чрезвычайно модно. При виде меня, господин космет издал рёв раненого бегемота.
- О нет, вы только посмотгите на неё! - мои тгуды пошли пгахом. Сколько усилий, сколько невров! Нет, я отказываюсь, я категогически отказываюсь габотать в таких бесчеловечных условиях. Где он? – господин куафер схватил меня за локон и подтащил к зеркалу в гостиной – где волшебный оттенок «шампань»?
В ответ на пылкую речь мосье, я с сожалением пожала плечами, чувствуя определённую неловкость от того, что все те километры нервов, что потратил не меня, недостойную, этот уважаемый человек, пропали втуне.
- Что же могло пгоизойти? Гецепт моей маман безупгечен… пепел виногада… вот где беда… - мусье выглядел донельзя расстроенным подобным фиаско. Разумеется, что я, как могла, успокоила уважаемого человека относительно его неудачи.
- Что же делать, мусье Дюшале, видать, на роду мне написано - по углам от людей прятаться да в девках ходить - тут я подпустила в голос слезы, дабы он пожалел и отстал от меня, поскольку нас, убогих, любят…
Что, собственно, и произошло – он пренебрежительно погладил меня по недостойной голове и сообщил, что ожидает на косметической процедуре. Я понуро согласилась на это сомнительное предприятие, испросив разрешения сначала пообедать…
- Да что с вами, мамзель? Какой обед? Вы просто безнадёжны!
Мусье наносил мне маску для лица, после использования которой, в качестве жениха я могла бы даже рассчитывать на принца, не то, что на наследника семьи Альвер! И вся эта процедура сопровождалась печальными руладами моего желудка.
Я увидела возле себя слегка зашуганную от бесконечных тётушкиных поручений Рину, которая передала, что после господина куафера просит меня прийти на процедуру одевания праздничного платья. Без промедления. А процесс принятия пищи моя горничная сочла промедлением.
Но я была непреклонна и сразу же после того, как мусье покинул мою многострадальную особу, отправилась на поиски съестного. В гостиной первого этажа я лицезрела дорогого дядюшку, который опасливо присел на самый краешек стула.
- А что, дядюшка Виктор, скажете вы как насчёт отпить отвара целебных трав на меду вместе со мной? - На что дорогой родственник поднял полные муки глаза и душевно ответил, что не ест уже вторые сутки, дабы не провоцировать болезнь страшную, неминучую, что приходит и в тишине ночи, и в шуме бала, и настигает неотвратно…
Да уж… вот к чему приводит пищевое отравление… дядюшка Виктор аккуратно привстал, и, не соизволив откланяться, покинул гостиную.
-Милочка, вот вы где! Анджи уже готова, ждём только вас, и едем на бал! Моя доченька готова покорить местное общество своим очарованием! Ах, как это волнительно! – госпожа Радмила была в приподнятом настроении.
- Я уже почти одета… только съем… хотя бы кусочек хлеба – я с надеждой смотрела в сторону кухни.
- Семин с вами, дорогуша! Ну, о чём вы только думаете? Анджела вторую седьмицу и не кушает почти, а вы… непостижимо просто… - она недовольно поджала губы и взяла за руку, потащив в мою комнату.
Глава 40
Глава 40
Ах, какой был изысканный бал,
Бал, какого еще не бывало,
Их сиятельство граф
Всех у входа встречал,
Красотою графиня блистала.
А к столу в серебре подавали форель
И вино согревало сердца,
Канделябры горели,
Звучали свирели,
И не виделось счастью конца.
И не виделось счастью конца.
Андрей Макаревич
И вот мы, дамы, наряженные, напомаженные, уселись в карету, дабы проследовать на бал. Мужчины были верхом, нимало не беспокоясь про сохранность собственной причёски.
- Ах, как волнительно! Мне кажется, что со мною сделается дурно! Где мои нюхательные соли? – требовательно визжала крошка Анджи мне в ухо.
- Радость моя, нам с папенькой не слишком нравится твоё поведение – тихое гундение госпожи Горден во второе ухо.
- Семин-спаситель! Я ждала это приглашение от Дворянского Собрания целый год! – тётушка прижимала надушенный платочек к груди, дабы успокоить сердцебиение.
- Предусмотрен ли ужин на приёме у господ Альвер? – под аккомпанемент собственного желудка поинтересовалась я. После чего выдержала уничижительный взгляд госпожи Радмилы – да, всё верно – кто о чём, а вшивый – о бане!
- Видишь ли, моя дорогая… небольшой перекус будет всенепременнейше, однако наедаться в подобном случае – признак дурного тона для дамы. Пойми меня правильно – благородная дама кушает мало, как птичка. Вот мы, к примеру, нашли время для плотного обеда. – Адрияна душевно похлопала меня по плечу.
Я же, которая осталась и без обеда, и, судя по всему, и без ужина, позволила себе не согласиться с тётушкой. Но только про себя – вслух не посмела.
Великолепное здание предводителя местного дворянского собрания в Ораховаце было подсвечено огнями и встречало учтивыми лакеями. Мы оперативно вылезли из кареты и стали подниматься по ступенькам, дабы влиться в столь благородное общество. Хотя я бы несколько посомневалось в благородстве того самого общества – дворецкий громко называл фамилии, титулы и заслуги перед губернией или государством, пока все остальные стояли гуськом, столпившись на лестнице. Я имела крайне слабые представления о том, каким образом происходят столь масштабные мероприятия, как нынешний бал, но предполагала, что вся процедура объявления имён не может занять мало времени. Я не сразу обратила внимание на отсутствие «очереди в третье окно поликлиники». То есть сердитых выкриков «вас тут не стояло», «простите, вы за кем будете» и «кто крайний» не было. И вскоре я поняла почему: дело в том, что дворецкий выкрикивал имена людей вразнобой, то есть – заслуги некоторых из них перед Родиной превалировали над остальными.
Поневоле я стала задумываться о том, каков шанс нашей семьи попасть внутрь хотя-бы в течение часа. Выходило так, что их не очень-то и много… К вечеру похолодало, и уже через несколько минут стояния на лестнице я очень сильно пожалела о том, что не надела платье попроще, зато потеплее, да и шаль бы тоже не помешала.
Быть может, эти мысли были аршинными буквами написаны на моём лице, во всяком случае, Марк встал рядом со мной, хотя бы немного заслонив, таким образом, от
