Положив руку на талию, она медленно подошла к стулу. Грейс молча смотрела на нее.
– Это старая система, – продолжила Триста, расслабленно опускаясь на стул. – Ты не будешь возражать, если я позвоню и попрошу немного чая?
– Не хочу занимать твое время, – ответила Грейс. По ее лицу было видно, что она недовольна, обнаружив Тристу, когда искала Романа.
– Я тебя не задержу, – сказала Триста, – хотя думаю, что нам следует прояснить наши отношения. Ты согласна?
Эта мысль Грейс не понравилась. Нахмурившись, она поспешила сменить тему:
– Не думала, что он, как феодал, будет скакать по полям. Хотя отец часто делал это во время своих визитов в Уайтторн. Он говорил, что работникам нравится, когда он разговаривает с ними. Это пробуждает в них чувство избранности и собственной ценности. Эти дурачки не знают, что ему наплевать и на них, и на собственную семью.
– Похоже, ты не любишь своего прошлого, Грейс, – осторожно начала Триста, – и, возможно, из-за этого у тебя трудности в настоящем. Это был несчастливый дом для тебя и Романа.
– Тебе этого не понять. У тебя была мать.
– Она очень любила тебя и Романа. У нас было сложное прошлое, но мы должны теперь жить в настоящем.
– Да, и ты сейчас на коне. Хозяйка Уайтторна, жена Романа, мать его сына и наследника.
– А ты – любимая сестра моего мужа и тетя моего сына, двух самых для меня дорогих людей. Я бы очень хотела, чтобы мы лучше поладили.
Лицо Грейс выразило неудовольствие.
– А мы плохо ладим? Разве я проявила какое-то неуважение, после того как получила отповедь от твоих поклонников?
– Поклонников?
– От Романа. И Джейсона. – Последнее имя она произнесла сдавленно.
– Мне жаль, что так получилось. Им не следовало вмешиваться. – Но ей было приятно, что Роман ее защищал. – Я должна сама улаживать собственные дела.
– Да. – В ее голосе появилась насмешка. – Триста, всегда способная за себя постоять. Неутомимая Триста. Есть что-либо на свете, что ты не можешь делать?
– Я не могу сделать тебя такой, как я, – сказала Триста. – Хотя я пыталась это почти всю жизнь.
От этих слов Грейс надолго замолчала. Потом недоверчиво прищурилась:
– Тебе недостаточно, что Роман у твоих ног? И похоже, Джейсон? Ты хочешь, чтобы тебя обожали все?
– Нет. Я хочу твоей дружбы. Мы здесь единственные женщины. В детстве мы росли вместе, и у нас могли бы быть особые отношения. Однако ты этого не хочешь, и я принимаю это спокойно. Было бы нормально, если бы ты и дальше старалась казаться любезной. В конце концов, это твоя семья.
– О, прошу, не притворяйся, что ты заботишься обо мне. Ты делаешь это только ради Романа и Эндрю.
– Конечно. Что в этом плохого? Я стараюсь сохранить в семье мир ради нас всех. Если бы не они, я бы не потратила ни минуты на такую высокомерную, мелочную, неблагодарную, озлобленную особу, как ты.
Грейс сжала губы и ответила:
– Если бы ты не родила такую хорошую копию моего брата и затем не вышла бы за него замуж, я бы нашла способ избавиться от тебя.
– Я прекрасно это понимаю.
Грейс стояла неподвижно, изучая свою собеседницу.
– Мы никогда не станем друзьями.
– Мы для этого зашли слишком далеко, – кивнув, согласилась Триста.
Грейс медленно улыбнулась:
– Ну, по крайней мере мы поняли друг друга.
Триста кивнула с любезной улыбкой:
– Совершенно. А, вот и чай. Ты уверена, что не присоединишься ко мне?
Грейс опустилась на стул, сложила руки на груди и с равнодушным видом стала ждать, когда Триста нальет ей чаю.
– А теперь, – сказала Грейс, откинувшись назад с чашечкой в руках, – нам хорошо бы поговорить об Эндрю. Как познакомить его с соседскими детьми?
– Я хочу устроить в доме детский праздник.
– Это интересная мысль. Но праздник может привести к непредсказуемым последствиям. Вспомни об обстоятельствах. Ты когда-то была в этом доме служанкой. Теперь ты хочешь, чтобы к тебе относились как к хозяйке. Надо сделать так, чтобы это не привело к неприятным случайностям.
– Ты считаешь, что я не смогу справиться с обязанностями хозяйки дома? – насмешливо спросила Триста. – Ты так хвалила меня всего минуту назад.
– Во мне говорила злость. Но у тебя же нет никакого опыта. – Пока Триста жевала бисквит, она отпила чай. Триста прекрасно могла бы встретить гостей, но Грейс очень хотелось ее уколоть. – Однако я могла бы помочь. Наши не очень просвещенные соседи могут смотреть на тебя свысока, но они не откажутся от приглашения от нас обеих. Конечно, я сделаю это только ради Эндрю, – поспешно добавила она. – Он должен чувствовать себя хорошо, и если мы выступим с тобой единым фронтом против всех этих сплетников, у них не будет предлога игнорировать нашу семью. Вся семья должна показать свою поддержку тебе, так что им придется признать тебя леди Эйлсгарт.
Хотя ей было больно слышать эти слова, Триста не могла не признать их правоты.
– При твоем участии дело примет совсем другой оборот. Спасибо за предложение.
– Да, но не будем лить слезы умиления. Это всего лишь праздник – ради Эндрю.
Триста наклонила голову:
– Конечно.
Грейс поправила платье.
– Это не такое значительное событие, как, к примеру, вопрос о том, следует ли строить новое крыло дома.
– О! – воскликнула Триста. – Но я меняю обстановку моей комнаты и не могу сделать выбор. Ты не посмотришь, какие цвета там лучше подойдут?
– Что? Ты собираешься переделать комнату моей матери? – Грейс недовольно выпрямилась. – Это все было сделано для нее и за большие деньги. Там очень мило, и я определенно не шевельну пальцем, чтобы что-либо изменить.
– Тогда я прибыла вовремя, – прозвучал чей-то новый голос. – Похоже, как раз, чтобы вы не поссорились. Я отлично разбираюсь в декоре комнат.
– Тетя Мэй! – воскликнула Триста и бросилась к маленькой женщине, буквально ворвавшейся в комнату в облаке перьев.
Мэй рассмеялась.
– Я просила дворецкого не сообщать обо мне. Я хотела застать тебя врасплох. Вижу, что мне это удалось. О дорогая! – добавила она, когда Триста обняла ее слишком горячо.
– Я скучала без тебя, – сказала Триста. – И я знаю, что Эндрю тоже. Он будет очень рад.
– Тогда приведи его немедленно, чтобы я могла сообщить ему хорошую новость, что я приехала. Я заметила, что, упоминая тех, кто скучал без меня, ты не упомянула своего мужа.
– Чепуха. Роман будет очень рад. Он был счастлив, что ты приедешь, когда я показала ему твое письмо.
Мэй похлопала руку Тристы и повернулась к Грейс:
– Привет, леди Грейс. Рада видеть тебя снова.
– Грейс и я как раз раздумывали, как устроить детский праздник, – объяснила Триста.
