Отвезёшь меня к нему? Я покажу. Вам надо снова увидеть…
Она замолчала, когда Глеб направил дуло чужого пистолета ей в голову. Он уже слышал шаги Третьей на лестнице в гараж. Слышал и нажал на курок, как нажимал сотни раз. У девушки подкосились ноги. Её отбросило назад от выстрела. Глеб видел — пуля пробила лоб и вышла с затылка фонтаном брызг. Примерно так же умерла и Вика, — почему-то вспомнилось ему.
На секунду он позволил себе задуматься о том, как просто это было. Действие, доведённое до автоматизма, и руке было уже всё равно, в кого он стреляет. В виновных, свидетелей или бывшего друга.
Ева подскочила, ударила рукояткой пистолета в спину, потом попыталась прибавить локтем в маску, но Глеб перехватил её руку, выдохнул по-прежнему во внешнюю связь:
— Я всё сделал правильно.
«Сука ты», — по внутренней связи обвинила Ева. Ник тоже спускался по лестнице, только уже не спешил никуда — он слышал выстрел. И пусть они проверили дважды дом, всё равно слишком расслабились. Глеб вспомнил об этом, потёр устало переносицу и сменил тему:
— Есть какие-то следы, куда они могли?..
«Ты охренел?» — по внутренней связи спросил Ник. Глеб никогда не видел его настолько злым — Ник выпучил на него глаза и, казалось, у него даже руки тряслись.
— Мы должны убивать опасных свидетелей, — напомнил Глеб. Он знал, что произойдёт дальше, поэтому и пистолет вскинул одновременно с Ником. Ева опоздала на долю секунды, но и она теперь целилась в Глеба. Тот это принял и так же спокойно поднял вторую руку, в которой всё ещё был зажат чужой пистолет.
— Ругаться будем или закончим? — спросил Глеб. — Хотите меня тоже тут похоронить? Тогда чего сразу не стреляли?
Ник и Ева молчали, словно остановилось время. Глеб опустил оружие и направился к выходу из гаража. Около лестницы Ник тоже попытался его ударить, но Глеб сделал подсечку и уронил его на пол.
— Идите на ***, — добавил Глеб. Будто для него это было просто, будто он не ощущал себя сейчас настолько мудаком, что спиной к ним повернулся не потому, что доверял. Нет, он ждал выстрела. Был уверен, что так же заслужил его. Но никто не стал стрелять ему в спину, зато вскочил и бросился догонять его Ник, следом и Ева. Явно не для того, чтобы закончить задание.
На первом этаже, почти в центре главной комнаты, Глеб развернулся и собирался напомнить остальным, для чего они тут, но замер, шестым чувством осознав, что в доме прибавился кто-то ещё. Заметил шевеление у входной двери, которую закрывала стена, отделявшая коридор от зала. Что-то тёмное, больше похожее на монстра, шевельнулось там. Глеб тут же забыл про совершенное только что убийство, про свою команду. Цель и шевеление связал воедино, решив, что выползли из укрытия братья. Глеб, оставаясь за стеной, быстро выглянул, просто чтобы определить, куда стрелять. А вот выстрелить — не выстрелил. В паре метров от входной двери стояли двое — молодой парень в чёрной куртке и пожилой мужчина, лет под сорок. Точнее Глеб не мог бы сказать, потому что у обоих нижняя часть лица тоже была закрыта чёрными кожаными масками. Не может быть, чтобы Павел так быстро оклемался. Этот же выглядел здоровым, если не считать чёрной же накладки на правом глазу.
Человека без глаза вспоминали совсем недавно. Это могло быть простым совпадением, но именно мысль, что это не только совпадение, не позволила выстрелить вовремя. Глеба, как и где он укрылся, успели заметить. Он ещё слышал возню в коридоре, потом всё стихло так, словно они провалились в открывшуюся под ногами чёрную дыру.
«Что там?» — спросил Ник. Они с Евой уже были в коридоре за Глебом и драться больше не собирались. Первый переключился на внутреннюю связь: «Те ребята в чёрных масках. У одного глаз закрыт повязкой, второй в возрасте. Помните таких?»
«Нет», — ответила Ева. «Может быть», — туманно отозвался Ник. И тогда звук родился там, где его уже не должно было быть — он шёл из подвала. Глеб интуитивно угадал, что из камеры. Кто-то там рыдал или рычал — сложно было понять. Глеб уже по этому понял — да, это и в самом деле Кир. Кир, который каким-то образом прошёл мимо них, оказался в камере и увидел, что человека, которого он любил в школе, а может и до сих пор, убили. И убил Глеб.
«Целей нет, мы теряем время. Уходим», — скомандовал Глеб, но из-за угла высунулся осторожно. Место у входной двери было пусто.
«Что, а с этими разбираться не будем?» — спросила Ева, но по голосу слышалось, что особого желания разбираться у неё нет. И Глеб знал, почему. Потому что он убил невиновного и за это на них вполне справедливо сейчас могли напасть. И Еве, и Нику пришлось бы защищать Глеба, хотя они оба пока только отложили свои претензии к командиру.
«Не они наше задание», — ответил Глеб. Он всё ещё не знал, как их гости смогли переместиться. Что, если они управляют временем? И сейчас решат вернуться? В чём заключается способность второго, кто бы ни перемещал до этого обоих. Ева и Ник без слов подтянулись к Глебу. Они, всё ещё держа оружие наготове и прикрывая друг друга, двинулись к выходу.
Машина была оставлена достаточно далеко отсюда, чтобы её не засекли из дома, но и достаточно близко, чтобы успеть добежать и не особо запыхаться. Всю дорогу они молчали и по внутренней связи было слышно только ритмичное дыхание. Глеб всё ждал, что их нагонят, что враги появятся прямо перед ними, а то и на заднем сидении машины, но ничего не произошло.
* * *
— Если целей на месте не было, охрану вы положили, то кто тебя так? — поморщился Леонид, рассматривая лицо Глеба. Левый глаз заплыл так, что до конца не открывался, на носу и скуле были ссадины. Глеб промолчал и смотрел как упрямый ученик, который не собирался выдавать хулиганов. Они разговаривали у дверей дома — Глеб не пускал пока начальника внутрь, хотел отчитаться на улице. Леонид был одет холодно, для машины, но терпеливо ждал. — Как знаешь. Хочешь, молчи. Что сказать хотел?
— Кир среди них. Тех, в чёрных масках, — доложил Глеб. Леонид смотрел удивлённо, непонимающе. Переспросил:
— Кир?
— Друг мой.
— Я должен всех твоих друзей помнить? Твой друг среди них, понял. Что это нам даёт?
— Я убил его девушку, — вдруг признался Глеб в том,
