– Неужели этот кошмар наконец-то закончится? – спросила Кэтрин Люсьена, когда он вернулся, отдав преступницу в руки двух сыщиков с Боу-стрит.
– Думаю, что он уже закончился. По крайней мере, для нас.
Он сел рядом с Кэтрин и крепко обнял ее. Она с наслаждением вдохнула знакомый запах сандалового дерева. В его объятиях Кэтрин чувствовала себя в полной безопасности.
– Мне повезло, что ты вовремя подоспел. Я действительно могла погибнуть.
– Я знаю, дорогая моя, – нежно прошептал Люсьен и поцеловал ее в лоб. – Жаль, что в минуту опасности, когда леди Трембли явилась сюда, меня не было рядом с тобой.
– Ты не мог заснуть?
– Не мог. – Переплетя ее пальцы со своими, Люсьен поднес к губам руку Кэтрин и стал целовать ее костяшки. – Столько всего произошло за последнее время, что у меня путались мысли. Я боялся, что у меня взорвется мозг. Ты простишь меня за то, что я не был рядом с тобой?
– Я готова всегда прощать тебя, – прошептала она.
Его губы скользнули по ее губам, и в следующее мгновение Кэтрин почувствовала руку Люсьена на своем бедре. После трех покушений на ее жизнь, после похищения она наконец-то могла наслаждаться любовью, не опасаясь нового нападения. В объятиях Люсьена Кэтрин понимала, что значит быть по-настоящему счастливой.
Эпилог
Вскоре София вернулась домой из курортного местечка Бат, а через неделю после ее возвращения Люсьен и Кэтрин поженились, получив специальное разрешение на брак. Молодожены впервые вместе появились на публике на балу в доме Даруинов. Скользя по паркету и шелестя юбками, Кэтрин с наслаждением кружилась в вальсе с мужем.
В тот вечер леди Даруин несказанно повезло: она заполучила сразу несколько интересных гостей, которые были в центре внимания всего света. Причем пересуды о Люсьене и Кэтрин, на которую было совершено несколько покушений, уже поутихли. Сейчас всеобщее внимание было приковано к герцогу Кингсборо, который только что объявил о своей помолвке с девушкой, о которой до поры до времени было мало известно. И вот выяснилось, что невеста герцога – внучка маркиза Диерхеста. При воспоминании об этом событии Люсьен улыбнулся, решив узнать у герцога подробности его сватовства.
После вальса Кэтрин и Люсьен стали прогуливаться по залу. Взглянув на мужа, она с удивлением увидела, что он погружен в раздумья.
– Ты чем-то озабочен? – спросила Кэтрин. На ее щеках горел румянец. – Может быть, поделишься со мной своими мыслями?
– Я думаю о том, что мне крупно повезло, – признался Люсьен. – Знаешь, порой мне кажется, что все это сон, и я сейчас проснусь! Как я боюсь такого пробуждения!
– Надеюсь, это не сон, иначе мне будет очень плохо без тебя.
Она улыбнулась, и у Люсьена затрепетало сердце. Боже, как он любил эту женщину!
– Тогда я, пожалуй, буду продолжать грезить, – прошептал он.
Они направились к столу с закусками, и Люсьен предложил жене бокал лимонада.
– Поздравляю вас со свадьбой, – весело сказал подошедший к молодоженам мистер Гудард. – Не могу сказать, что для меня она была большой неожиданностью, но я очень рад за вас обоих.
– Уверяю вас, Карлайл и Бэрримор рады не меньше, – смеясь, промолвил Люсьен. – Они оба сделали ставку на то, что мы с Кэтрин поженимся до конца светского сезона, и выиграли.
– Не нужно было обладать пророческим даром, чтобы предвидеть такой исход событий, – заметил мистер Гудард.
– Как продвигаются дела у вас с леди Джулией? – спросила Кэтрин.
Красивое лицо мистера Гударда принял меланхолическое выражение.
– Увы, я не могу взять в толк, что на уме у леди Джулии, – ответил он. – Она меня ставит в тупик своими поступками. Хотя я почти сразу понял, что ее интерес к вам, Роксбери, был уловкой. Но она то флиртует со мной, то демонстрирует холодность так, как будто хочет избавиться от меня.
– Я верю, мистер Гудард, что леди Джулия… – сочувственно глядя на собеседника, начала было Кэтрин, но муж перебил ее:
– Намерения леди Джулии станут вам ясны со временем, дружище, – заявил он.
Люсьен старался не смотреть на жену, понимая, что она дуется на него.
– Думаю, вы совершенно правы, – сказал мистер Гудард. – Пока же я попробую пригласить леди Джулию на танец.
– Не хочешь объясниться? – спросила Кэтрин, как только мистер Гудард отошел от них.
Люсьен сделал глоток шампанского, разглядывая бальный зал.
– Мне было нелегко покорить твое сердце, дорогая, но победа стоила тех усилий, которые я приложил, чтобы добиться ее. Смею думать, что я оказал услугу мистеру Гударду, утаив от него истинные намерения леди Джулии.
– А ты, оказывается, романтик, – пробормотала Кэтрин.
Люсьен не успел ответить жене. К ним подошли лорд и леди Хантли.
– Мне так хотелось побывать на вашей свадьбе, – сказала леди Хантли. – И каково же было мое разочарование, когда я узнала, что вы поженились втайне от всех. – Она улыбнулась и, с обожанием глядя на мужа, обратилась к нему с просьбой: – Будь любезен, налей мне стакан лимонада, дорогой.
– Хорошо, – сказал Хантли и, подав жене лимонад, обратился к молодоженам: – Не обращайте внимания на сетования моей супруги. Мы очень рады за вас и от всей души поздравляем с законным браком, не так ли, дорогая?
– Мой муж прекрасно меня понимает, – с улыбкой сказала леди Хантли. – Вы прекрасная пара, желаю вам счастья.
– Вы очень любезны, миледи, – промолвил Люсьен и отвесил графине поклон.
– Если вы огорчите вашу супругу, то будете иметь дело со мной, – добавила леди Хантли с обворожительной улыбкой.
У Кэтрин вырвался сдавленный смешок.
– Я вас понял, миледи, – промолвил Люсьен и тихо сказал лорду Хантли: – У вашей жены острые зубки.
Хантли кивнул.
– А про вашу я слышал, что она может сбить с ног крепкого мужчину ударом вазы по голове.
Уголки губ Люсьена дрогнули.
– Значит, мы оба обречены жить в страхе?
– Нет, просто нам надо обращаться с ними, как с принцессами, и тогда все будет в порядке, – ответил Хантли.
– А вы не забыли, что мы стоим рядом и все слышим? – спросила леди Хантли, поглядывая на джентльменов.
– Не дай бог нам это когда-нибудь забыть! – воскликнул ее супруг с наигранным ужасом.
Леди Хантли хотела еще что-то сказать, но он не дал ей это сделать, пригласив на тур вальса.
– Может быть, последуем их примеру? – спросил Люсьен Кэтрин, когда супружеская чета Хантли отошла от них.
Кэтрин кивнула:
– Хорошо. Надеюсь, ты не пытаешься своим предложением заткнуть мне рот?
– Вовсе нет, – промолвил Люсьен. – Я же не враг себе. К тому же мне будет жалко вазу леди Даруин, которая может разбиться о мою голову, если ты вдруг рассердишься.
