class="p1">– Вы сказали на улаживание проблем? У меня нет проблем, ваша светлость.
Визир как-то странно поглядел на своего секретаря и, уже закрывая дверцу кареты, бросил:
– Тебе стоит как можно скорее увидеться со своей милой.
– С Парси? – удивился Риордан. – А она-то как в этом замешана?
Но дверца уже захлопнулась, и карета немедленно тронулась с места. Риордан некоторое время смотрел ей вслед, пребывая в замешательстве, а потом помахал здоровой рукой проезжающему мимо извозчику.
Пока за мутным стеклом экипажа мелькали городские пейзажи Овергора, его мысли вернулись к Парси. Последние пару недель прошли для него в круговерти событий, в которых совсем не нашлось места его девушке. Риордан чувствовал, что он в долгу перед возлюбленной. Он должен был стать для нее опорой, а вышло так, что за полгода их встреч урывками Парси так и получила от своего кавалера твердых гарантий совместного будущего. Да, сразу после первого поединка с Войтаном у них состоялся важный разговор на эту тему. И вроде бы он принял на себя некие обязательства и даже нарисовал для нее картинку, где фигурировал совместный дом и хозяйство. Но, словно испугавшись таких разговоров, он вновь пропал на неопределенный срок.
Что оставалось думать Парси? Верить беззаветно своему возлюбленному или мучиться в сомнениях? В их паре она положила на алтарь чувств то, чем располагает молодая девушка – свою красоту, но взамен получала только ювелирные побрякушки, ровно такие же, какими старые ловеласы расплачиваются со своими любовницами за временный доступ к их прелестям. Тем более что в один день с их самым важным разговором от Риордана поступило предложение шпионить за своей госпожой в пользу визира. И Парси согласилась, ничем не выдав сомнений, которые наверняка в этот момент терзали ей душу. Честен ли с ней ее мужчина? А вдруг все посулы лишь способ получить от нее сведения, так необходимые его могущественному господину?
Все эти мысли привели Риордана в состояние тревоги. Тем более что Накнийр слов на ветер не бросает и за его советом точно что-то крылось.
Поэтому он подошел к девятому подъезду Глейпина, полный смущения и чувства вины. Он попросил одного из стражников доложить о себе и вызвать Парси. Такого рода поручения обычно охотно выполнялись одним из караульных, если за них расплачивались звонкой монетой. На сегодня был назначен грандиозный прием, в котором принимал участие весь свет, и у Парси скорее всего уйма забот, но Риордан надеялся, что она сумеет выкроить для него минутку.
Караульный вскоре вернулся и сообщил Риордану, что его приглашают пройти в фойе подъезда.
– Только шпагу оставьте в прихожей. Новые правила, – добавил он с легким поклоном. – Кстати, как вам кампания, господин Риордан?
– Катастрофа. Впрочем, всеми ожидаемая.
– Как считаете, снимут Биккарта с должности?
Риордану осталось только пожать плечами.
– Все зависит от короля. А если и снимут? Кого вместо него? Скиндара?
Караульный горестно покачал головой.
– Сколько было войн, но такой не припомню.
Парси уже ждала его в полутемной прихожей, слегка поеживаясь от сквозняка, который играл полами ее роскошного платья. У Риордана в первый момент перехватило дух от ее красоты, но практически в ту же секунду его брови нахмурились, а на лице появилось настороженное выражение. Она была… чужая. Это проявлялось в десятке мелочей, которые не сразу фиксирует сознание: прикушенная в волнении губа; лицо, по бледности не уступающее его физиономии; взгляд поверх его головы и нервно сведенные на груди руки. Даже когда он появился из входной двери, Парси не сделала ни единого шажка навстречу, наоборот, казалось, что ей стоит великого труда удержаться, чтобы не отшатнуться при его приближении.
Слова, которые готовы были сорваться у него с уст, замерли, так и не прозвучав. Он приблизился молча, она тоже не произнесла ни слова. Два близких человека встретились, словно два незнакомца. И многое, что следовало бы им сказать друг другу, было сказано этим молчанием.
– Ты получил мое письмо? – наконец произнесла Парси.
– Нет. Я еще не был дома.
– Что у тебя с рукой?
Ее пальцы повисли в воздухе, будто она боялась к нему прикоснуться.
– Повредил на работе.
Их опять накрыло ледяным куполом молчания. Риордану, как мужчине, следовало первому взломать этот лед.
– Ну, раз я не прочитал твоего письма, может быть, расскажешь, о чем в нем говорилось?
Парси встряхнула головой, как будто набиралась решимости. Это было похоже на первый шаг в обжигающе-холодную прорубь.
– Маркиз Эверт сделал мне предложение.
– Какое? – тупо спросил Риордан.
– Руки и сердца.
– Погоди, ты сказала Эверт? Ха-ха. Этот забавный пьяница?..
Парси обиженно поджала губки.
– В тебе говорит ревность, Риордан. Он занимает видное положение при королевском дворе Фоллса.
– Да, да, и еще мечтает жениться на северянке. Он поведал мне о своих планах. Мы знакомы. И что же ты ему ответила?
Парси опустила глаза.
– Понимаешь, Риордан, стать маркизой – это то, о чем может лишь мечтать девушка моего положения.
– Понятно, – процедил он. – А тебя не смущает, что он предложил тебе руку и сердце в таком состоянии, что не мог вспомнить поутру, к кому именно он пытался посвататься? Его самого это чрезвычайно забавляло.
В этот момент штора, за которой находился проход в апартаменты фрейлин, чуть приоткрылась, и Риордан увидел, что за ней скрываются несколько девушек, глаза которых пылали пламенем любопытства. Несомненно, подробности их разговора облетят через несколько минут все закоулки девятого подъезда. А еще через день об этом будет судачить весь Глейпин. Парси стала героиней месяца для всех остальных фрейлин. Она сумела поймать жар-птицу взмахами своих длинных ресниц. А он, Риордан, превратился в неудачливого любовника. Таких не жалеют. Над ними смеются.
На лице Парси появилось оскорбленное выражение.
– Ревность ослепила тебя, Риордан, и ты клевещешь на достойного человека.
Риордан обреченно вздохнул. «Ну вот, она его уже защищает. И перед кем? Передо мной!»
– Маркиз буквально на следующий день повторил свое предложение, – продолжала Парси. – И я… согласилась.
– Это уже понятно. Значит, ты будущая маркиза?
Теперь уже Парси вздохнула. Но в ее вздохе, вместе с тревогой насчет будущего, прозвучала надежда на новую прекрасную жизнь.
– Знаешь, Риордан, так будет лучше для нас обоих. Ты бы никогда не смог принадлежать мне полностью. Я уверена, что тебя самого ждет будущее, полное славы и успеха. Но обручиться с тобой все равно, что обручиться с ветром. Я была бы несчастна и сделала бы несчастным тебя. Женщины это умеют.
– Благодарю за утешения, – усмехнулся Риордан. – Не то, чтобы я в них нуждался, но греет душу. От себя хочу пожелать
