуже…
Но не успев как следует оценить масштаб подвига, который мне требуется совершить, я вдруг почувствовала, как руки Ника бесцеремонно сжали меня за бока и, повертев, закинули на плечо. С первым же рывком земля стремительно ушла из-под ног, а желудок подкатился к горлу.
Вот только страшно было первое мгновение. Страх ушел, едва я осознала, ГДЕ лежит, поддерживая меня, жаркая ладонь Никиты.
— Руку убери!
Еще чего! Не давала я повода трогать мой зад! И пусть даже по необходимости!
— А упасть не боишься? — Мне показалось, что он улыбается.
Словно в подтверждение слов, Ник снова ухватился за сук повыше и рывком подтянулся, преодолевая оставшееся расстояние до пещеры. Его мышцы буграми перекатились где-то у меня под животом, заставив желудок снова подпрыгнуть к горлу.
— А надо? — Я справилась с волнением и зажмурилась, теперь земля мне казалась такой далекой, будто мы лезли по бобовому стволу на седьмое небо! Но ведь его не бывает? Седьмого неба? Или бывает?
— Надо. — Его пальцы на миг стиснули мои ягодицы (не иначе как в отместку) и перебрались на талию.
Вдруг он резко отстранил меня от плеча. Почувствовав, что куда-то падаю, я испуганно взвизгнула, но в следующее мгновение поняла, что упасть мне не дали, всего лишь переложили с плеча на холодный каменный пол пещеры. Острая хворостина в доказательство благих намерений впилась мне в плечо сквозь промокшую одежку.
— С прибытием, хозяйка! — Нос Борьки, шумно сопя, тут же склонился над моим лицом, обдувая теплым, пахнущим сеном дыханием. — А мы тебя ждем, ждем…
— Может, кипяточку? — Над носом Борьки появился участливый глаз Змея.
— Только внутрь, а не снаружи! — на всякий случай испугалась я. Хотя после таких приключений пугаться скоро будет неактуально!
— Дайте ей сесть! — Ник оказался рядом. Отодвинув сочувствующих, он одним движением поднял меня и придвинул к весело потрескивающему костру. — Пить хочешь?
Я с наслаждением протянула руки к пламени, только сейчас сообразив, как продрогла и устала.
— Если честно, я есть хочу! Очень!
— Вот незадача… — Змей пошуршал лежалым сеном, будто под ним могли материализоваться из отражения остатки вчерашнего ужина. — С едой беда… Воды валом, со стен капает, а вот с едой…
— А я всегда говорил, что надо переходить на экологически чистую еду, — аппетитно прочавкал Борька, нарочно подцепив губами несколько травинок. — Сено! Даже лежалое сгодится заглушить голод! Конечно, ячмень лучше всего, но за неимением…
— Не… — Я покосилась на усыпанный лошадиным «ужином» пол пещеры. — Боюсь, что у меня зубы под сено не заточены…
— Хочешь, могу ненадолго превратить тебя в кобылу. — Ник с самым невозмутимым видом поворошил носком сапога сено. — А как наешься, сразу обратно…
Я вытаращилась на него, не понимая, шутит он или говорит серьезно, пока ответом мне не стал дружный смех.
— Издеваешься? — Мои глаза недобро прищурились.
— Нет. — Ник искренне мотнул головой. — Только пытаюсь решить проблему. Мы с Афанасием и без ужина переживем, Борька наелся…
— Не вопрос! — Змей с готовностью поднялся. — Я слетаю поохочусь… — И посмотрел на меня. — Что любит кушать в это время дня принцесса?
— Все что прыгает, бегает или летает! — упростила я его задачу, но Никита решительным жестом заставил Змея сесть.
— Я сам. Хоть местность безлюдная, но надо поостеречься. Вдруг погоня за нами? От кипежных все что угодно можно ожидать! — Не слушая возражений, он решительно подошел к краю пещеры.
Один шаг в неизвестность, и Ник исчез. Я испуганно охнула и подползла к пропасти, с ужасом ожидая увидеть все что угодно, но… Никиты внизу уже не было.
— Не боись, принцесса, — успокаивающе отмахнулся Змей. — После шамаханской школы спрыгнуть со скалы и остаться целым еще не самое выдающееся умение.
— Да если бы я знала, что он пойдет тратить время на поиски еды, вообще бы даже не заикнулась, что голодна! — Я еще раз оглядела серую бесцветную равнину и такие же небеса, сливающиеся двумя серыми морями где-то на горизонте, и отползла подальше от края.
— Вообще-то мы до завтра совершенно свободны… — Змей озадаченно нахмурился. — Или… у вас были какие-то планы?
— У меня были планы! — Я покусала губы. Сказать, не сказать? — А Никита как всегда все решил первым!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
