– Меррил! – воскликнула Джоника, вбегая в крытый павильон.
Используя ту же тактику, что и Дафф, Нолан вклинился между мужем и женой, прежде чем те успели заключить друг друга в объятия.
– Мы не представлены, мадам, – промолвил Нолан с очаровательной улыбкой. Он поспешно поднес ее ручку к губам, пока Дафф не помешал ему. – Я Нолан Эллиот, ваш зять.
Джоника изумленно ахнула, и глаза ее стали круглыми, как блюдца.
– Зять? – пролепетала она.
Кровь отлила от ее щек, и Дафф указал ей на кресло.
– Может, вам надо присесть, мадам? Кажется, вам нехорошо. – Он укоризненно взглянул в сторону Нолана, который только что отплатил ему той же монетой.
Джоника лишилась чувств, что всегда случалось с ней при сильном волнении. Нолан хотел поддержать ее, но Дафф, бормоча проклятия, опередил его.
– Ты сделал это нарочно. – Он сурово нахмурился.
– Но я обязан был сообщить мадам о нашей свадьбе и всего лишь выполнил свой долг, – оправдывался Нолан. Он сделал вид, что закашлялся, пытаясь таким образом скрыть предательский смех. Дафф наградил его еще одним бешеным взглядом.
– Мог бы сделать это поделикатнее, – огрызнулся Дафф.
– Ты тоже мог бы проявить больше понимания и не вмешиваться в мои личные дела, – парировал Нолан.
Прежде чем Нолан и Дафф вступили в словесную перепалку над бесчувственной Джоникой, повисшей на руке мужа, вмешалась Шандра и сообщила Даффу последние новости. Ее слова встревожили мужчин. На какое-то мгновение Шандре почудилось, что Нолан хочет ей что-то сказать, но потом он, видимо, передумал. С деланным безразличием Нолан направился к лошади, вскочил в седло и умчался прочь, даже не сказав ей, куда едет.
Дафф донес Джонику до кресла и осторожно усадил ее. Отодрав несколько досок от пола, он кивнул в сторону мулов.
– Помоги мне перетащить золото, – попросил он дочь.
Они вдвоем молча втащили мешки в павильон и спрятали их под полом. К тому времени как Джоника очнулась от обморока, последняя доска была водворена на место, и Дафф подхватил жену на руки.
Поняв, что родителям надо побыть наедине, Шандра поспешно направилась к дому. Выложенная кирпичом дорожка, петлявшая между клумбами, казалось, никогда не кончится. Шандра страшно устала и к тому же была сильно расстроена. Она отдала бы все на свете, чтобы хорошенько выспаться, а потом серьезно переговорить с Ноланом. Но он унесся, как ветер, а куда – Бог его знает.
Нолан остановил коня у въезда на плантацию под названием Хаф-Уэй-Хилл. Деревянный дом стоял на вершине холма, окруженного широкими оврагами. Обсаженная кедрами подъездная аллея вела к дому Беньи Османа. Бенья был другом Аарона Берра еще с революционных времен. Если Берр в Натчезе, значит, он у Османа, догадался Нолан.
Прищурясь, Нолан заметил, как по тропинке из Натчеза к дому понесся курьер. За вестовым на довольно большом расстоянии следовал всадник в плаще. Так, Аарон Берр здесь, подумал Нолан. Стоило Берру появиться в Хаф-Уэй-Хилле, как вся плантация начинала кишеть курьерами и таинственными посетителями.
Не медля больше ни секунды, Нолан поскакал к особняку. Бенья, будучи гостеприимным хозяином, радушно встретил Нолана и предложил ему принять ванну и переодеться после утомительного путешествия. Когда Нолан спустился вниз, Бенья провел его в кабинет, где его уже ожидал маленький, жилистый Берр.
– Какие новости ты принес мне, Нолан? – спросил Берр. – Надеюсь, хорошие?
Нолан не торопясь пригубил вино из бокала.
– Это зависит от того, к чему ты стремишься, – промолвил он, усмехаясь. – Ты все еще надеешься найти в Европе поддержку своему режиму?
Берр хмыкнул – Нолан никогда не ответит прямо.
– С тех пор как ты отправился на поиски сокровищ, ситуация резко изменилась. В Вашингтон послана петиция именитых граждан с протестом против властей Луизианы. Они утверждают, что назначение Джефферсона идет вразрез с Конституцией и нарушает соглашение, по которому Наполеон продал территорию Луизианы Америке. Кроме того, они открыто угрожают поднять восстание против Соединенных Штатов, если их требования не будут удовлетворены.
– Ходят слухи, ты заверил испанского посла маркиза Каса Ирухо, что организуешь восстание против Америки при поддержке Испании. Говорят, что ты пройдешь по Вашингтону победным маршем, присоединишь Запад и завоюешь федеральный Север, – небрежно произнес Нолан. – Но по некоторым сообщениям, мексиканцы находятся в полной уверенности, что ты собираешься объединиться с ними, прогнать испанских донов прочь из Техаса и сесть на трон самого Монтесумы. Ума не приложу, как ты намереваешься сделать два дела сразу.
Берр усмехнулся – Нолан хорошо осведомлен.
– Без финансовой поддержки я связан по рукам и ногам. Кроме того, я всего лишь хочу построить новый дом на землях Луизианы, которые я приобрел. Мои сторонники помогают мне основать новую колонию из тех, кто устал от бесконечных склок и споров. Я предлагаю деньги под строительство заинтересованным лицам. Я простой человек, ищущий спокойное местечко, где мог бы поселиться.
– Ну конечно. – Нолан усмехнулся, разглядывая Берра поверх края бокала. – Мое путешествие закончилось весьма удачно. Я теперь богатый человек, и моя супруга – богатая наследница, дочь Меррила д'Эвре. Я вполне могу завоевать симпатии его последователей, которые выступают против разделения Америки.
Услышав эту новость, Берр сдвинул брови.
– И как много ты готов ссудить?
– Больше, чем полмиллиона, которые ты никак не можешь выпросить, – заверил его Нолан. – Но я не дам тебе ни цента, пока не узнаю твои истинные намерения. Я же должен блюсти и свои интересы.
– Естественно, – согласился Берр, обдумывая различные варианты. Он наклонился к Нолану, изучая своего гостя, и слегка улыбнулся. – Я был бы последним глупцом, если бы объявил о своих целях, не имея за собой поддержки комитета. Каждый комитетчик пользуется огромным влиянием среди своих соотечественников. Луизиана – кипящий котел идей и национальных интересов. Необходимо субсидировать не только сторонников, но и армию. Мне обещала помощь мексиканская фракция в Новом Орлеане, которая выступает за то, чтобы отнять Техас и Мексику у Испании. Но я не могу пройти по Вашингтону или Техасу, не имея армии, не так ли?
– Так-то оно так, но армия не пойдет за тобой, пока не будет знать, куда ты ее направляешь, – возразил Нолан. – Если комитет склонится к бунту против Севера и испанского Техаса, ты возглавишь восстание?
– Я выполню просьбу моих сторонников, – уклончиво ответил Берр. – Генерал Уилкинсон уверен, что война с Испанией неизбежна. А зная генерала, я бьюсь об заклад, что он обязательно поднимет бунт. Он уверяет меня, что Испания готовится отвоевать территорию, которую Наполеон продал Америке вопреки согласию испанцев.
