уши подкаблучник. Мужчина с характером и выше ее по положению девочку сожрет. Оно вам надо?
— Сами разберемся. — В ворчании госпожи Ян все еще слышались нотки ада, но уже не такие уверенные. Она как минимум задумалась.
А я мысленно перекрестилась пяткой, чтобы третий кандидат оказался таким же вменяемым, как первые два.
Увы.
Как только я увидела «младшего У», сразу словила синий экран. Потому что… у меня возникло стойкое ощущение, что передо мной не живой человек, а актер какого-то турецко-корейского сериала про властного президента и секретаршу с альтернативным чувством юмора. Про ее тягу к мазохизму можно не упоминать, она в подобном образе прошита по умолчанию.
Мужчина за столиком у панорамного окна, несомненно, выглядел роскошно. Идеально сидящий на фигуре черный костюм-тройка, отполированные туфли, часы «Ролекс» и запонки, поблескивающие в свете софитов. Он сидел расслабленно, смотря куда-то вдаль. Классически прекрасное лицо с азиатскими чертами. Глаза… кажется, местные называют это глазами дракона. Пара расстегнутых верхних пуговиц у рубашки и чашка горячего черного кофе на столе.
Картину, словно вышедшую из каких-то женских фантазий, дополняла ненавязчивая песня саксофона и великолепный вид на ночной город с сорок первого этажа.
Только вот вся эта магия развеялась, стоило мне подойти ближе и обратить на себя внимание. Потому как с первой же секунды У Вейшенг повел себя как опытная самовлюбленная сволочь. Он несколько раз прошелся по мне взглядом хозяина этой жизни, оценивая всё — от одежды и сумочки до непосредственно моего тела и лица. Еще секунда — и я была снисходительно признана «годной к употреблению», а потому мужчина грациозно поднялся и одним движением отодвинул мне стул напротив себя.
— Добрый вечер. Присаживайтесь, мисс Ян.
Что поделать. Пришлось для начала вежливо здороваться и садиться, куда велели. Некстати в голове всплыл текст с какого-то сайта про имена — мне мачеха подогнала не только гороскопы кандидатов, но и полные расшифровки их имен до последней черточки в иероглифе.
Имя «Вейшенг» означает потребность доминировать. Всегда и везде. Вне зависимости от того, насколько оправданно такое стремление в конкретных обстоятельствах. Конфликт с тем, кто заведомо сильнее, не пугает, а, скорее, наоборот — раззадоривает.
С возрастом меняется только «весовая категория», а приоритеты остаются прежними «сильнее, выше, быстрее», даже когда в этом нет практической необходимости. Зато — есть результат.
Эрике такое точно не подойдет. А про меня и вовсе разговор не стоит начинать. И как такое отпугивать? Нахамить? Вспомнить тот самый сомнительный юмор из сериалов?
Нет. Еще раззадорится, кинется «покорять недоступную вершину» и перевоспитывать наглую женщину.
Про Рю я даже упоминать не буду, потому как результат непредсказуем. Слишком уж сильно менялось выражение лица моих отца и мачехи, когда они говорили о его семье. А я не хотела бы стать причиной серьезных проблем у моего лохматого режиссера.
Еще немного подумав, я выбрала образ воспитанной робкой девочки-куколки, которую нарядили, накрасили и посадили на стульчик. Она сидит, хлопает глазами и ничего из себя не представляет. Интересного!
— Думаю, представляться нам не стоит. Мы оба читали анкеты друг друга и знаем, зачем организована эта встреча. Так что позвольте быть полностью откровенным. Ваше прошлое, конечно, не делает вам чести, — одновременно предельно вежливо и крайне хамски заявил мне претендент после долгого молчаливого осмотра. — Но это мелочи, я понимаю. Детские шалости, простительные девушке вашего возраста и положения. Признаться, будучи школьником, я тоже мечтал о… ненадежных вещах. — Вейшенг на секунду посмотрел мне в глаза и продолжил чинно расчленять стейк с кровью. Причем разрезал он сразу два — и себе, и мне. — Надеюсь, вы понимаете, что, став миссис У, вы должны будете забыть обо всем, что связано с индустрией развлечений. Наша семья слишком уважаема и влиятельна, чтобы ассоциироваться со… скажем так, артистической средой.
Хорошо, что в местной культуре можно не отвечать на такие замечания вслух. Достаточно опустить глаза и робко улыбаться краешками рта. При этом мужчина может быть сто раз уверен в покорности противоположной стороны, а для женщины остается лазейка: она просто вела себя вежливо, а согласия прямо не выразила.
По башке б тебе двинуть, и чтобы влюбился по-настоящему… упырь ты лоснящийся, а нельзя. Вдруг понравится, не дай бог!
Глава 20
— Моя жена должна будет стать хозяйкой нескольких поместий, полностью принимая на себя управление прислугой и ведение финансовых книг. Поэтому я только приветствую ваше экономическое образование. Кроме того, престижный диплом в семье поднимает ее статус. — Передо мной наконец поставили блюдо с идеально разрезанным куском сочного мяса. — Конечно, даже дети понимают, что в случае нашего брака моей жене никогда не потребуется работать по специальности вне интересов корпорации У. А в корпорации не принято нанимать женщин на руководящие должности. Но поверьте, вам хватит и домашних дел. Особенно после рождения наследника.
А-А-А-А-А!
Как глухарь на току, честное слово. Когда ему самому-то наскучит? Гундит и гундит уже минут десять.
Я, конечно, продолжала всю дорогу изображать вежливое внимание, но чувствовала, как терпение начинает истощаться.
Терпи, Рита! Нельзя показывать характер! Хищник не жрет падаль, есть шанс, что, не добившись реакции, упырь отстанет и побежит на поиски более живой добычи.
Желание надеть ему на голову тарелку с моим остывающим стейком с каждой секундой росло. И ведь главное, вроде не за что… он, по сути, не сказал ничего плохого, честно обрисовал картину. Отчего же так бесит?
Наверное, оттого, что глухарь токует сам для себя, вообще не интересуясь чужой реакцией. Выдает банальность за банальностью с таким видом, будто все давно решено, а он делает большое одолжение, разъясняя дебилке прописные истины.
И только один момент удерживал меня от того, чтобы прервать его спич неожиданным вопросом, желательно самого похабного характера.
Я прямо не смотрела на У Вейшенга. Но в здешней культуре веками развивалось женское искусство замечать все на свете, не поднимая глаз. Периферийное зрение как у натренированных сов!
Так вот. Ртом мистер У вещал одно, а взглядом… такое впечатление, будто на тропе к водопою раскрылась ловушка с шипами, а над ней Каа выгнулся на ветке и шипит: «Идите ко мне-е-е, бандерлоги!»
Он словно нарочно доводил собеседницу до белого каления, чтобы она не выдержала, вспылила и показала истинный характер.
А хрен тебе с повидлом, доминатор ты ушастый. Держать себя в руках я умею, что бы там ни бурлило внутри, выплескиваясь в мозг лавовыми потоками бешенства и возмущения.
—
