из самых умных людей из всех, кого я встречал за всю жизнь, и на его плечах лежит большая ответственность за судьбу королевства. Не знаю даже, как об этом написать, но мне милостью нашего монарха пожаловано дворянство. Не удивляйтесь, как уже сказал выше, в Овергоре многое идет по-иному. Так что теперь я дворянин, рыцарь его светлости фальцграфа Зомердага. Постараюсь с честью носить это звание.
О вас я никогда не забываю, буду стараться присылать весточки и деньги. Так, чтобы вы ни в чем не нуждались. С низким поклоном родителям, ваш любящий сын Риордан. Обнимаю младшего братишку».
Когда Риордан закончил письмо домой, его лицо еще какое-то время сохраняло просветленно-грустное выражение. С таким выражением взрослый человек берет в руки свою детскую игрушку. Он вспоминает счастливые моменты жизни, но одновременно осознает, что вернуть их уже невозможно. Но настоящее звало все настойчивей, и Риордан с замиранием сердца распечатал послание от Эльги.
«Привет моему бывшему сопернику по дружескому поединку. Хотела бы назвать тебя учеником, но прав таких не имею, да к тому же, наверное, ты сейчас загордился, раз не удосужился ни разу написать тем, кто проявляет участие к твоей судьбе. Риордан! Истукан ты бесчувственный! Неужели ты не понимаешь, что девушке очень сложно и стыдно написать первой парню? Это будет, как будто я навязываюсь, тем более после всех твоих успехов. Но сегодня мне доставили твой подарок. Так что поблагодарить теперь в письме для меня будет не зазорно, а очень даже вежливо. Но записка! „Красавице Эльге, дочери Йельда-брадобрея от поклонника“. Додумался тоже. Написать такое прямо на конверте. Видно, от жизни в Овергоре у многих слегка едет крыша, и ты не исключение. Ты хоть понимаешь, что теперь мне шагу нельзя ступить по Гроендагу, чтобы не услышать за спиной хихиканье?»
Риордан в сердцах хлопнул ладонью по столу так, что отбил руку. Будь неладен Тиллиер со своим пошлым слогом. Чем надо было думать, чтобы написать такое ей? Эх, какую звонкую оплеуху Эльга отвесила бы «своему поклоннику», если бы смогла дотянуться! Весь красный, Риордан вновь вернулся к чтению письма.
«Но протазан получился прямо по руке, спасибо! И раз ты его прислал, значит, наша дружба не закончена и ты иногда вспоминаешь про то, как я лихо тебя таким же отделала. Когда отец узнал, что этот выродок сломал тебе правую руку, то просто вышел из себя. Начал уже собираться в столицу, чтобы устроить головомойку Скиндару и Биккарту, еле отговорила. Наконец-то появился сто́ящий боец, так они его калечат в первую же неделю обучения. Мы вообще очень пристально следим за делами Школы, а новости узнаем постоянно. Ежедневно в Гроендаг прибывает курьер из Овергора с новыми газетными листками, и этот пройдоха знает, что после бурмистра следует заглянуть в дом Йельда, чтобы за небольшую мзду передать последние известия. Твой бой с Крушителем мы смотрели прямо по раундам, каждый из них с описанием был зарисован в воскресном номере „Вестника войны“. Отец сказал, что это четкая работа, и я с ним согласна. Измотал, потом прикончил. Толково придумано, ты молодец. Только смотри, не зазнайся. Впрочем, если я не получу ответа на это письмо, значит, так оно и произошло, тогда уже не жди от меня других посланий, потому что я обиделась. Отец поставил деньги на твою карьеру, но поскольку тебя выперли из Школы, значит, плакала наша ставка. Впрочем, можешь не переживать, поставили мы не последнее. И перед этим очень неплохо нажились на поединке с Крушителем. Не удивляйся, что мы успели. В Гроендаге есть один тип, он принимает срочные ставки на бои, и ему новости из столицы сообщают голубиной почтой. Когда мы узнали о твоей дуэли, то вложили в это дело двухдневную выручку от наших предприятий. В итоге остались в приличном куртаже. Пятая часть – твоя по справедливости, так принято в кругу поединщиков. Можем отправить тебе деньги в столицу, напиши куда. Или родителям, я знаю, что они приезжали к доктору Аристу, даже приходила на них посмотреть, ты уж не обессудь. Мама твоя – замечательная красавица, признаться даже не ожидала. Папа тоже хороший дядечка, а братишка просто прелесть».
Риордан тихонько рассмеялся. Так вот какая помощница завелась у доктора Ариста. Эта девушка – чистое золото. Меч наверняка пришелся по душе Стогнару, наверное, из рук теперь его не выпускает.
«Не буду рассказывать, в какое неистовство пришел отец, когда узнал про твое отчисление из Школы. Даром курьер убеждал его, что тут замешана высшая политика, в которую не стоит вмешиваться. Он разослал гневные письма всем: Скиндару, Биккарту, визиру Накнийру и даже самому королю Вертрону. Под письмом подписались все отставные поединщики Грендага, даже безрукий Фагош поставил закорючку, при этом он сжимал пишущее перо зубами. В них мы требуем отчета в том, что происходит. Почему Овергор так расточительно относится к молодым способным бойцам? И это в нашем-то положении!
Риордан, мы потеряли тебя из виду. Я ходила к одной сильной ведунье, та сказала, что ты пребывал в великой опасности, но дела твои вскоре наладятся. Так что буду надеяться, что мое письмо тебя найдет. Насчет ответа и обид – это, конечно шутка, надеюсь, что поймешь. Знай, что в Гроендаге есть дверь, куда ты всегда можешь постучаться, и тебя там примут. Если ты нуждаешься, засунь поглубже гордость и сообщи, куда отправить для тебя деньги. Помни, что в Гроендаге есть люди, которым ты не безразличен. Только не воображай там себе, просто мы за тебя тревожимся. Все, я написала о чем хотела и даже лишнее. Стукаюсь кулачком. Твоя подруга и наставница,
Эльга».
Риордан сначала отложил письмо, а потом снова придвинул и жадно перечитал. Нет, но что за девушка! Несколько минут он сидел, подперев голову рукой, и тщательно обдумывал ответ, прежде чем взяться за перо. Строчки полились сами, потому что шли прямо от сердца:
«Милая Эльга! Прежде всего, хочу сказать, что очень сожалею о записке, которую ты получила с протазаном. По ряду причин не мог сделать это сам, только отдал распоряжение, а мои товарищи выполнили его на свой манер. Передай низкий поклон твоему батюшке за все хлопоты. Курьер прав – это политика, и меня угораздило угодить в самый ее эпицентр. Так что помощь не нужна, тут можно сделать только хуже себе, и теперь я буду за вас тревожиться. После отчисления из Школы пара недель выдались очень бурными, но теперь все нормально.
Поэтому не писал тебе. Сначала стеснялся, а потом все так закрутилось, что действительно не мог. Зато теперь дела
