дело…
Михалыч посмотрел на прогоревшую трубку в своей руке, снова вытряхнул пепел, достал кисет с табаком и снова набил. Прикурил от поданной Кувалдой зажигалки.
— Стóит ли, Ваня, винить простого работягу за то, что он в итоге слушал больше «правых», которые хоть и были всегда прислугой буржуя, зато говорили просто и понятно, давали простые ответы на сложные вопросы… когда «левый» — тот, кто, казалось бы, должен быть на стороне этого работяги, шагает вместе с пидорасом и феминисткой, да и сам выглядит так же? Да и какой нормальный человек, имевший семью, растивший детей, захотел бы встать рядом с таким выродком…
Кувалда покачал головой, и тоже скрутил самокрутку, уже третью, задымил.
— С такими коммунистами, Борис Михалыч, какие были перед Войной, никаких фашистов не надо… Я думаю, если бы то левачьё, довоенное, попало к нам в сегодняшний день, оно бы теперешними выродками быстро поладило.
— Ещё как поладило бы, Ваня! — ответил старик. — Ещё как поладило!
В молчании они докурили, и Михалыч, почистив трубку, развернулся к открытой гермодвери:
— Пойдём, что ли, Ваня…
Они двинулись обратно к командному пункту.
— Так чтó насчёт ядерных зарядов? — вернул разговор в деловое русло Кувалда, когда они вошли в КП.
Женька, внимательно изучавшая на экране какой-то программный код, бросила на деда и Кувалду короткий рассеянный взгляд и вернулась к своему занятию.
— Будут тебе ядерные заряды, — ответил Михалыч. — Завтра начнём разбирать ракету.
— А она не того… не рванёт? — искатель с сомнением посмотрел на старого хакера.
— Не-ет, что ты! — Махнул рукой старик, усаживаясь на стул возле своего ноутбука. — За это можешь не беспокоиться! Нужно человек пять крепких мозговитых ребят, лебёдка и кое-какой инструмент.
— Организуем. А как скоро дело сделаешь?
— Думаю, дней за пять, — ответил старик. Он помолчал, потом произнёс: — Это, Ваня, ещё не всё, что я хотел тебе сообщить…
— Что ещё? Не тяни, Борис Михалыч, рассказывай!
— Ты как думаешь, почему ракета эта никуда не улетела, а в шахте осталась?
— Откуда мне знать? Неисправность может какая…
— Не-ет, Ваня. Не неисправность!.. Вернее, неисправность, но такая, какую только руками сделать можно.
— Это как?
— В системе её отключили. «Казбек» ракету попросту не видел, потому и не отправил по назначению… Её даже «Периметр» запустить не смог. Потому, что «Периметр» её тоже не видел…
— Михалыч, давай понятно!
— Ваня, — вздохнув, сказал старик. — Объясняю на пальцах… Мы находимся в резервном командном пункте двух систем, «Казбека» и «Периметра». «Казбек» — это система, которой командовал человек: Президент, Министр обороны и уполномоченные лица из РВСН. А «Периметр» — это система, которая работала самостоятельно…
— Подожди, Михалыч, — остановил его Кувалда. — Про «Периметр» этот я в курсе, что он автоматический. Объясни, как так выходит, что у автоматической системы есть командный пункт?
Старик улыбнулся почти снисходительно.
— «Командами», Ваня, называются любые указания, которые делает человек компьютеру посредством интерфейса… Вот ты мышь сдвинул… — Михалыч ткнул пальцем в компьютерную мышь, та сдвинулась по столу на сантиметр, и чёрный экран ноутбука включился, бросив на Михалыча холодный голубоватый свет, — …и это уже — команда. То, что помещение, в котором мы находимся, называется «командным пунктом», не означает, что придя сюда, человек мог приказать «Периметру» нанести ядерный удар по противнику. «Казбеку» мог, при наличии ключей, — он кивнул на пульт у стены, по краям которого имелись соответствующие разъёмы в количестве двух штук, — а «Периметру» — нет. «Периметру» человек мог только дать команду «усилить бдительность» или прямо сообщить о нападении. И «Периметр» в таком случае запустил бы дополнительную проверку по имевшимся в его распоряжении каналам. Грубо говоря, «Периметр» не поверил бы человеку на слово, и уж тем более не побежал бы вприпрыжку выполнять его хотелки. Ну, что, теперь понятно?
— Понятно.
— Теперь дальше… У этого компункта в подчинении четыре шахты. Перед Войной в трёх стояли межконтинентальные ракеты с разделяющимися боевыми частями, нацеленные лететь к пендосам. Они подчинялись «Казбеку». В четвёртой была командная ракета «Периметра». Эта должна была лететь над территорией России и передавать по радио команду на старт всем стратегическим ядерным силам страны: шахтным, мобильным, авиации и флоту… Разумеется, таких ракет у «Периметра» было больше одной… Я думаю, штук десять, не меньше… У «Казбека» не было доступа к командной ракете, а у «Периметра» к боевым ракетам доступ был, но не прямой, как к командной, а через «Казбека»… И, кстати, насчёт «Казбека»… Судя по записям в системе, команда от президентского «ядерного чемоданчика» «Казбеку» не поступала… А это значит, что не Россия нанесла первый удар… — Михалыч минуту помолчал, давая Кувалде осмыслить услышанное. Ведь до этого дня никто в Содружестве точно не знал, кто начал Войну. — Так вот, — продолжил старый хакер, — когда «Периметр» понял, что на страну совершено нападение, и что Кремль и Генштаб не отвечают агрессору… и не отвечают вообще… я думаю, их на тот момент просто не существовало… проверив радиоэфир, линии связи, сейсмодатчики и радиационный фон в разных местах, запросив спутники на орбите и ещё кучу каналов, по которым «Периметр» получал информацию об обстановке… и убедившись в том, что всё, трындец, «Периметр» запустил свои командные ракеты… Конкретно этому сегменту «Казбека» «Периметр» отдал команду напрямую, не через радиосигнал, и местный «Казбек» команду выполнил — запустил все бывшие у него в наличии ракеты… аж две штуки! А третья шахта числилась у «Казбека» пустой…
Кувалда внимательно слушал Михалыча, глядя перед собой, и когда тот закончил говорить, некоторое время молча обдумывал услышанное, понюхав пару
