Лежащий на полу, связанный Степан, дернулся, и что-то неразборчиво промычал. Рот был забит его собственной кепкой.
— Правду говорят, что Вы, как птица Феникс, восстающая пепла. И в военном искусстве вам нет равных. Это были мои лучшие бойцы. Собственно они вас искали, по моему приказу, чтобы помочь при случае. Я отправил несколько таких патрулей. Вот этим — повезло… Если можно так сказать… Да и черт с ними, Аники-воины… Сержант, развяжи этого дуремара, пусть отправляется за своими недоумками, если их еще звери не сожрали.
— Майор, у меня раненый. Ему бы в госпиталь.
— Нет проблем… Болотов! — капитан мгновенно оказался рядом. — Позаботься о людях майора Андреева. Сделай все необходимое и, даже, больше. Сергей Сергеевич, прошу ко мне. Расскажете о своих приключениях или желаете, для начала, себя в порядок привести?
— Не мешало бы.
— В таком случае, лейтенант Шанцев проводит вас. Все, что будет нужно, он незамедлительно сделает и предоставит.
— Да что ж я, дитя малое? В собственном лагере не разберусь, что к чему? Не надо мне провожатых… Или соглядатаев?… — Андреев задал неожиданный вопрос и пристально взглянул на Корзуна. Тот на секунду замялся.
— Нет, что Вы. Просто, пока вас не было, здесь, кое-что изменилось. Много новых людей, которые вас еще не знают. Одним словом, чтобы не возникло ненужных эксцессов.
— А что, собственно говоря, произошло?
Корзун фамильярно похлопал Сергея по плечу.
— Завтра, майор. Завтра, с утра Вы все узнаете. А сейчас не забивайте себе голову. Отдыхайте. Набирайтесь сил.
— Майор, я стесняюсь спросить, а где полковник Зимин? Почему я не вижу своего командира?
— …М-м… Он временно отстранен от командования, в соответствие с полученными мной инструкциями. Но завтра, обещаю, Вы его увидите и пообщаетесь с ним.
Андреев неопределенно пожал плечами и нахмурил брови.
— Саид, топай с Мельником в лазарет, — распорядился он, — Пусть его осмотрят. Если все в порядке, забирай его и — ко мне. Будет лечиться амбулаторно. У нас — казарменное положение.
— Я в норме, командир. Могу, хоть сейчас… — подал голос Игорь.
— Все. Разговор окончен, — оборвал его Андреев, — Саид выполняй.
— Есть, командир.
Саид завел двигатель и тронулся с места. Капитан Болотов уже на ходу вскочил на подножку джипа.
— Ну, и я пошел, майор, — не оборачиваясь, бросил Сергей, — поводыря не надо.
Корзун стиснул кулаки и заскрипел зубами.
— Кстати, Сергей Сергеевич, — едва сдерживая гнев, вдогонку спросил он, — Вы нашли то, за чем ходили в рейд?
— А зачем я ходил в рейд? — насмешливо ответил вопросом на вопрос Андреев.
Корзун открыл было рот, но Сергей не стал продолжать разговор развернулся и твердым шагом направился в лагерь.
Андреев шел к своей палатке и осматривался по сторонам. Вроде бы все — то же, что и было раньше, но какое-то чужое: лица, взгляды. Нет привычной, упорядоченной суеты боевого подразделения. «Как тараканы. Избегают открытых мест и норовят быстрее забиться в любую щель. Прямо не Корзун, а Пиночет какой-то. Устроил здесь диктатуру „черных майоров“, — Сергею не терпелось, как можно скорее увидеться с Зиминым, но он решил не торопить события, — За одну ночь полковнику хуже не станет. Зато, своим посещением, легко можно ему навредить. Да и утро вечера мудренее».
Глава 8
Шульц сидел у затухающего костра и задумчиво смотрел на горячие красные угли. Разворошив их прутом, бывший начальник личной охраны «великого и ужасного» Гонсалеса, подбросил немного хвороста. Языки пламени жадно лизнули «добавку» и взметнулись вверх. Отраженные в линзах его пенсне, они придали экс-секьюрити зловещий, дьявольский вид посланца преисподней…
Когда он понял, что загадочный гость-пленник генерала улизнул, и империи несостоявшегося диктатора пришел конец, а его, оставшееся без вожака стадо, по сути, безграмотных крестьян, разбегается в разные стороны, прихватывая с собой все, что попадалось под руку, Шульц упаковал все собранные им ценности, деньги, секретные досье, сколотил вокруг себя два десятка головорезов из личного окружения, для которых, даже пять пожизненных сроков в тюрьме — сродни амнистии, а смертная казнь — решение о помиловании, и спешно растворился в безбрежной сельве. Шульц ни на секунду не сомневался, что русский майор Андреев — его счастливый билет. Только куда именно, хитрый немец, до сих пор, не мог понять. Он не стал устраивать погони и бессмысленно метаться по джунглям в поисках беглеца. Мартин Шульц прекрасно понимал, что в этих дебрях и обычного человека сложно найти, а уж такого специалиста, как этот майор и подавно. Для очистки совести, он направил несколько патрулей по наиболее вероятным маршрутам движения Андреева, но от них не поступило ни одного сообщения. Скорее всего, они, тоже, перековали мечи на орала и вернулись к своим мирным профессиям. Но для Шульца это уже не имело никакого значения. Он справедливо и разумно рассудил, что рано или поздно, Андреев вернется на свою базу. Поэтому, следует ждать его именно там, безо всяких хлопот. Слава Богу, месторасположение противника, начальнику секретной службы повстанческой освободительной армии, было известно лучше, чем кому-либо другому…
Заканчивались уже вторые сутки его терпеливого ожидания. Шульц установил постоянное наблюдение за всеми подходами к лагерю. Утешительных вестей не было. Но Мартин не отчаивался. Он верил в свою счастливую звезду и собственное предназначение, начертанное свыше: быть безмерно богатым и обладать реальной властью над людьми.
— Есть новости, сеньор, — ход мыслей Шульца прервал один из его бойцов, — Человек, которого мы ждем, только что прибыл на джипе, в сопровождении двух военных. Переговорил с офицером и ушел на территорию базы.
— Прекрасно, — сдержанно констатировал немец, — наблюдение не снимать. О любом движении, изменении ситуации, докладывать мне немедленно.
Боец кивнул головой и тихо удалился.
…Начальник секретной канцелярии Гонсалеса никогда не служил ни в одной действующей армии, но, имел воинское звание полковника. Его он получил в самом рассвете своей карьеры. Заработал, можно сказать, своим потом и чужой кровью, и этим очень гордился. Благодаря волеизъявлению своего последнего покровителя, Шульц мог бы стать и генералом, но он был, в некоторой степени, суеверным и считал, что полковничий чин дарован ему провидением. С него началась славная одиссея Мартина, и отказаться от него, значило бы нарушить запланированный ход событий.
За свою жизнь, Шульц, настоящее имя которого, данное при рождении, было Генрих Майер, сменил не один десяток хозяев и каждому служил верой и правдой, пока не начинало пахнуть «жареным» или кошелек босса истощался. Судьба не раз испытывала его на прочность. Преподносила суровые уроки. Не единожды он оказывался лицом к лицу со смертью, но благодаря природной хитрости и изворотливости, ему удавалось выходить сухим из воды. Правда, эта борьба за выживание существенно отразилась на его здоровье. Глядя на Майера, невозможно было представить, что это тщедушное, дряблое старческое тело принадлежит 42-летнему мужчине.
