промчались мимо Хока и окружили первых Искаженных. Когтистые пальцы вцепились в бока их оленей, когда эльфы, отклонившись, взмахнули заточенными лезвиями.
Сосредоточившись на Хоке, Алдари не заметила, как покатились головы. А даже если и покатились… Какое это имеет значение, когда Искаженных так много. Уже сотни.
Один из оленей, которого заставили приблизиться к Искаженному, испуганно заверещал. Другой встал на дыбы, едва не сбросив седока.
Сетвик выругался и отдал еще один приказ. Он и остальные ускакали прочь от Искаженных, подгоняя своих скакунов к отряду – и к лагерю.
До него оставалось всего полмили, и Алдари молилась, чтобы они оказались в безопасности, как только доберутся до него.
И что оставшиеся там ученые не мертвы, как отправленный ими посыльный.
Когда Сетвик подъехал ближе к наемникам, он поравнялся с Хоком и закинул его на спину своего оленя. Другой наемник попытался проделать то же самое со вторым пешим эльфом, но его олень споткнулся, и всадник спрыгнул. Он приземлился на ноги, вынул оружие и вместе с другим наемником повернулся к несущейся на них орде.
Сетвик и Хок выкрикнули им одно и то же эльфийское слово. Бегите!
Ничего другого сделать было нельзя. Но оба эльфа обменялись взглядами и бросились на орду, рубя и коля направо и налево. К горлу у Алдари подступила желчь, когда она поняла, что они жертвуют собой, пытаясь выиграть время, чтобы остальные члены отряда смогли убежать.
Из глаз полились слезы, и ей очень хотелось сделать хоть что-нибудь. Хок, ехавший за спиной Сетвика с мечом наготове, выглядел подавленным. Благодаря двум наемникам Искаженные не смогли подобраться ближе, чтобы напасть. Лицо Сетвика превратилось в жесткую маску. Если потеря людей что-то для него и значила, он этого не показывал.
Олень Алдари споткнулся, зацепившись копытом за неровность древней дороги, и она обвила руками его толстую шею. Если она упадет, сомнительно, что у кого-нибудь найдется время добраться до нее и затащить на другое животное. Оба пожертвовавших собой наемника уже пали – слишком велика была орда, чтобы ее могли остановить даже опытные воины. Они исчезли под натиском Искаженных. Их растоптали так быстро, словно по ним пробежалось стадо бизонов. Так что никакой надежды на их спасение не осталось.
Тело Алдари начало покалывать. Такое же покалывание она чувствовала у защитного барьера крепости.
Они перешли невидимую границу и оказались под защитой сфер. Каким-то образом магия знала, кого впускать, а кого – или что? – нет.
Тели, Сетвик и Хок тоже уже были в защищенной зоне. Бока их оленей тяжело вздымались. До лагеря добрались все наемники, кроме двоих, которые пожертвовали собой.
Искаженные, наконец, притормозили. Они почувствовали барьер. Некоторые смотрели на сферы, висевшие с противоположных сторон лагеря. Создаваемая ими магическая защита была невидима, но она существовала.
Когда ее олень замедлил бег, Алдари выпрямилась и вытерла пот со лба. Она с облегчением вздохнула, но когда посмотрела на сотни синекожих Искаженных, окруживших лагерь, и на множество тех, кто бежал по усыпанному валунами ландшафту, чтобы присоединиться к ним, она поняла, что лагерь, который она считала безопасным укрытием, стал ловушкой.
Если Искаженные не уйдут, убежать будет невозможно.
Глава 29
Алдари все время пыталась повернуться к Искаженным спиной, пока стояла рядом с Хоком и слушала, как он обсуждает ситуацию с седовласой эльфийкой по имени Сиадра. Ее представили Алдари как ученую и руководителя лагеря, но после этого Сиадра и Хок заговорили на своем языке.
За барьером, который, судя по тому, как рассредоточились Искаженные, представлял собой купол около ста футов в диаметре, враги исчислялись сотнями, если не тысячами. По какой-то причине прибытие наемников привлекло сюда толпы Искаженных. Им повезло, что Искаженные не стояли вокруг лагеря дозором и не блокировали вход, когда они прибыли, но было трудно чувствовать себя везучими, когда на них с древней магической ненавистью уставилось столько пар запавших желтых глаз, в которых плескалось яростное желание убивать.
Что-то подсказывало Алдари, что Искаженным не нужно спать или есть, что они могут стоять так бесконечно долго. Она надеялась, что это неправда, но серьезные лица ученых и наемников заставили ее поверить, что догадка верна.
Судя по тому, что она видела, в лагере было всего четверо ученых, двое мужчин и две женщины, и почти все были старше наемников. Хотя они были вооружены луками и, без сомнения, владели мечами, висевшими на поясе, было трудно не заметить, как мало стрел осталось в их колчанах. Лагерь уже подвергался нападению. Алдари не нуждалась в переводе, чтобы понять это.
– А могли бы уже плыть на корабле домой, – заметила Тели.
В ее голосе звучала скорее задумчивость, чем осуждение, но когда она вглядывалась в дальний край лагеря и в первый лабиринт каньона, простиравшийся настолько далеко, насколько видел глаз, по ее лицу можно было понять, что на победу она не рассчитывает. Алдари знала: Тели считает, что, согласившись отправиться в лагерь, они совершили ошибку. Что ж, возможно, так и есть. Но действительно ли Алдари сожалела, что отложила свадьбу, решив помочь другому страдающему народу?
Они не смогли решить головоломку, но, может быть, ей удастся. И сейчас, после всех этих опасных приключений, ей не терпелось взглянуть на загадку.
И разгадать ее.
Гневный голос Сетвика перекрыл голоса остальных, когда он направил свой лук на заполненную Искаженными дорогу – или, может, на то место, где погибли его наемники. Хок провел рукой по волосам, и это выглядело так, будто он пытался успокоиться и мыслить рассудительно, но в его зеленых глазах мелькнуло сомнение. Возможно, он тоже спрашивал себя, не ошиблись ли они, отправившись сюда.
Посмотрев на Алдари, он вздрогнул. Да, Хок бы ни за что не привел ее сюда, если бы знал, что так будет.
Алдари не понимала, о чем говорят эльфы, поэтому решила пройти к дальней части лагеря. Здесь на приподнятой платформе стоял телескоп, который и привлек ее внимание. А еще ей хотелось знать, есть ли Искаженные внизу, в каньоне. Если их там нет, а у эльфов есть веревки, то это возможный путь побега.
Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы убедиться, что враги есть и внизу. Не так много, но сотней футов ниже по черной скале, по остаткам древних потоков лавы, бродило шестеро Искаженных. За изгибами, скрывающими от глаз большую часть каньона, могут быть еще десятки. И кто знает, сколько еще скрыто в прилегающих каньонах? Глядя на этот пейзаж сверху, Алдари вспомнила схему бронхиального дерева в легких, которую
