качестве кары небесной, а уж потом падать в обморок.
- Да дай ты сюда! – я резко дёрнула на себя одеяло, да так, что Димитру пришлось его отпустить и даже слегка приоткрыть один глаз. После чего зажмурил его ещё сильнее и забормотал: «мертвяк… как есть… и уже разлагается… Спаси и Сохрани…»
Марко, который смотрел на всё это безобразие сквозь щёлку в двери, стал издавать поскуливающие звуки. И этот ещё… неадекват. Одним словом, я немного взволновалась поведению окружающих и быстро закруглилась.
- В общем так, играть вообще не смей! – я речитативом проговорила это, погрозила на последок пальцем и вымелась в коридор. Марко колотило в приступе смеха. Вот дела! Кто бы мог подумать, что наше мероприятие настолько рассмешит моего кузена? Мы посчитали нашу миссию выполненной, Марко галантно передал мне свечу, чтобы я лучше видела в темноте, а сам отправился для того, чтобы убедится в том, что Сречко не собирается выбить двери своей комнаты, пытаясь выбраться оттуда. Да уж, приключений на сегодняшнюю ночь вполне достаточно! Я осторожно проходила мимо комнат постояльцев Матеи, держа возле своего лица свечку, её света было достаточно лишь для того, чтобы не переломать ноги в кромешной темноте, ноги мёрзли совсем уж немилосердно, и я тихонечко подвывала от холода, когда нос к носу… столкнулась с Радмилой.
Батюшки светы… мне показалось, или ей сейчас нехорошо? Мне немного не понравился её землистый цвет лица, восковая бледность и закатившиеся глаза. Судорожно почесавшись ещё раз, и снова немного смазав грим, я поняла, что очень испугала нашу впечатлительную даму, и решила открыться, рассказать о своей невинной шутке. Для этого я застенчиво улыбнулась и решила начать с чего-нибудь нейтрального.
- Как дела? Нынче чудесная ночь, не находите? – произнесла я свистящим шёпотом и ещё раз заискивающе улыбнулась. Что же делать? Госпожа Горден стала оседать на пол в коридоре. Я пометалась возле неё без особого толку, после чего вспомнила о существовании Марко, и поняла, кто может нам помочь, на цыпочках, уже совсем не чувствуя отмёрзших ног, шмыганула к комнате господина Сречко, рядом с которой так вольготно расположился мой дорогой кузен.
- Беда у нас, бросай этого придурка – я потянула родственника за собой, по пути обрисовав ему всю трагичность истории, которой он весьма проникся.
- Госпожа Радмила… с вами всё в порядке? – Марко поднёс свечку к лежавшей на полу женщине. – Нам кажется, что вам нездоровится.
- Кто с вами, Марк? – она слабо приподнялась на локтях.
- Это наша со Стефаном кузина… Анелия, вы знаете её – отвечал Марко успокаивающим тоном, помогая приподняться нашей потерпевшей. В доказательство того, что это действительно я, и опасаться меня нечего, я выглянула из-за плеча дорогого родственника и помахала рукой. Радмила закатила глаза и осела на пол. Какие все чувствительные!
Глава 39
Глава 39
Еврейская семья собирает корзинку с пирожками еврейской Красной Шапочке и даёт ей напутствия:
— Таки слушай сюда. Когда ты придёшь до бабушки, она сразу тебе таки будет плакаться, что, ой-вэй, зима совсем скоро, из щелей дует, кран подтекает, топить нечем, крыша прохудилась, денег нет совершенно и вообще, шо ты, внучка, знаешь за эту жизнь.
Но ты таки ничего не слушай, а твёрдо стой на своём: с капустой пирожки — по 5, с мясом — по 8!
Когда я утром открыла глаза, солнышко уже сияло вовсю, и это намекнуло мне, что на ярмарку снова поехали без меня. Как это так? Я подпрыгнула на кровати для того, чтобы высказать своё явное возмущение по этому поводу, но заметила цвет моих волос. Да уж…дела! Я с дрожью в сердце вспомнила вчерашний вечер. Вот интересно, как дела у госпожи Горден? Марко попросил меня удалиться, дабы не доводить Радмилу до нервного срыва. В дверь аккуратно поскреблись, очевидно, опасаясь потревожить мой утренний сон.
- Входи, Данка! Дверь открыта – я лениво выползла из-под одеяла.
- Откуда вы узнали, что это я стою за дверью? – наивно спросила девочка, тащившая тяжеленный поднос.
- Тоже мне, эка невидаль – Марк стучаться бы не стал – нет у него такой привычки, Рину бы тётушка не отпустила, все остальные послали бы тебя со своими поручениями ко мне.
- Ты глянь, как гладко выходит… я бы не в жисть до такого бы не додумалася… - бедняжка была удивлена такой логикой – тётушка ваша с госпожой Анджелой отзавтракать изволили и на процедурах всяческих находятся, господин Марко с крестьянами торговлю ведёт на базаре, а я вот вам завтрак принесла.
- Шпашибо, Данка! И мне ишо нушна простокваша – я первым делом запихала в рот кусок ароматной лепёшки. Если девочка и удивилась, то не подала вида. Одним словом, через некоторое время я восседала на стуле в своей комнате, «наслаждаясь» ароматами тёплой простокваши, тщательно размазанной по моим волосам. Для того чтобы усилить действие «волшебного препарата», что посоветовал мне уважаемый мосье Дюшале, я замотала голову в шаль. Просидевши так битый час, и испытав все возможные муки, связанные со стойким запахом, исходящими от моей персоны, я приняла мужественное решение смыть с себя эту гадость. После того, как я тщательно вымыла волосы, несколько раз прополоскала их в отваре ромашки, стойкий запах пожилой козы вроде бы исчез… вместе с обещанным окрашиванием…
Я задумчиво смотрела на свои волосы, имеющие вполне себе привычный оттенок, «натуральный русый», как сказала бы я, ну или «пегой мысы» - как более жёстко высказался бы «куафер и космет». Одним словом, где-то в рецепте матушки уважаемого мосье закралась ошибка, и все мои претерпевания и муки были напрасны. «Зато ты не зелёная - весело сообщила мне шиза – что само по себе уже неплохо». Я была вынуждена согласиться со здравомыслящей своей половиной, особенно в той части, что мне больше не придётся носить на голове осточертевший мне платок, дабы скрыть свой несколько внезапный оттенок волос, да и на базар бы не мешало заехать – Марко говорил мне, конечно, что торговля идёт бойко, но мне хотелось посмотреть своими глазами.
Когда я спустилась вниз, в гостиной страдал от одиночества господин Рошаль. При моём появлении он галантно поклонился мне,
