уха, еле слышно взвизгнул и закусил губу.
— Следи за языком, — напомнила я, — когда разговариваешь с цзе-цзе (прим.автора: старшая сестра, уважительное обращение к девушке выше по положению или немного старше по возрасту). В следующий раз отведу в туалет и вымою рот с мылом.
Стоявший в дверях Санти тихо хрюкнул, скрывая смех. Но комментировать не стал. Я была благодарна — еще один парень, который просто мог дать воробью по шее или силой усадить на стул, одним своим присутствием удерживал пацана от попытки побега.
— Какая ты мне… Ай!
— Старшая. Вы все трое с недавнего времени подчиняетесь мне как представителю агентства на этом шоу. Тебе должны были сообщить.
— Знаю, нам сообщили, — неожиданно подтверждающе буркнул воробей. — Но ты ж нянчила только своего белобрысого, вот и продолжала бы облизывать ему зад!
— Еще раз дернешься, нарисую тебе глаз на ухе. Кто тебя запер?
— Не твое дело. — Несчастье завозилось на стуле и снова закусило губу.
— Мое, — спокойно напомнила я, поворачивая его голову к свету, чтобы удобнее было накладывать тон. — Или сам не знаешь?
— А вот не знаю! Ты меня все равно под своего любимчика ковриком для ног подложишь. Надо же ему на чьем-то фоне сиять! И смысл тебе возиться с моими проблемами?
— Кто тебе сказал? — Когда разговариваешь с готовым сорваться в истерику подростком, самое правильное — самому не впадать в эмоции. Спокойствие, только спокойствие, как завещал великий Карлсон.
— Да это все знают! Я тут — фон! Та самая страшная подружка, рядом с которой другие смотрятся более привлекательно! Прям как ты! — последнее он добавил, видимо, по привычке. Ну не может обиженное дите не ужалить.
— Я вот не знала, пока ты не сообщил. — Внутренняя Маргарита Вадимовна только хмыкнула на слабую попытку пнуть в больное место. — А ты откуда почерпнул эту информацию?
— Ты дура? Это любому идиоту понятно. Да что на шоу, даже в самом агентстве… — Он махнул рукой.
— Я не идиотка, поэтому мне непонятно, зачем раз из раза самому себе портить жизнь, — ответила я.
Воробей пыхтел от злости, но цвет лица у него стал ровным. Под моими руками исчезли красные пятна, припухший нос и искусанные губы. Глаза оставались розовыми, но в здешней культуре «заплаканный взгляд» даже у парня — это скорее плюс, чем минус. Если, конечно, не рыдать в голос и не сморкаться в плечо товарища.
— Ну, более-менее. На люди, во всяком случае, показаться можно. Энрике, сколько у нас времени до того момента, как вас позовут на сцену?
Воробей наконец опасливо посмотрел в зеркало. Прошла секунда, две…
— Ты! Ты что наделала?! Я же теперь на девчонку похож! Совсем как баба! — Хм, а вот еще один странный кусочек пазла в копилочку.
— Ты похож на симпатичного мальчика-подростка, то есть на самого себя, — все так же спокойно поправила я, не давая ему вскочить или растереть лицо руками. Признаюсь, макияж в моем исполнении был более нежным, чем его обычный, и акцент я действительно сделала на этакую детскую милашность, подчеркивая валики под глазами и выделяя ямочки на щеках. Если не ошибаюсь, раньше воробья красили так, чтобы он казался старше. Утяжеляли брови, вытягивали уголки глаз тенями и подводкой, подчеркивали скулы, превращая его в стандартный смазливый манекен неопределенного возраста.
— У меня глаза как у офигевшей коровы! И губы бантиком! А откуда эти щеки?! Я же похудел! — верещал тем временем Мо Юй. — Верни как было!
— Похвальная самокритичность. — Улыбку сдержать не удалось, а пока засранец хватал ртом воздух, я ловко оттянула майку с его ключицы и зло рыкнула: синяк мне не померещился. Более того, он был не один.
Санти заглянул мне через плечо, и я впервые увидела, как солнечный мальчик может излучать не только свет и тепло, но и мгновенно полыхнувшую жаркую ярость.
— Кто?! — шипящим от злости голосом спросила я.
Да, воробей пакостник. Да, сама бы сгоряча по шее надавала. Но бить до синяков, еще и так, чтобы с первого взгляда не видно было… это слишком.
— Сам неудачно упал. Как и сегодня, — буркнул он, судорожно одергивая футболку и отходя от меня на пару метров. Дальше просто не позволял размер гримерки.
— Сам?! Лад-но… — Я втянула воздух сквозь зубы. — Сейчас некогда. Запомни одно. Ты, паршивец, мне напакостил, и я бы с удовольствием тебя отшлепала за такие подлые делишки. Но никому. Никогда. Не позволю обижать того, кто под моей защитой. Понял? Еще раз так упадешь — я не буду спрашивать, кто это сделал, я пойду и оторву голову всем, кто был с тобой рядом в этот неудачный момент. Понял?
— По… понял… — почему-то очень тихо ответил Мо Юй. И даже не стал дальше блажить по поводу нового макияжа. Покорно позволил Энрике взять себя за плечи и вывести из гримерки.
Напоследок Санти оглянулся и кивнул — мол, не беспокойся, провожу и прослежу.
Ну вот. Не было печали, подобрала баба… воробья. Будто мне не хватало прочего зоопарка из львенка, цыпленка, щенка, летучей мышки и эм… дерева? Нет, солнышка? Рита, ты сошла с ума. Какая досада…
Надо узнать размеры этого недоразумения, а то одежка у него явно с чужого плеча. Денег у меня пока в обрез, но на пару приличных футболок хватит. Или на отцовские купить? Тот явно не станет заморачиваться такими мелкими суммами. Скажу, что лечу нервы после Вейшенга.
И еще надо запросить полный воробьиный файл из агентства, проверить, так сказать, бэкграунд. И узнать, кто с ним в одной подгруппе на этом шоу.
И оторвать им всем головы, додумались пацана бить! Это теперь позволено только мне, и то в воспитательных целях — ремнем по жопе. Ладно, шучу… про последнее. Почти.
Глава 24
877: АААААААА, вы это видели?! ВИДЕЛИ?!
WTF1: Не слепые. Но ни за что не поверю, что это правда! Так, глупости и фантазии в сети.
Daqson)): Организаторов конкурса надо растворить в кислоте, чтобы не придумывали таких провокационных конкурсов.
H1234567890: Ты дурак?! Или, скорее, дура?! Это же гениально! Когда мы еще увидели бы, как золотой феникс и золотой лев сошлись в поединке? А потом носили друг друга на руках?!
—23: Мой Феникс должен носить на руках
