в свою сторону, а люди без лиц в свою сторону. Сломав полицейскую машину, которая приехала на вызов. Как сломав, вы не рассмотрели, — Калинин потёр переносицу. Напротив него сидела пожилая женщина, которой по виду было от пятидесяти до шестидесяти лет. Остальные тоже слышали выстрелы, да и в целом было понятно, что в городе происходило что-то странное. Но более-менее осмысленные показания звучали только так. Остальные говорили, что либо было слишком темно, и вообще они думали, что это не выстрелы а чей-то салют, другие говорили, что видели лишь неясные тени. Женщина же была на улице и неподалёку. Вместо того, чтобы сбежать, решила, что смерть в перестрелке не такая уж ужасная, и теперь смотрела на следователя глазами человека, который опять выжил.
— Да. А парень ещё огнём попыхивал, — спокойно рассказала она.
— Который?
— Которого они делили.
— Что за парень-то?
— Кто ж знает…
— Описать сможете? Они ничего не говорили? Между собой? Парню? Парень что-нибудь говорил?
— На помощь звал только.
По статистике в городе не происходило ничего из ряда вон, никаких непонятных убийств, которые могли бы привлечь внимание Чертей. Но Калинин чувствовал — нельзя отмахиваться от этой истории. Это был такой шанс, какого ещё лет пять не попадётся.
* * *
Глеб спустился на кухню. Сам точно не знал за чем, просто вечерняя тяга к холодильнику. Никита сидел в гостиной на диване, на коленях — переноска с несчастной кошкой. Никуда везти кошку Ник не собирался, да и вообще частенько так сидел, приучая животное к себе. Животное выглядело несчастно, но не голосило, как раньше. Поравнявшись с диваном, Глеб остановился и небрежно спросил:
— А на самом деле ты его предупредил?
По телевизору крутили какие-то яркие мультики, вполне детские. Никита так же спокойно пожал плечами и ответил:
— Я.
Ева вышла на шум с первого этажа. Она уже поняла, что парни снова дерутся, но пистолет на всякий случай прихватила — вдруг не между собой. Остановилась у лестницы, глядя на то, как Глеб прижимал Никиту ногой к дивану, сам в это время открывал переноску и выпускал из неё кошку. Ник сопротивлялся молча и как-то вяло. Может, сил не осталось после всего случившегося. Ещё Еве показалось, что Глеб будто специально давил на рёбра, возможно именно те, что были сломаны.
— Вы с ним похожи. Точно не родственники? — хрипло засмеялся Ник, глядя, как побежала на второй этаж кошка. — Или слишком долго работаете вместе…
— Кому ещё ты звонил? — Глеб проигнорировал подколки.
— Никому.
— Как тебе после этого доверять? — по-деловому спросил Глеб. Вопрос не был риторическим, он ждал ответа, и Ник, наконец отбросив от себя его ногу, заговорил:
— Как хочешь. Только, мне кажется, что мы думали об одном и том же.
— Тебя там не было, — коротко бросил Глеб и отошёл, отпустив, наконец.
* * *
В середине февраля с кухни раздался звук — словно кто-то бил в кастрюлю как в колокол. Так как очередь готовить была Глеба, Ева решила пойти посмотреть. Даже Кристина выглянула из своей комнаты, но её тут же захлопнул вышедший на звук Глеб. Он без спешки направился вниз, Ева решила не обгонять его. На заднем дворе снова лаем залились собаки.
Ник стоял спиной к двери, смотрел в экран телефона, который держал в правой руке и бил в кастрюлю левой рукой. Ева отняла у него мелкую кастрюлю, которой он бил, врезала по затылку ей, и Ник зашипел раздражённо, обернулся. Назревала драка, но по лицу его стало ясно — ему было не до того. Глеб остановился в дверном проёме, сложил руки на груди.
Ник молча и как-то растерянно развернул телефон к нему, на весь экран было включено видео. Что-то не очень качественное, но статичное: камеры наблюдения или авторегистратор. Скорее второе. Помещение какой-то лаборатории. Мимо экрана пробежал человек в белом химическом комбинезоне. Показалось, что что-то красное разлетелось об его лоб и затылок, человек рухнул, на столе упало и разбилось несколько колб. Мимо экрана быстро проскочил другой человек — на этот раз в чёрном, только маска на лице светилась. Настоящая маска, какую использовали Черти. Кадр был размыт от движения, но всё же что-то да угадывалось.
— Подражатель? — спросила Ева.
— Не думаю. — Глеб хмурился, всматриваясь в экран. — Пусти видео.
Ник послушался и, посмотрев его ещё раз, Глеб произнёс:
— Это Тимур.
Произнёс так, словно подростка на этом видео убили.
— Тимур, — кивнул Ник так, что стало ясно — он и раньше это понял и звал посмотреть совсем не на подражателя. — А что скажешь о его цвете волос? О форме?
У Тимура раньше волосы были русые, цвета какао, на видео же — тёмные, как у Глеба.
— Это Первый, — сглотнув, признал Глеб. — Он меня заменяет.
Глава 12
Что-то случилось с Глебом. Он как-то сразу погас. Даже звонил Леониду не он, а Ник с Евой. И Леонида вывели на громкую связь, но тот лишь удивился, спокойно ответил:
— О чём вы? Погодите, не по телефону. Где Глеб? Вы что там придумали?
— Что Глебу недолго осталось, поэтому ты замену готовишь, — ответил Ник мрачно. То ли от перспективы, то ли на Леонида всё ещё был зол.
— Нет. Я бы сказал об этом Глебу. Как говорил тебе недавно. Не поднимайте панику, всё в порядке. Скоро верну домой вашего щенка.
Он не обзывал Тимура щенком, просто так кодировал для тех, кто мог подслушивать. Поэтому же был немногословен, но стало понятно — приедет, как только сможет, но вряд ли теперь. Глеб по-прежнему стоял чуть дальше от остальных Чертей, сгрудившихся у телефона, смотрел спокойно, но как-то всё равно не так. Раньше он выглядел собранным, никогда не расслаблялся, теперь словно отпустил ситуацию, которая давно тяготила его. Словно зубами фуру на краю пропасти держал, а теперь мог только смотреть, как она скатывается с горы вниз со всем нажитым.
— Видишь, ничего страшного, — попробовала Ева, хотя сама в это ещё полностью не верила. Но правда, Леонид предупредил бы. Он ведь не хотел Глебу зла. Раз на то пошло, Глеб для него, казалось, был самым родным и дорогим из Чертей. Он бы вряд ли на кого-то его променял.
— Ну да, — просто согласился Глеб, но ничего не изменилось. — Надеюсь, в следующий раз он приедет уже с Тимуром. Тимур выглядит… бодрым…
Он развернулся уходить, и Ник с Евой одновременно рванулись наперерез. Девушка закрыла дверь в кухню, Второй за руку втащил Глеба, посадил за
