— Этот гад слаб, но в его руках власть. Только поэтому он побеждал все это время. И ты либо сбежишь, либо решишь его судьбу сейчас, а уж этот урод, поверь, решать не будет — он все устроил.
Эвелин подняла глаза.
— Ты не понимаешь, Мелани. Он мой отец. Я его ненавижу всем сердцем. Презираю всей душой. Но я не могу его убить.
Мне не знакомы ее терзания. Первой жертвой стал демон, и я была абсолютно уверена, что он принес намного больше смертей и страданий, чем я, когда убивала его. Мне было где-то четырнадцать, а до этого я долго тренировалась и готовилась морально втайне от родителей. Но даже тогда на меня нахлынула депрессия. Обошлось без психиатра, я поборола совесть и захоронила ее вместе с телом жертвы. Если не я, то кто тогда? Так было, пока я сама не стала орудием смерти. После этого мной двигала месть, а не желание предотвратить гибель невинных людей.
— Хочешь, я это сделаю? — услышала я свой голос. Эвелин с облегчением протянула мне кол.
— Пожалуйста.
Я не смотрела в его глаза. Зачем? Он не заботился, когда приказывал меня сжечь. Никакого сладкого ожидания, никакого восторга от убийства. Помилуйте, это слишком даже для меня. Красный испустил дух. Второй по влиянию враг пал, а с ним и опасность быть пойманной. Первый враг всегда останется со мной, въевшись в клетки мозга. Когда вернусь домой, начну жизнь заново, больше никаких убийств.
Эвелин стала императрицей, я так понимаю? До коронации она не владела замком, но уже имела право отдавать распоряжения. Властный и одновременно мягкий голос призвал всех к молчанию.
— Унесите его, — скомандовала она, не глядя на тело отца с колом в груди, — Мелани, уходим.
Мы выбежали через черный ход. По дороге Эвелин забежала в конюшню и вывела белоснежную лошадку. Я заняла привычное место за Ам`мелом; Бен и Лэм устроились на своем коне и ожидали, пока все будут готовы. По команде, тройка скакунов пронеслась мимо ошарашенных стражей у ворот и скрылась за поворотом, поднимая стену пыли.
Глава 34
— Еще немного, и я привыкну к езде верхом, — оповестила я товарищей по несчастью, развалившись на земле. Мы отъехали на приличное расстояние от замка и, свернув с проселочной дороги, остановились в леске. Парни привязали лошадей и теперь наслаждались кратковременным отдыхом под палящим солнцем.
— К езде? — с насмешкой уточнил Ам`мел. — То, чем занимаешься ты, называется катанием.
Ну, да. Я боюсь животных. Они неуправляемы и непредсказуемы, особенно парнокопытные.
Погони за нами, на удивление, не было. Все были заняты оплакиванием великого и могущего императора. А моих спутников вообще не заботило, что там стало с Красным и почему. Но Эвелин за всю дорогу не проронила ни слова. В ней перемешивались чувства скорби и торжества, которые в принципе не уживались друг с другом. А я верила, что отныне жизнь девушки будет куда проще без отца-тирана, по крайней мере, она может не бояться, что Красный подкараулит ее ночью за деревом с веревкой в руках, а что еще ждать от психически больного человека?
Правда, теперь Эвелин достанутся новые проблемы. Ее втянут в борьбу за трон, власть, наследство, а я останусь не при делах, и этот факт не особо расстраивал. Нежась под ласковыми лучами летнего солнышка, я прикрыла глаза и опрокинулась на спину, запуская пальцы в траву.
— Я был бы не против поспать, — блаженно протянул Бен.
— Я бы тоже, — подтвердил Ам`мел. Нет, у нас совсем не было времени спать, и кто знает, может, в лесу водится Робин-Гуд? Самое ценное я прятала под платьем — адрес мага, но разбойник ведь и туда залезет.
— Ам`, мы не должны сейчас спать, — еле выговорила я. — Если повезет, мы в ближайшем времени доберемся до мага.
От предвкушения скорого возвращения домой по телу пробежала дрожь. Шли последние часы нашего путешествия. Скоро, совсем скоро я окажусь дома, в своей постели. Начну жизнь заново. Вернусь на работу, завяжу с ночной охотой, найду себе, наконец, достойного жениха, чтобы прожить с ним до скончания века вместе, и появятся у нас прелестные детишки, у которых будут самые лучшие родители, веселый дядя и бабушка с дедушкой, балующие их подарками и лаской. Что люди находят в бессмертии? Что хорошего в одиночестве, в пустоте, заполняющей место, где по идее находится душа? Да я бы все променяла, чтобы вернуть себе человечность.
Ровное дыхание парней навеяло подозрения, что они уже уснули.
— Эй, эй, милки, — Лэм наверстывал круги на поляне, мешая всем отдыхать. От него шуму было больше, чем от медведей, пробудившихся от зимней спячки и ищущих подружек. И как в свои-то годы ему удавалось сохранить в себе безграничные запасы энергии?
— Ты-то не участвовал в веселье, — упрекнула я старика, вытягивая на земле ноги. Под аккомпонемент птиц мимо пролетали жужжащие пчелы. Поляна наполнилась запахом свежей зелени и ароматом полевых цветов. Красотища! Я вдохнула глубоко, как парфюмер, наслаждаясь благоуханием. Тело гудело, а напряженные мышцы задеревенели; меня неумолимо клонило в сон.
— Передохните, — подала голос молчавшая до сих пор Эвелин, — я посторожу.
Я хотела ей что-то ответить, но дрема поглотила все разумные мысли.
— Милочка, очнись, — Лэм бесцеремонно пихал меня в бок, — у тебя еще будет время спать.
Я с трудом разлепила глаза. Старик навис надо мной с разъяренным видом и толкал руками. Увидев, что я проснулась, он для верности пихнул меня напоследок и отошел. Солнце скрылось за деревьями, от чего на поляне заметно похолодало. Я оперлась о дерево и поднялась. Между ветвей различались знакомые силуэты. Мы с Лэмом прошли через поляну и приблизились к напарникам.
Парни кормили лошадей перед дорогой. Бен пичкал своего коня какими-то зеленоватыми плодами, которые смог найти ранним летом. Животное было до того лениво, что не нагибалось за едой, а открывало рот, причмокивая губами, и ждало, пока в нем появятся яства. Довольное ржание подтверждало съедобность добытых продуктов.
Пока я наблюдала за этой картиной, в голове проскочила мыслишка, что мне нравится смотреть, как свет играет в волосах Бена, окрашивая их в золотой, и какие, должно быть, они мягкие на ощупь. Я поспешила отвернуться.
— Как долго ехать до мага? — спросила я, достав клочок бумаги и протянув его Эвелин. Девушка без распросов развернула его и стала вчитываться в завитушки.
— Думаю, до захода солнца доберемся, если выедем прямо сейчас, — задумчиво произнесла она, вертя в руках листок, как будто бы тот переливался всеми цветами радуги.
— Я готов, — отозвался Бен, не оборачиваясь. Я перевела взгляд на Ам`мела. Парень с увлечением копошился с узлом, который ненароком превратил в морской.
