– Приснится же такое… – еле слышно прошептал я и вдруг замер: дыхания Иора, пленника, преследующего меня во сне, в палатке слышно не было!
Полуприкрыв глаза, я попробовал почувствовать его местонахождение и, к своему удивлению, не смог – видимо, он удалился от шалаша намного дальше, чем я мог «локаторить», что само по себе было довольно странно: все необходимые «удобства» находились в пределах моих возможностей.
Быстренько одевшись, я застегнул перевязь с мечами и, выбравшись наружу, быстренько добрался до апартаментов великого вождя союза племен господина Щепкина:
– Вовка! – не влезая внутрь, я легонько пнул его в бок прямо через шкуры и, подождав несколько секунд, поддал ногой посильнее.
– Ась? Щепкин на проводе! – в заспанном голосе друга было столько счастья, что я невольно вспомнил свою Машку и расстроился еще больше.
– Вовчик! Шо там такэ? – пробормотала моя сестричка, а потом, видимо прислушавшись к своим ощущениям, недовольно пробормотала: – Чего тебе, получночник? Нам хлеба не надо, работу давай?
– Иор пропал! – вполголоса буркнул я. – По крайней мере, я его не ощущаю…
– Не понял? – буквально через пару десятков секунд Вовка, а за ним и Беата выскочили наружу и принялись таращиться на меня в предрассветном полумраке: – А куда он мог деться? Вокруг деревни – часовые. Мимо них хрен пройдешь… Хотя… Минуточку… – Щепкин сорвался с места и исчез в моем шалаше.
– М-да… Пройдешь… То есть прошел. Наверняка… – прошептал он, выбираясь обратно. – ПНВ спер, сука. И свой контейнер… На кой хрен он ему сдался?
– Поднимай Джамшера. Надо его догнать… Что-то мне это не нравится… – схватившись за голову, приказал я: сон, скотина, опять оказывался совсем не кошмаром, а чертовым аналогом Эолова пророчества!
– Что такое? – почувствовав в моем голосе нечто большее, чем обычное беспокойство, задергалась Беата. – Опять предчувствие?
– Угу. Типа того… В общем, надо его догнать… И чем быстрее – тем лучше…
– Догоним… – мрачно пробормотала она и принялась приводить себя в порядок. – Что встал? Иди, собирайся… Мало ли куда нас занесет?
…Ощущение того, что цель наших поисков где-то неподалеку, появилось часов через восемь безумного бега по бездорожью. Причем направление, куда нас вел Джамшер, и место, на которое указывало мое шестое чувство, не совпадали: Будильник несся по следу, постоянно забирая вверх, в направлении небольшой перемычки между скалами, к перевалу, ведущему в соседнюю долину, а мне казалось, что пленник где-то внизу и левее. К моменту, когда все прояснилось, я уже был готов остановиться и ломануться по склону вниз – пленник вышел из зоны досягаемости!
– Стоп! Тут он сорвался вниз! – замерев на краю осыпи, пробормотал Джамшер и, нахмурившись, выругался: – Чертов долинник! Ну кто так ходит по горам?
Если бы не все усиливающееся волнение, я бы, наверное, даже получил удовольствие от спуска в показанном нам Будильником режиме: мелкие камешки, неподвижно лежащие на довольно крутом склоне, сползали вниз при каждом шаге, а учитывая то, что мы туда и бежали, создавалось ощущение, что мы движемся на каком-то безумном эскалаторе. Правда, на каждом шагу немного вязли ноги и, для того, чтобы сохранять равновесие, приходилось размахивать руками, но зато метров пятьсот спуска мы преодолели за считанные мгновения…
Пленник стоял на коленях и смотрел на нас так, что от его взгляда хотелось спрятаться: в нем, напополам с безумием кипело какое-то тихое бешенство, отчаяние и чувство вины! Почему-то перед нами…
– Стоп!!! – Вовка вцепился мне в рукав и с силой рванул на себя. – Дальше идти не надо!!! Эта скотина открыла контейнер…
Я рухнул на осыпь там же, где и стоял: судя по рассказам Щепкина, в этом чертовом пенале, валяющемся на коленях у Иора, хранилась какая-то редкая гадость. Которая в эту минуту неотвратимо пропитывала все окружающее…
– Можно я его пристрелю? – вцепившись в винтовку, висящую на плече у мужа, взвыла Беата.
– Минуточку! – Вовка, не обращая внимания на то, что оружие, еще мгновение назад висевшее у него на плече, перекочевало в руки Хвостика, что-то затараторил на языке этого ублюдочного ученого.
– Все, братан. Ты допрыгался! – Беата вскинула винтовку к плечу и плавно потянула за спуск. Безрезультатно. Потянула грубее – тоже никакого результата. – Да, блин, ножом зарежу!!! – взъярилась она и, выхватив клинок, метнулась было к нему поближе.
– Не мешай! – взвыл Вовка и, пихнув супругу обратно на осыпь, умоляюще посмотрел на меня. – Дайте мне минуту!!!
– Беата! Иди сюда! – рявкнул я, вспомнив и повторив то состояние, в котором у меня получался командный голос. Хвостик вздрогнула, повернулась ко мне лицом и медленно, словно преодолевая нешуточное сопротивление, двинулась в мою сторону. – Сядь! Сиди! – Не давая ей справиться с собой, добавил я и на всякий случай вцепился в ее рукав.
– …Эта дрянь, которую он себе вколол, пока себя не проявляет… Если верить этому подлючему ученому, то получается вот какая хрень… – выслушав монолог покалеченного пленника, мрачно начал Щепкин. – То, что мы находимся в патовой ситуации, он просек уже давно. Не дурак, блин. В общем, он решил нам помочь. И заодно отомстить тем, кто что-то там сделал с его женой. Короче, на этом контейнере есть какая-то хрень, что-то типа дозатора, позволяющая вводить это вещество в кровь испытуемого. Вот он себе и ввел. Насколько я его понимаю, эта дрянь опасна только для человека – ни животные, ни птицы от нее не мрут, так что если бы он добрался до долины Серого песка, то погибли бы только его соплеменники. И те горцы, которых они используют как расходный материал. И то не сразу – проникнув в кровь носителя, вещество какое-то время никак себя не проявляет. Ну или почти никак… Так… секундочку… Он что-то хочет добавить… В общем, механизм работы этого штамма выглядел приблизительно так: первые сутки зараженный оставался безопасен для всех. Следующие двое суток заражались только те, кто находился с переносчиком в тактильном контакте. Четвертые и пятые сутки заболевание передавалось еще и воздушно-капельным путем, а на исходе шестого дня наступала кульминация – зараженный умирал. В муках. Самым гнусным из всего рассказанного оказалось то, что трупы погибших от этой дряни рекомендовалось сжигать в специальных высокотемпературных печах, так как всякие там могильники не давали даже пятидесятипроцентной вероятности того, что эпидемия не продолжит распространяться дальше…
– А теперь эта падла сломала себе ногу! – закончив рассказ, Вовка грязно выругался и, подумав, спросил: – Слышь, Олег, а если мы навалим тут офигенную кучу дров, то температуры хватит, чтобы никто не заразился?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
