На Седлецком совещании 15 ноября Рузский настоял на приостановке наступления Юго-Западного фронта и добивался от Ставки разрешения отойти на Варшавские крепостные позиции. К середине декабря фронт стабилизировался.
В январе 1915 г. Рузский, поддавшись на проведенные германским командованием демонстрации сил у Воли-Шидловской и Ломжи, бросил на второстепенные направления все резервы (гвардейский, 2 и 27-й корпуса). Также по его настоянию 10-я армия провела Ласдененскую операцию, не давшую результатов, но поглотившую остававшиеся резервы.
В феврале – марте армии фронта вели тяжелые бои у Гродно и Прасныша. При этом действия Рузского во многом стали причиной катастрофы, постигшей 10-ю армию Ф. В. Сиверса в Августовских лесах. Затем, благодаря успешным действиям 12-й армии генерала П. А. Плеве, поддержанной частями 1 и 10-й армий, германским армиям был нанесено поражение во 2-м Праснышском сражении. Однако, несмотря на достигнутый тактический успех, армии фронта понесли тяжелые потери, более чем в три раза превышавшие потери германских войск.
13 марта 1915 г. Рузский заболел и сдал командование генералу М. В. Алексееву. 17 марта 1915 г. назначен членом Государственного, а 20 мая также и Военного советов.
По выздоровлении 30 июня 1915 г. получил 6-ю отдельную армию, а 18 августа, когда Северо-Западный фронт был разделен на два фронта, назначен главнокомандующим армиями Северного фронта, прикрывавшего Петроград. Здесь Рузский проявлял большую осторожность и избегал решительных действий.
В декабре 1915 г. Рузский вновь заболел и 6 декабря сдал фронт; 1 августа 1916 г. опять вернулся на должность главнокомандующего армиями Северного фронта. В течение 1916 г. армии фронта занимали пассивную позицию.
Принял активное участие в давлении высшего командования на Николая II, чтобы побудить его отречься от престола.
25 апреля 1917 г., когда началось «распадение» армии, Рузский покинул пост и уехал лечиться в Кисловодск. В сентябре 1918 г. взят Кавказской Красной армией в заложники и после мятежа И. Л. Сорокина вместе с генералом от инфантерии Р. Д. Радко-Дмитриевым и другими расстрелян в Пятигорске; перед расстрелом сам рыл себе могилу. (Основной источник: Залесский К. А. Кто был кто в Первой мировой войне. Биографический энциклопедический словарь. М., 2003.)
С. 39. В октябре 1915 – марте 1916 гг. начальником жандармского управления Варшавы был полковник Н. С. Комиссаров. С ним С. Н. Батюшин неоднократно встречался по служебным и личным делам.
Комиссаров Михаил Степанович (1870–1933). Генерал-майор Отдельного корпуса жандармов. Закончил Полоцкий кадетский корпус и 3-е военное Александровское училище.
С 1890 г. – подпоручик 1-го мортирного артиллерийского полка. В 1904 г. переведен в Отдельный корпус жандармов с прикомандированием к Санкт-Петербургскому губернскому жандармскому управлению. С августа 1904 г. прикомандирован к Департаменту полиции, где стал во главе вновь образованного секретного отделения по наблюдению за иностранными посольствами и военными агентами, перлюстрации и расшифровке их секретной дипломатической переписки.
Позднее (в мае 1917 г.) в ходе показаний Чрезвычайной следственной комиссии он расскажет о некоторых подробностях того периода своей контрразведывательной деятельности, благодаря которой «все иностранные сношения контролировались» русской тайной полицией. В распоряжении контрразведчиков оказались американский, китайский, бельгийский и другие шифры (всего 12).
В 1905 г. статский советник А. А. Лопухин как частное лицо явился на прием к премьер-министру С. Ю. Витте и сообщил, что в МВД под руководством Ф. Ф. Трепова создана и действует секретная группа, печатающая прокламации, призывающие к еврейским погромам. (Тот самый А. А. Лопухин, кого М. С. Комиссаров называл «честнейшим человеком» и кто раскрыл революционеру В. Л. Бурцеву секретную информацию о работе Евно Азефа на царскую охранку.)
Непосредственным исполнителем подготовительных мероприятий являлся капитан жандармского корпуса М. С. Комиссаров (когда к нему случайно обратились с вопросом, как идут «дела», капитан ответил: «Погром устроить можно какой угодно, хотите на десять человек, а хотите на десять тысяч»). Лопухин просил Витте закрыть «подпольную» типографию. Витте потребовал доказательств, и «мятежный» чиновник принес ему образцы прокламаций. (См.: ГАРФ. Ф. 826. Оп. 1. Д. 14.) Но Витте не дал делу хода, считая некорректным разглашение служебной тайны. Он вызвал Комисарова и потребовал объяснений. Капитан всю вину взял на себя и клятвенно заверил, что лично уничтожит печатную продукцию.
В конце 1905 г. по распоряжению стоявшего тогда во главе политической части департамента П. И. Рачковского Комиссаров напечатал в помещении департамента два воззвания: «К солдатам» и «К избирателям в Государственную думу», которые и дали потом повод к запросу в Государственной думе о погромной деятельности Департамента полиции.
С 15.09.1906 г. Комиссаров поступил в распоряжение санкт-петербургского градоначальника для исполнения дел помощника начальника Санкт-Петербургского охранного отделения. В 1909–1915 гг. – начальник губернских жандармских управлений (Енисейского в 1909–1910 гг., Пермского в 19101912 гг., Саратовского в 1912–1915 гг., с июня 1915 г. – Вятского).
26.10.1915 г. назначен начальником Варшавского губернского жандармского управления, но в виду занятия Варшавы немцами прикомандирован к Петроградскому губернскому жандармскому управлению. По распоряжению товарища министра внутренних дел Белецкого (после отставки Джунковского) назначен заведующим личной охраной Г. Е. Распутина.
В марте 1916 г. назначен градоначальником Ростова-на-Дону и 3 августа того же года уволен в отставку в чине генерал-майора.
После Февральской революции, с марта по июнь 1917 г., находился в заключении в Трубецком бастионе Петропавловской крепости. (См.: Щеголев П. Е. Охранники, агенты, палачи. М., 1992. С. 316.)
Участник Гражданской войны. В эмиграции (в Турции и Болгарии) пытался сблизиться с главнокомандующим русской армией бароном Врангелем, но, получив отказ, стал активно сотрудничать с болгарской полицией (против своих бывших соратников из врангелевского окружения и РОВС). Одновременно исполнял официальную должность секретаря при полпредстве РСФСР в Софии. В 1921 г. переехал в Вену, затем в Берлин. Подозревался разведками Германии, Франции, Англии и Польши в сотрудничестве с ВЧК – ГПУ. Реально имел связь с советскими агентами Сержем Чайкиным и Борисом Лаго (см. документы РГВА– 2-го Бюро ГШ Франции и Имперского полицайпрезидиума Германии). В конце 1920-х годов эмигрировал в Америку. Умер в эмиграции в Чикаго (попал под трамвай).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
