что? — он усмехнулся рядом с моим ухом и прошептал, — Прыснешь в меня волшебными каплями? Заставишь остолбенеть?
— Не боишься?
— Не-а. Знаешь почему?
Одной рукой он прижимал меня к себе, а другой быстро прошелся по моим карманам, задерживаясь, разумеется, в самых интересных местах. И плевал он на мое отчаянное сопротивление. Я ему пару раз ногой в голень заехала и ничего. Стойкий, демон.
— Потому что у тебя ничего нет!
Я чуть собственный язык от досады не проглотила. Он ведь прав, зелье у меня закончилось. И мандрагору я всю бездумно истратила. Надо было хоть один корешок оставить про запас.
— Отпусти ее, сволочь! — Вика накинулась на Романова с кулаками. Я добавила ему пинками по чувствительным местам на ногах. До каких дотянулась.
А он только теснее прижимался ко мне и сердце в его груди так билось, что мне под лопатку отдавало.
— Дашка, — шептал он на ухо, — Дашка, я так скучаю!
— Ага! — я мотнула головой, — Наложнице своей расскажи об этом.
— Она мне не наложница.
— Вот только не начинай. Я все сама видела.
— Ты все неправильно поняла.
— Молодые люди! Что вы себе позволяете! — возмутилась вовремя вернувшаяся в приемную секретарша декана.
Мы все замерли, как были. Вика с занесенным кулаком над головой Ромнова, ну а о нас лучше и не говорить. Щеки зажег алый стыд. В горле так запекло, что я закашлялась.
— Да отпусти ты меня, демон! — это я так прохрипела?
Тут кто из нас демон еще подумать, если судить по голосу. Видимо и на Романова мой тембр подействовал.
— Выйдите немедленно! — потребовала секретарша и кивнула на дверь в коридор, — Или я на вас докладную напишу!
Мой бывший расцепил руки, и я тут же отлетела от него на два локтя. А потом быстро зашагала вон из комнаты. Вика так же решительно направилась за мной.
— Подонок! — пропыхтела она, едва мы очутились в коридоре, — Не давай ему спуску, Даша! А мы тебя поддержим.
— Закатай губу, Викуся, — хохотнул за нашими спинами Романов.
Мы разом обернулись и синхронно сжали кулаки.
— Слышала, что декан сказал, Даша? — он прищурился и уперся взглядом в мои губы. Демон! — Ты должна мне пять смен, дорогая! Пять полноценных смен. Тебя освободили от занятий, так что не вздумай прогуливать. Жду тебя завтра в девять возле института. Не опаздывай, пожалуйста.
А потом он поднял на меня глаза и, я не шучу, послал мне воздушный поцелуй. Вике он помахал рукой и, сказав: «Адью», пошел от нас по коридору.
— Вот же змей! — прищурилась ему вслед Вика.
— И не говори, — согласилась я, — Натуральный Апоп!(Апоп в древнеегипетской мифологии Змей Хаоса, главный враг миропорядка и разрушитель стабильности).
Глава 25. Даша
В этом мире был мяч. Не такой как в нашем. И на примере развития этого спортивного инвентаря могу сказать, что эволюция все-таки чертовски полезная штука. Ладно, демонически полезная, потому что о чертях тут никто и не слышал. Так вот, на огромной зеленой лужайке, обрамленной кустами пышно цветущего тамариска, мальчишки играли в местный футбол. У них был мяч, сшитый из кожи какого-то несчастного животного. Мяч был куда тяжелее нашего. Потому что внутри у него не воздух, а ветошь. По той же причине он не подпрыгивает и катится, ели его пнуть, тяжелее и короче. Но кого это волнует, когда у тебя в принципе есть мяч. Мяч — это весело. А уж что у него внутри воздух или старые тряпки — дело последнее.
Сначала мы — я, друзья и подружки царя разделились на две команды. Тия тут тоже присутствовала и косила на меня таким недобрым взглядом, что я опасалась подходить к ней ближе, чем на два метра. Что если девчонке придет в голову убить меня прямо сейчас? Она может, по глазам видно. Вон как сверкают. Тем не менее мы весло поиграли в некое подобие футбола с вольными правилами. Мяч можно было пинать ногой и кидать руками, и вообще тащить к столбам, между которыми располагались условные ворота, любым способом. Все это здорово походило на регби в песочнице. Хотя пару раз между пацанами и завязались нешуточные драки. Царь с удовольствием принимал в них участие, раздавая малолетним подданым тумаки и получая от них ответочку. И совершенно не расстраивался по этому поводу. По-моему, очень демократичный подход к управлению. Я носилась с ними как великовозрастная дурочка, но что поделаешь, положение супруги царской накладывает некоторые обязанности. И надо соответствовать своему высокому статусу. Поэтому я показала детям пару приемов диблинга: финта и обводочки, которым давным-давно научил меня дядя Гена. После чего я стала королевой поля. На то и был расчет. Карлик Амонемусхет нервно курил в сторонке. А вернее, стоял у края поля, злобно пыхтел и неэстетично сплевывал. Что ж, хотел выведать секреты моей популярности, пожалуйста. Только вот повторить за мной ни мелкий пакостник, ни тем более мамаша Мутемуйя не смогут. Я три смены оттрубила вожатой с семилетками. У меня стаж. Куда этим любителям со мной тягаться.
Потом я научила детей играть в «Вышибалы», после которой все настолько вымотались и морально, и физически, что расползлись на отдых.
— Госпожа Танеферт, прошу вас пройти в ваш дворец.
Я уже ничему тут не удивляюсь. Но дворец! У меня есть собственный дворец! По виду передо мной стоял слуга высшей категории — средних лет господин со строгим лицом, на котором выделялись густо подведенные черным глаза. Выглядел он куда внушительнее меня, да и одет был богаче. Ну, не могу я таскать на себе столько золота, сколько тут принято. А на этом… наверное, дворецком, килограммов пять, включая массивный пояс, похожий на фартук и сандалии. Вот зачем дворецкому золотые сандалии? Ах, ну, да, это же средство обороны. Я покосилась на свои ноги, обутые в очень мягкие и красивые, скажем так, босоножки с отделкой из разноцветных бусин на толстой подошве, похожей на циновку. Если разбежаться на них еще и кататься можно по гладкому полу. Я пробовала.
Но сейчас не лучшее время для этого. Пришлось торжественно шествовать за разодетым слугой. И если честно, царскому дворцу очень не хватает транспорта. Пустили бы какие-нибудь шатлы, как на ВВЦ, честное слово. Что им сложно организовать? Мы уже протопали по московским меркам три автобусных остановки, и пока так никуда не дошли. Мимо тянулись красивые строения, расписные заборы, живописные клумбы, парки с беседками, увитыми виноградными лозами, прудики — красота в общем. Воздух был напоен щебетанием птиц и
