все твои идеи, пусть даже лучше всех остальных, — мусор, потому что люди, имеющие силу, считают именно так. Но сейчас я один из тех существ, что обладает силой. Кто-то обладает силой разума, кто-то силой власти и связей. Ну, а у меня чистая физическая сила, хотя еще и магическая есть, это считается за две разные силы или за одну? Вопрос остается открытым. И я не буду следовать чьим-то правилам. Меня не устраивает все. Не устраивает Царство Коренвейл, не нравится королевство людей. А потому я нарекаю их обоих моими врагами. Я буду бороться с ними обоими. Но вот сейчас нужно было вывести военно-пленных миндров из окружения.
***
Погоня продолжалась уже целых четыре часа. За это время отряд из двух тысяч миндров уже давным-давно принял бой против конной гвардии Баркера и, наверняка, полностью полег. Все остальные с переменным успехом двигались к границе по лесам, тропинкам и крупным дорогам. Мы постоянно разъединялись и через 15–20 минут объединялись вновь. Отряды раз за разом делились и складывались. Мы, будто водяной поток, огибали камни и коряги, а за нашими спинами неумолимо следовали конные войска Баркера. В их рядах, как минимум, было два воина третьего ранга. Время от времени они своей магией уничтожали часть маленьких отрядов и всячески мешали. Перед началом всего этого я уже обдумал множество вариантов дальнейших действий, ведь, как ни крути, а после подобного оставаться в королевстве людей очень опасно. Рано или поздно меня бы нашли и покарали за все то, что я учинил, хотя, возможно, никто бы из них и не подумал на меня. Однако сейчас, когда я был полностью раскрыт, шанс попасться значительно возрастал, тем самым отметая множество вариантов, куда я мог бы направиться после этого.
На землях Баркера было классно. Там действительно можно было хорошенько заработать, повысить свой уровень и даже заполучить такие классные штучки, как блуждающий охотник. Но теперь многое было кончено, в человеческое королевство я вряд ли вернусь в ближайшем будущем, даже сам по себе. В Коренвейл в принципе не хотелось ехать, поскольку в моей памяти до сих пор жили те события и, если честно, я был обижен на всех миндров в целом. Помимо этих двух государств было еще практически с десяток других. Там жили всякие вампиры, люди, миндры, автоматоны, может быть, гномы, орки, гоблины. Какая, блин, разница? Я не особо запоминал, поскольку жизнь моя не была с ними связана. Еще со времен Стуржи я помнил, как Кордо сказал мне о крае мира — о таком своеобразном пустынном месте, где господствовал какой-то клан Фенхо. Данная территория была расположена к западу от человеческого королевства и пролегала через целое море, а может, и океан. Однако я точно знал, что между двумя материками ходят суда, и на новый пустынный континент с определенными трудностями, но попасть было можно. Как все это закончится, туда я и отправлюсь. Каких-то особых веяний по этому поводу у меня не было. Я направлялся туда просто потому, что мне так было по кайфу. Вот хочу туда, и все. Ну, а что вы мне сделаете? К тому же, что сделают там мне? Ведь я уже давным-давно боец третьего ранга. А в этом мире нет ранжировки по уровням, как в каких-нибудь играх, что мол, вот этот континент слабенький, начальный, а вот этот уже посильнее, и там водится монстров побольше и поопаснее. Нет. Везде все было примерно одинаково. В каждом королевстве была парочка существ четвертого ранга, около тысячи или двух третьеранговых, разбросанных по всей округе, и бесчисленное количество второго и первого ранга.
Континент на краю Земли не был исключением. Краем Земли его называли, потому что, кроме оазисов и бескрайней пустыни, там ничего не было. До чего-то нового там никто добраться не смог. Пустыня казалась бескрайней и пустой. Поэтому то место и назвали краем мира. И тем не менее, как минимум сорок крупных городов там было. А оазисы с реками создавали своеобразные оплоты жизни, где выращивали зерновые культуры и в принципе жили. Там я точно найду себе дело. Быть может, наконец настанет то время, когда я смогу тихо и мирно зажить, дабы практиковаться в травничестве. Наконец построю нормальные, длительные отношения с кем-нибудь — будь то мужчина или женщина. Кстати, на том континенте жили не люди. И вот это могло оказаться большой проблемой.
— Краулер, у нас проблемы. Они слишком быстро нас нагоняют. До границы осталось немного, но если мы ввяжемся в бой, то приграничные войска успеют взять нас в плотное кольцо, и тогда, боюсь, никто из нас не сможет уйти.
Подобные слова вырвали меня из своих размышлений. Я, блин, даже успел забыть, в каком положении сейчас был. Черт бы побрал все это действо, в которое я сам себя загнал. Посмотрев вновь на Риту, прикусил губу. Она ведь до сих пор не знает, что, по сути, я, как последняя мразь, использовал ее. До полноценной близости у нас все дойти не успело — все же обстановка не то чтобы располагала. Однако во всем остальном мы сблизились очень сильно. Что ж, видимо, такова судьба. Настало время прощаться. Достав из своей нагрудной брони письмо, я вначале передал его лидеру восставших миндров. Он с непонятным выражением посмотрел на меня, ожидая разъяснений, и он их получил.
— Это письмо для правления Коренвейла. Расскажете им все, что произошло, отдайте письмо. Его не открывать и содержимое не читать. Государственная тайна. Думаю, вы понимаете.
— Краулер… — сдавленным голосом прошептала Рита. Посмотрев на нее, мое сердце защемило. Наклонившись, я соприкоснулся своим лбом к ней и так же тихо произнес.
— Наше совместное путешествие было коротким, но важным для меня. На этом, к сожалению, наши пути расходятся. Однако не волнуйся, мы еще обязательно встретимся. Пожалуйста, не умри до этого момента, дождись меня. И, быть может, после окончания всего этого ужаса мы сможем зажить тихой, совместной и очень счастливой жизнью.
Конечно же, Рита пыталась что-то противопоставить моим словам, однако она была настолько избита, что на нее было жалко смотреть. Пересадив ее на лошадь лидера восставших миндров, я пригрозил ему пальцем.
— Береги ее. Хоть костями ляг, но не дай ей умереть. Я разберусь с теми, кто сидит у нас на хвосте. Меня не ждите. Так что на этом мы с вами прощаемся. Обязательно передай письмо.
— Счастливого вам пути, Краулер! Берегите себя! — крикнул напоследок
