Лизетт потупила взор.
- Я вспомнила, что он сотворил с тобой, Страйкер, - она подняла голову, взглянув ему в глаза, и протянула руку к прорезанному шрамами лицу. - Это было худшим временем в моей жизни.
- Тебе не было надобности ухаживать за мной, Лизетт. Я не просил тебя об этом.
Она пристально на него посмотрела.
- Да нет же, большой ты ребенок. Оно было худшим не потому, что мне пришлось ухаживать за тобой. А потому, что я тебя полюбила. Всем своим существом, - она привстала на цыпочки. - Вот почему я плакала. Он заставил меня вспомнить о той любви.
Она крепко и пылко поцеловала его и отвернулась. Прежде чем Страйкер успел произнести хоть слово, она исчезла.
Страйкер, Скеллен и Форрестер переместились в голову колонны продвигающейся армии, отчаянно желая добраться до моста. Ведь именно там, по словам Бейна, должен находиться Мейкпис. Утверждать это наверняка было сложно, но Страйкер подозревал, что Мейкпис не захочет остаться на западном берегу Брента, принимая во внимание тот факт, что вся округа полностью сдалась роялистам.
Хотя ветер был слаб, он всё же легким шепотком проносил вдоль строя грохот барабанов. Барабанщики отбивали не мотив, а зашифрованные донесения. Они несли в себе приказы для солдат. Молодой паренек с барабаном у груди, составлявший разительный контраст с маршировавшими рядом с ним закаленными барабанщиками, остановился на обочине, его рвало. Седой ветеран, шагавший с ним бок о бок, не сбавляя шага, подбодрил юнца. Мокрое пятно, расплывшееся в паху паренька, он предпочёл не замечать.
Когда армия маршировала через Брентфрод-Энд, из окон и дверей осторожно выглядывали перепуганные лица. Лавки и дома, тянувшиеся по обе стороны дороги, были потрепаны сражением, и очередная порция пуль влетела в оконные рамы, когда там заметили прячущихся людей Холлса. Тем не менее, большинство дверей было заколочено, и роты роялистов просто проходили мимо. Конечно, для мародеров еще останется время, но с этим можно повременить, пока враг не будет окончательно разбит.
Роялисты успешно прошли западную часть города, подавляя огнем небольшие отряды отступающих красномундирников, появляющиеся впереди. По большей части роялисты проходили беспрепятственно благодаря численному преимуществу, пока вдали за зданиями не замаячили сверкающие воды Брента. Затем показался и сам мост. Он оказался крепким, дельно сработанным сооружением из трех каменных арок. На самой высокой точке моста была сооружена самодельная баррикада из фашин, перевернутых столов, огромных бочонков, заостренных кольев, наполненных землей корзин и тюков сгнившего сена, за которыми в ожидании улеглись остатки пехотного полка Дензила Холлса, держа заряженные мушкеты и выставив пики. Очевидно, это было очередное укрепление, где мятежники попытаются выиграть время.
Лорд Джон Саксби мчался по дороге, крича и подбадривая проходящую мимо пехоту, чтобы ей исступленно захотелось крови.
- Разбейте их, ребята! За мостом лежит Нью-Брентфорд! А за ним старый город! Прикончите ублюдков, и вперед, на Лондон! К Рождеству мы уже будем потягивать пряный эль в палате общин!
Капитан Илай Рашуорт Августус Мейкпис уже находился у моста. Они продвигались крайне медленно, потому что дорога была вязкой, а колеса повозки скользили и застревали каждые несколько ярдов, но Мейкпису с сэром Рэндальфом наконец-то удалось добраться до защиты баррикады. На ударившихся в панику жителей Брентфорд-Энда они не обращали внимания. Куда ни глянь, всюду сновали горожане, собирая свои пожитки, прежде чем убежать в поля к северу.
Мужчины кричали на своих детей, женщины метались и бранились, дети ревели, а тощие собаки носились взад-вперед, возбужденные волнением. С запада наступали разъяренные роялисты, а всю южную окраину города кольцом охватывала Темза, и единственным способом бежать для горожан был мост, но его забаррикадировали солдаты парламента. Оставшимся вариантом стали холодные болотистые поля на севере, а они вывели бы на равнины, кишащие разбойниками. Мейкпису было плевать. У него в повозке шпион, человек, сведения которого могут изменить весь ход войны.
- Где, черт возьми, носит вашего слугу-здоровяка? - проворчал Мокскрофт с задка повозки.
- Разделяю ваше любопытство, сэр Рэндальф, - кисло произнес Мейкпис. Наблюдая за дорогой, он стал понимать, что толпа солдат, валившая со стороны имения Уинна, уже не в красных мундирах. Мундиры на них других цветов и идут они плотным строем. Он повернулся к шпиону.
- Боюсь, что Бейну придется выпутываться самому. Мы должны уходить.
- Парламент! Господь и парламент! - закричал Мейкпис, добравшись до моста. Он не желал быть пристреленным или нанизанным на пику, когда триумф столь близок. - Парламент!
Подтянувшись на руках, Мокскрофт, перегнулся за борт повозки и с жаром подхватил его клич.
Передние ряды солдат, стоявшие за фашинами и бревнами, казалось, засомневались, поскольку приближающийся человек был самим воплощением аристократа. Набожные и стойкие солдаты Холлса выучились презирать подобных людей, богатых грешников, которые кичились своим богатством, как орденом почета. Двое выступили вперед, готовясь насадить этого бешено размахивающего руками человека на свои пики.
- Пропустить его! - раздался приказ майора Тимоти Нила. Широкая солидная фигура майора показалась в поле зрения. Передние ряды мгновенно подняли пики, отхлынув в стороны, как волны Красного моря, и Мейкпису позволили провести повозку через первую баррикаду.
Покинув повозку, Мейкпис пробился сквозь толпу солдат, направившись прямиком к Нилу. Он предпочел бы обратиться с просьбой к Куорлзу, но высокий полковник находился на восточном берегу, подготавливая своих людей к грядущей атаке.
- Я должен выйти из города, - произнес Мейкпис, решив действовать в лоб. - В повозке со мной сир Рэндальф Мокскрофт. У него ценная информация для парламента. Его следует незамедлительно доставить в Лондон.
Нил уставился на него.
- У вас есть повозка.
- Так точно, сэр. Сэр Рэндальф не может ходить.
Нил не обратил внимания на слова капитана, вместо этого повернувшись к одному из своих людей.
- Пикинер Маккарти, вытащите этого человека из повозки!
Маккарти вскарабкался на повозку и поднял Мокскрофта, передав того поджидавшему товарищу.
- Повозка нам пригодится у баррикады, капитан Мейкпис. Вашего пассажира отведут на восточный берег. Но здесь мне нужен каждый здоровый мужчина. Имеет он при себе ценную информацию или нет.
У Мейкписа отвисла челюсть. Жалобные крики Мокскрофта замерли вдали; два рослых пикинера волокли его, зажав между собой.
