Степан приказал одному из своих бойцов обойти Мельника сзади. Двум остальным — контролировать подходы из глубины леса.
— Стой! — резкий окрик Степана на испанском, заставил Игоря вздрогнуть. Он едва не потерял равновесие и не упал.
— Только не стреляйте, — по-русски, с некоторой опаской в голосе, бросил он в сторону, откуда раздался голос, — Я не вооружен, ранен и не опасен.
Мужчина, средней комплекции, с автоматом наперевес, шагнул из кустов навстречу Мельнику.
— Так ты русский, — расплылся в благодушной улыбке Степан, — Приятно услышать родную речь в этой, забытой Богом стране.
Игорь оглянулся. Путь к отступлению, ему отрезал второй, тоже, хорошо вооруженный боец.
— По правде сказать, мне тоже, — Мельник, изучающе, окинул Степана взглядом, — Чьи ж вы хлопцы будете? Кто вас в бой ведет?…
— Хорошенькое дело! — Степан вскинул брови, — это он нас спрашивает. Ты, лучше сам скажи, кто такой, откуда и куда направляешься?
— Ох, ребятки, лучше вам не знать ответа ни на один этот вопрос. Плохо спать будете. Кошмары замучают.
— А ты расскажи. Мы уж, как-нибудь переживем, — второй боец приблизился к Мельнику.
— Так и будем, стоя на дороге разговаривать? — Игорь оперся о свою клюку, — Устал я. Может, присядем, да вы меня водичкой напоите?
— Успеется. Все будет от тебя зависеть. Не тяни кота за яйца. Рассказывай.
В это время, со стороны, где стоял джип, послышалась приглушенная возня. Степан повернул голову, чем незамедлительно воспользовался Мельник. Не оборачиваясь, снизу вверх ударил своим посохом между ног бойца, стоящего сзади, другим концом палки, обратным движением, резко, двинул в лицо Степана. Пока тот, доли секунды соображал, что к чему, Мельник, левой рукой схватил ствол его автомата и дернул на себя. Развернув бойца, перехватил правой рукой за шею, вытащил его из кобуры пистолет и приставил к голове обескураженного противника. Пересиливая боль в паху, второй солдат попытался схватить автомат.
— Стоять! — рявкнул Мельник, — иначе я ему остатки мозгов вышибу. Оставь ружье в покое. Встал, медленно, двумя пальцами, вытащил весь свой арсенал и бросил на землю.
Боец посмотрел на Степана. Тот утвердительно моргнул. Солдат выполнил приказание.
— Теперь — пять шагов назад. Упал, мордой в землю. Руки на затылок, и не шевелиться… Теперь ты, — Мельник обратился к Степану, — повторишь ту же процедуру.
Освободив его от захвата и не опуская ствол пистолета, Игорь отошел в сторону.
Когда формальности были улажены, Мельник негромко свистнул. Из-за деревьев вышел Андреев. Посмотрел лежащих бойцов, на довольно оскалившегося друга и ухмыльнулся.
— Ах, ты, симулянт. Мы, значит, его на руках, можно сказать, носим, не даем лишний раз напрячься, а он здоровьем пышет, как сибирский медведь. Все. Не будет тебе больше послаблений, и твой «больничный» не оплачивается.
— Вот так всегда, — Мельник воздел руки к небу, — вместо элементарной благодарности, сплошные упреки. Нет в жизни справедливости.
— Ладно — молодец. Саид, — крикнул майор — заводи.
Заурчал двигатель, и на дорогу медленно вырулил джип.
— Собери оружие, Конан-варвар, и садись.
— А с этими что? — Мельник кивнул на лежавших солдат.
— То же, что и с остальными. Останутся здесь. Старшого, только прихватим. Вдруг, действительно, из наших. Если что, вернется и подберет остальных. Если же нет, то, по законам военного времени… Сам понимаешь, — Саид плотно «упаковал» Степана, заткнул ему рот кляпом и уложил на пол машины.
Глава 6
Дверь временной тюрьмы распахнулась, и охранник с силой втолкнул Жорика внутрь. Тот не удержался на ногах и упал, во весь рост, растянувшись на полу.
— Сука, — прошипел он.
Охранник захлопнул дверь и щелкнул замком.
— Не скажу, что я очень рад тебя видеть. В смысле, в этом месте. Я уж, было, решил, что тебя минует чаша сия, — полковник Зимин встал со своего тюфяка и помог Сухову подняться.
— Это почему? — с вызовом бросил Жорик, — Почему вы все думаете, что, если у меня влиятельный папаша, то я, тоже, весь в «шоколаде»?
— Ну-ну, Жорик, успокойся. Во-первых, я совсем не это имел в виду. Во-вторых — кто это «все»?
— Да, Корзун, паскуда…
— Отставить, лейтенант! Прекратить площадную ругань и истерику. Не забывайте — Вы офицер! А это, не смотря ни на что, должно звучать гордо.
— Виноват, товарищ полковник.
— То-то. Рассказывай, как там, на воле.
— Да полная ж…, — Зимин сурово взглянул на Сухова, — извините. Там настоящая хунта, во главе с Корзуном. Роют, как кроты. Ищут все, что связано с Андреевым. Ничего не могут найти, оттого и бесятся. Вот и меня допрашивали. Потом к Вам сюда бросили. Думают, Вы что-то знаете…
— Что я могу знать? Все что мне было известно, я рассказал, — все это время, полковник пристально осматривал Жорика с головы до ног, — Какая на тебе оригинальная форма, — вдруг перевел он разговор на другую тему, — Это, что, новая поставка? Немного великовата для тебя, а в целом, смотрится неплохо.
— Это майор приказал меня переодеть. Сказал, что от меня воняет, как от местных пастухов, — обиженно сказал Сухов, — А я одежду стираю регулярно и моюсь каждый день… Ну так вот, они думают, что Вы что-то знаете…
— Да ладно ты, перестань трещать, — полковник выразительно приложил палец к губам, — Присядь, освойся на новом месте дислокации. У нас времени много. Успеем наговориться.
Зимин сделал лейтенанту знак, чтобы тот присел и говорил о чем-нибудь отвлеченном. Сам же, в это время ощупывал на нем каждую складку новой одежды.
Жорик все понял и принял игру.
— Как Вы этой вонищей дышите? Да и клопов в тюфяках, наверное, больше, чем соломы.
— Ничего, привык уже.
— А бежать? Есть смысл?
— Оставь надежду, всяк сюда входящий. Далеко не убежишь. Да и куда, собственно говоря. Это чужая страна, — Зимин что-то нащупал за отворотом воротника. Вытащил из тайника нож и, слегка распоров стежки, аккуратно извлек миниатюрный радиомикрофон. Показал его лейтенанту. Тряхнул сжатым кулаком и одними губами, торжествующе произнес: «Есть!». Жорик недоуменно качнул головой. Полковник засунул «жучок» обратно. Написал пальцем на пыльном полу: «О чем говорим?». Сухов ответил: «Андреев». Зимин согласно кивнул.
— Николай Иванович, как Вы думаете, надолго эта кутерьма, и что с нами будет?
— Не знаю. А ты что, боишься?
— Нет, конечно, — смущенно ответил Сухов, — но, как-то непривычно сидеть, как в тюрьме.
— Не переживай. Вернется майор Андреев, все станет на свои места.
