Кастелян снова с ними заговорил, мусульмане вяло запротестовали, но их выбор был уже сделан. Подчиняясь его указаниям, они стянули через головы одежды и бросили нам под ноги. На одном из пленных была кольчуга. Остальные двое оказались без доспехов. Ссутулив голые плечи, они скрестили на груди гибкие коричневые руки, прикрывая свою наготу.
— Рамон, — распорядился дон Лорн, — ты и твои люди должны надеть эту одежду.
Мы подняли одеяния мусульман и натянули поверх наших белых накидок. Андре пришлось разорвать рукава, чтобы втиснуть в них мускулистые плечи.
— А вы, дон Лорн, — спросил Рамон, — как же вы?
— Я — кастелян Крака, — ответил дон Лорн. — Я не могу надеть мусульманскую одежду в собственном замке.
Дон Лорн шагнул к неверным, и те отшатнулись, покорно подняв руки. Дон Лорн тихонько рассмеялся, словно отчитывая капризных детей, решительно преодолел расстояние, отделявшее его от мусульман, и, остановившись перед ними, снова заговорил по-арабски. Трое вражеских воинов замерли в нерешительности, затем повернулись лицом к другому концу навеса.
— Рамон, возьмите одного из своих людей и подойдите ко мне.
Рамон взглянул на Андре. Вместе они приблизились к кастеляну, который поставил их за спиной мусульман.
— Медленно достаньте кинжалы, — велел дон Лорн. — Когда я приставлю свой кинжал к шее неверного, который стоит передо мной, делайте то же самое. Но не пускайте кровь. Эти люди нужны нам живыми.
Дон Лорн что-то шептал на ухо пленным, доставая оружие. Через мгновение каждый мусульманин почувствовал у своего горла острое лезвие. Сарацины начали было сопротивляться, но дон Лорн снова зашептал на их непостижимом наречии, и они успокоились.
— Рыцарь, — обратился кастелян ко мне, — возьми четыре щита убитых мусульман и принеси сюда.
Я быстро взял щиты, освободив их из негнущихся пальцев мертвецов, и принес дону Лорну.
— Мы двинемся к замку плотным кольцом, — объяснил дон Лорн. — Каждый из нас возьмет щит одного из неверных. Это должно совершенно сбить с толку людей Бейбарса. Вряд ли эта уловка позволит нам проделать весь путь до ворот. Но она на какое-то время обескуражит мусульман, и мы успеем преодолеть часть пути. Когда они начнут стрелять, прикрывайтесь щитами и пленными. Когда же до ворот останется совсем немного, мы все бросим и побежим.
Дон Лорн, Рамон и Андре поставили своих пленных в плотный круг. По приказу дона Лорна я встал в середину кольца, держа мусульманский щит над головой. Дон Лорн снова заговорил по-арабски, и неверные взялись за руки, сомкнув круг.
Так, неуклюже, мы выступили из-под укрытия и осторожно направились в сторону замка. Казалось, на нас устремлены тысячи глаз. На каждом шагу мы натыкались на тела убитых товарищей.
Дон Лорн снова что-то прошептал неверным. Они подали голос, а затем, когда дон Лорн посильнее надавил на рукоять кинжала, громко закричали на своем языке.
Я взглянул из-под щита на крепостные стены, где расположились мусульмане. Они целились из луков в наш круг, но не стреляли. Даже баллисты затихли, обслуживавши их воины были сбиты с толку.
Воины Бейбарса на внешней стене принялись выкрикивать вопросы, пытаясь понять, кто и зачем движется под их позициями в этой странной группе.
Мои христианские товарищи были не менее озадачены. Когда баллисты смолкли, христиане вышли из укрытия и присоединили свои голоса к крикам мусульман, посылая проклятия врагам и нашему таинственному отряду, медленно направлявшемуся к замку.
Наш круг порой поворачивался, и я не всегда мог различить, где свои, а где враги. Мы находились в пределах досягаемости стрел, пущенных как с одной, так и с другой стены, и были уязвимы со всех сторон. Лица, искаженные гримасами, ощеренные зубы, голубые глаза, черные глаза — все перемешалось, но со всех сторон нас встречала ненависть.
Мы миновали уже две трети пути к замку, когда с мусульманских укреплений в наш круг полетела стрела. Она угодила в шею пленного, которого держал дон Лорн. Неверный упал; дон Лорн быстро поднял обмякшее тело и прикрылся им.
Этот выстрел словно дал сигнал обеим сторонам, что передышка окончена. Мусульмане вовсе не собирались позволить кому-либо из врагов добраться до замка, даже если бы им пришлось убить ради этого своих людей. Когда стало ясно, что мусульмане собираются атаковать наш отряд, христианские рыцари на стенах встали на нашу защиту. Затишье в стрельбе осадных орудий позволило нашим воинам занять места на укреплениях и дать отпор мусульманам, засевшим на противоположной стене. Наши собратья выпустили град стрел, отвлекая внимание врагов от нашего отряда. Я поднял голову и увидел, как стрелы летят взад и вперед, сталкиваются, закрывают небо.
Большинство стрел, выпущенных в нас, втыкались в землю. Но были и такие, которые достигали цели, так что вскоре все трое пленных были мертвы. Стрелы пронзали и разрывали плоть неверных, а дон Лорн, Рамон и Андре держали мертвые тела, которые при каждом новом попадании сотрясались и дергались, словно марионетки.
Мы уже почти достигли ворот, когда дон Лорн оступился. Наступила недолгая передышка: оба войска прекратили огонь. Все уставились на споткнувшегося, который выпал из круга. Дон Лорн отбросил в сторону тело убитого пленного и даже не пытался встать. Это было бесполезно. Он взглянул на своих воинов на крепостной стене и распахнул плащ на груди, чтобы оба войска видели белый крест. Под плащом болталось ожерелье из ушей.
— Слава Иисусу! — крикнул он.
Не знаю, слышали люди дона Лорна его последние слова или нет. Мусульмане уже выпустили град стрел, утыкавших тело кастеляна колючим покровом.
Видимо, Рамон понял, что неловкость дона Лорна дает нам шанс, и велел, что есть духу мчаться к воротам. Он с Андре отшвырнули тела пленных, и мы бросились к двери.
Я бежал, затаив дыхание, напрягшись в ожидании удара стрелы.
«Слава Иисусу, Слава Иисусу». — Я повторял эти слова с каждым шагом, приближавшим меня к воротам, словно дон Лорн своим самопожертвованием открыл нам магическое заклинание, с помощью которого можно было спастись.
Люди дона Фернандо стояли у входа в замок, вытаращив глаза на трех своих товарищей, сломя голову бежавших к ним в мусульманских нарядах.
Я был уже в воротах, как вдруг мою спину пронзила острая боль: стрела угодила мне в плечо. Я упал на руки одного из людей дона Фернандо. Андре вбежал в замок следом за мной.
Я оглянулся в поисках Рамона. Ему попали в ногу и руку, но он был уже совсем рядом. Так близко, что я увидел, как задрожали его губы, когда опустились каменные ворота.
