весь этот путь. Пузырек с багряным золотом все это время хранился в кармане дорожного платья. Достав его, я откупорила пробку и подошла к Ольфу.
— Что это? Что ты делаешь, Аннабель?! — встрепенулась Кая.
— Спасаю его, — глухо отозвалась я и аккуратно влила живительное зелье в рот бывшего жениха. Вблизи на него буквально страшно смотреть. Он больше похож на труп, чем на самого себя.
Багряное золото застыло на его губах. Я замерла в тревожном ожидании. Неужели все мои попытки спасти Ольфа разобьются о его неспособность проглотить свое спасение?! Всего один глоток, один-единственный, Ольф!
Он меня услышал. Усилием воли парень сглотнул то, что находится у него во рту, и сразу же что-то в нем незримо изменилось. Цвет лица стал не таким мертвенно-бледным, черты смягчились и перестали напоминать посмертную восковую маску.
— Аннабель, объясни, что ты ему дала? — негромко спросила Кая.
— Что, что… Багряное золото! Что еще ему может помочь? — не сводя глаз с Ольфа ответила я.
— Но где ты его достала? — изумилась Кая, до конца все еще не веря мне. Я и сама не верю в происходящее.
— В императорском дворце, — ответила я откровенно.
— Что?! И тебе так просто его дали?! — подруга открыла рот от изумления.
— Ага, за красивые глаза, — мрачно пошутила я. — Смотри, раны заживают! — ахнула я. Царапины на лице начали затягиваться буквально на наших глазах. Сам Ольф уже совсем не похож на покойника, хоя прошла всего-то минута! Но щеки порозовели, глаза не западают в череп, да и его болезненная худоба куда-то исчезла.
— О, боги! — взмолилась Кая и заплакала. — Ольф, ты слышишь меня? — он подалась к нему и взяла за руку. Этот жест сразу бросился мне в глаза и показался странным. Такой нежный, трепетный, совсем не дружеский.
— М-м-м… — застонал парень. Я присела на кровать рядом с ним, с тревогой наблюдая за тем, как к нему возвращается жизнь. Ольф приоткрыл глаза, но в его взгляде нет ни капли сознания. — Кая… — простонал он, глядя в потолок. — Кая… — прошептал он и вновь провалился в забытье.
Внутри меня как будто лопнула невидимая струна. По сердцу ударил вопрос — почему Кая? Почему не Аннабель? Моя подруга находится с ним лишь неделю. Неужели за это время он так сильно привязался к ней? Не понимаю… Мы трое знакомы с детства, мы выросли вместе. Но я никогда не замечала между Каей и Ольфом никакой близости. Обычная дружба, какая есть между всеми, выросшими в соседних домах.
— Ольф, ты только живи, — шептала Кая и, кажется, вовсе позабыла о моем присутствии. Она трепетно гладила руку Ольфа, на лице появилась робкая улыбка. — Только выживи, пожалуйста.
— Кая, что произошло? — сглотнув вставший в горле ком, выдавила из себя я. — Как такое могло произойти?
— Ольф был в лесу, — после паузы ответила мне Кая. Ей тяжело об этом говорить, каждую фразу приходится выталкивать из горла. Только сейчас я заметила, что она сама выглядит не лучше Ольфа. Такая же бледная, осунувшаяся, с темными кругами под глазами. Похоже, все это время Кая спала лишь урывками. — Те, кто был там, говорят, что на него напал огромный волк. В наших местах таких зверей никогда не водилось, тем более, так близко к людям. Откуда он мог взяться?! — посмотрела она на меня, как будто уже знает ответ. Я лишь отвела взгляд.
— Кто-то еще пострадал? — шепотом спросила я.
— Нет, — покачала головой Кая. — Волка интересовал только Ольф. Говорят, магия не действовала на зверя. Его смогли отогнать только метнув топоры в это чудовище. Он хотел загрызть Ольфа насмерть, но не успел, — слезы покатились по щекам Каи. Она сжала руку Ольфа еще сильнее, и в этот момент тот открыл глаза. На этот раз взгляд осмысленный.
— Где я? — прохрипел он.
— Ты дома, Ольф, — с нежностью прошептала Кая. — Теперь ты поправишься.
— Что со мной? — думаю, тот факт, что он вообще открывает рот и произносит слова, само по себе чудо. Еще пять минут назад Ольфу оставалось жить несколько часов, не больше. — Почему так болит грудь? — он смог поднять руку и коснулся ткани, которой перевязан его торс от груди до бедер.
Кая открыла было рот, чтобы ответить, но я ее опередила.
— Ты был ранен, Ольф, — произнесла я, напоминая этим двоим о своем присутствии.
— Бель? — слабо шепнул он, скосив на меня глаза. — Ты здесь?
— Да, Ольф, — выдохнула я и улыбнулась, увидев живой румянец на его щеках. — За сутки пересекла всю империю ради тебя, — рассмеялась я.
— Я думал, что уже не увижу тебя, — Ольф тоже улыбнулся, но сил у него еще мало. Он вновь обессиленно закрыл глаза.
— Ему нужно поспать, — шепнула Кая, отпуская руку моего жениха.
— Как он? — в спальню заглянула мать Ольфа и, увидев вместо живого трупа своего порозовевшего сына, ахнула. — Ольф… — она несмело вошла в комнату, будто не веря своим глазам. — Бог мой всемилостивый! Что вы с ним сделали? — она не знала, ей радоваться или ужаснуться? Даже эта женщина без магических способностей поняла, что произошло нечто невообразимое. Так просто из предсмертного состояния не возвращаются.
— Анна, объясни, что сейчас произошло? — присоединилась к ней Кая.
— Я же сказала — багряное золото, — чувствуя себя неуютно, ответила ей. — Ты сама сказала, что только оно может его спасти! — мне полагается гордиться собой, но я как будто оправдываюсь. Кая смотрит на меня, как на источник беды, а не как на спасительницу. Не на такой прием я рассчитывала.
— О, богиня! Ты услышала меня! — моя несостоявшаяся свекровь закрыла глаза и вскинула руки к потолку. — Благодарю!
Однако, Кая не спешила предаваться религиозному экстазу. Она смотрит на меня с откровенным недоверием и тревогой.
— Выйдем, — шепнула она. Матушка бросилась к сыну и принялась целовать его руки, а я почувствовала себя…чужой. Мне здесь как будто не место.
Стоило нам выйти за пределы спальни, как Кая зашипела на меня:
— Где ты его достала?!
Я опешила от той агрессии, с которой она набросилась на меня. Никогда прежде я не видела веселую и добрую Каю такой, похожей на
