тебе легкое.
– С меня и этого хватит. Ты распахал мне все внутренности.
– Я поражен твоим самообладанием. Боль, наверное, адская.
– О, да! Внутри меня словно раскаленный штырь. Как же жжет! Риордан! – Войтан протянул к нему руку. – Враг мой! Собрат по ремеслу! Окажи мне последнюю услугу.
– Какую?
– Ту самую, – Войтан заскрежетал зубами, пытаясь справиться с болью. – Которую Голубая сталь оказывает противнику на Парапете. Я все равно сдохну. В жутких мучениях.
Он говорил рублеными фразами. Боль уже утопила его глаза в омутах безумия. Риордан тяжело вздохнул. Он поднял с пола шпагу, приставил ее к груди Войтана и коротким усилием пронзил ему сердце.
В самый последний момент Войтан выдохнул:
– Ты разбил зеркало…
И умер.
Риордан, двигаясь, как лунатик, подошел к столу и вытер окровавленный клинок о скатерть. Затем, пошатываясь и натыкаясь на косяки, добрался до кухни и добытым там полотенцем кое-как перемотал предплечье. И только потом схватил кувшин с холодной водой и надолго припал к его горлышку.
Дальше он вернулся в комнату, рухнул на стул рядом с трупом Войтана и какое-то время смотрел на дело рук своих неподвижным взглядом. Боль сводила его с ума, кровь продолжала сочиться из-под небрежной повязки, капала на пол.
– Мне жаль, что мы не встретились раньше, – наконец вымолвил он. – Все должно было произойти не так. Не так нелепо и гнусно.
Риордан встал, прицепил к поясу шпагу и заковылял к выходу. Проходя мимо стола, он на ходу прихватил с собой серп. В его глазах начали порхать черные бабочки.
Когда он открыл входную дверь, его ноздри уловили запах табака. Оказалось, что на крыльце сидел Магат и курил свою любимую трубочку.
При виде Риордана он поднялся и спросил:
– Готово?
Его голос звучал глухо, как из бочки.
Риордан молча протянул ему серп, пошатнулся и оперся спиной о стену.
– Мне бы сейчас домой, господин Магат, – попросил он.
Только тогда старший агент увидел, что рукав секретаря визира намок от крови.
– И не думайте даже. Из вас течет, как из дуршлага. Поедете в больницу. Сейчас обеспечим, – он заложил в рот два пальца и оглушительно свистнул, подняв в небо стайку голубей с городских крыш.
Как из-под земли появился агент полиции.
– Живо беги за нашим экипажем. Он в переулке у Базарной площади. Доставишь господина Риордана в госпиталь. Положишь в одну палату с Сирсонуром.
После того, как фигура полицейского исчезла в сгущавшихся сумерках, в голове Риордана еще долго звучало эхо от стука его кованых каблуков о камни мостовой.
– Значит, готов? – уточнил Магат.
– Да, дело закрыто, – прошептал Риордан. – За ним все четыре убийства и покушение на жизнь сотрудника тайной полиции.
– Отлично. Поздравляю вас, господин Риордан. Оформим, что мертвяк образовался при сопротивлении аресту.
Риордан отлепился от стены и встал прямо.
– Ни в коем случае! Это была дуэль чести. Между дворянами. Я не хочу, чтобы его похоронили на кладбище вместе со всяким отребьем. Он не заслужил такого.
Магат поджал губы.
– Оставим на усмотрение его сиятельства. Кстати, у меня для вас сообщение от него. Господин визир решил маленькие неурядицы с Мастером войны Фоллса. Мнение о вас изменилось. Так что вы вновь допущены к Парапету. Только теперь ваше место в королевской ложе, прямо рядом с его светлостью.
– Спасибо… Магат, – через силу вымолвил Риордан.
Потом его мотнуло вперед, и мир в его глазах завертелся цветным калейдоскопом. Старший агент подхватил теряющего сознание Риордана и крикнул кому-то через плечо:
– Эй, Фагош! Что стоишь столбом? Живо помоги мне, не видишь, господину секретарю плохо?
Риордан пришел в себя только в госпитале. На предплечье белела свежая тугая повязка. В люстрах под высоким потолком ровным огнем сияли свечи. Риордан попытался приподняться на постели, но голова весом с гранитную глыбу даже не оторвалась от подушки, так что он прекратил бесполезные попытки.
Рядом раздался знакомый голос:
– Легче, господин Риордан, легче. Доктор сказал, что крови вы потеряли много, но опасности для жизни нет. Через пару дней сможете встать.
Риордан с трудом повернул голову на подушке. Сирсонур сидел на соседней кровати, поджав под себя ноги в теплых вязаных носках. В одной руке он держал кусок сыра, в другой ломоть хлеба.
– Агент, который вас доставил, сказал, что вы прикончили этого… из Ильсингара.
– Пришлось, – одними губами ответил Риордан.
Сирсонур откусил здоровенный кусок сыра, быстро перемолотил его крепкими зубами и оценивающе посмотрел на остатки еды в своей руке.
– Завтра же передадим шайкам, что мы рассчитались за их вожаков. Вот увидите, господин Риордан, они всю палату завалят подношениями. Одних только копченых колбас приволокут не меньше корзины. И целую бочку сидра. Вы любите сидр?
Риордан повернул голову к потолку и долго разглядывал серо-белую поверхность в неровных полосах от побелки. Потом закрыл глаза. На душе у него лежал тяжеленный камень.
Глава 15. Последний день
На следующее утро Риордан не смог занять свое место в ложе визира. Во-первых, он был слишком слаб после обширной кровопотери, а во-вторых, ему сделали операцию на предплечье.
– Рассечена только плечелучевая мышца и слегка задет круглый проанатор, – объявил ему хирург после осмотра раны. – Сгибатели запястья и пальцев не повреждены, что просто отлично. Мы удалим нежизнеспособные участки кожи и мышц, выполним шов тканей и закроем рану. Потом понадобится вторая поверхностная операция для извлечения хирургических материалов. Прогноз на функции кисти благоприятный.
Его напоили каким-то вонючим настоем, от которого сначала закружилась голова, а затем на него опустился глубокий сон. Риордан очнулся ближе к вечеру. Рука вновь была забинтована. Повязка приятно пахла какими-то благовониями.
Вокруг кровати вечно голодного Сирсонура выстроились сумки и корзины с подношениями от криминальных воротил, которые жаждали отблагодарить полицию за смерть убийцы их вожаков. И вот теперь довольный агент подсовывал Риордану то кусок пирога, то полосу вяленого мяса. Личный секретарь, чтобы не обижать товарища отказом, вынужден был что-то постоянно жевать. Лекари также не давали о себе забыть и время от времени вырывали его из рук младшего агента, чтобы заставить выпить очередную плошку лекарственной дряни. В общем, остаток дня Риордана состоял из кратких периодов сна, перемежаемого приемами пищи и лекарств.
На второе утро он, несмотря на запреты медиков, поднялся с кровати. Хлопотливый Сирсонур, как оказалось, успел отдать его камзол в починку, и теперь разрубленный рукав был тщательно заштопан и отстиран от крови.
Чувствуя сильную слабость, Риордан попросил вызвать ему экипаж, который доставил бы его прямо к Золотым воротам. Все пространство перед ними было огорожено, а
