Тимоти, — Хит подался вперед и приблизился к длинному носу. Голос упал до тихого, утробного рыка. — Только попробуй подкатить свои шары к Элли Мейер, и я сделаю из них фарш. У меня в кухне очень, очень острые ножи…
— Хит? — пролетел по холлу негромкий оклик, пробравшийся под ворот футболки.
Дерьмо! Тимоти ощутимо вздрогнул. Хит резко обернулся на голос.
— М? — выгнул брови он.
Элли стояла на пороге лилового зала, и на ее лице застыло любопытство. Как давно она там находится?
— Можно тебя на минуту? — Элли скрестила руки на груди и слабо мотнула головой в сторону цветных декораций.
Почувствовала что-то? Услышала? Не похоже, но вид, как у строгой училки, приготовившейся отчитать главного хулигана класса. Очень сексуальной училки. Хит на пару мгновений завис, но тут Тим попытался вырваться из захвата, напоминая, что пора бы его отпустить.
— Конечно, — Хит моргнул, сбрасывая оцепенение. — Идем, — он резко поднялся со стула, но тут же снова повернулся и сильно похлопал Тимоти по плечу. — Развлекайся. Надеюсь, мы договорились.
И, не дожидаясь реакции, двинулся к Элли. Она на мгновение посмотрела ему за спину на кретина возле бара, но вот развернулась на носках и пошла обратно в зал. Стук каблуков рассыпался искрами, перед глазами снова возникла голая спина. Хит возвел взгляд к потолку. Dio, на чем держится этот кусок ткани? На чистом доверии? Кажется, сделай Элли одно неверное движение, и платье-перчатка поедет вниз, обнажая то, что пока еще скрыто.
Хит подавил стон. Как он должен вынести этот вечер, зная, что в соседнем зале она ходит вот… так?
— Скажи мне, Хитклифф, — обманчиво мягкий голос проник в сознание. — Это что?
Она остановилась у одного из столов и отступила в сторону. Взору открылось большое блюдо с ювелирно разложенными капкейками. Забавными капкейками. Ужасно популярными на девичниках. Аккуратные розовые «корзинки», завернутые в тонкий пергамент, и искусно вылепленные верхушки. Те самые, против которых Элли выступала в кондитерской.
Dio! Хит сжал кулак и поднес к дрогнувшим губам.
— Это… кхм… — он попытался стереть предательскую ухмылку. — Это капкейки.
— О, правда, что ли? — она изобразила удивление.
Смех попытался вырваться наружу, и Хит глухо кашлянул.
— По-моему, неплохо вышло, — он рывком взъерошил волосы на затылке. — Тебе не нравится?
Элли выгнула бровь и в упор уставилась на него. Сейчас накажет. Строго и по-учительски. Плохой, плохой мальчик Хитклифф. Между ними протянулось молчание, взгляд в упор начал уже подогревать кожу. Ладно, может, это и правда не так забавно, как выглядит? Но вот уголки ее губ все-таки дрогнули, Элли тут же звонко прыснула и несильно ткнула его кулаком в плечо.
— Ты ужасен! — сквозь смех выдавила она. — Но Айда повеселилась.
Этот теплый смех мягко дал под дых. Хит заулыбался и обшарил взглядом зал: Айда сидела за одним из столов, все еще уставившись в смартфон.
— Я знал, что она оценит. Что она, кстати, делает?
Элли проследила за направлением его взгляда и пожала белым, узким плечиком.
— Не знаю, но она уже не первый раз так залипает. Может, нашла кого-то и не хочет рассказывать, — тихо хмыкнув, она вдруг посерьезнела.
Улыбка погасла, только уголки губ остались приподнятыми.
— Ну а с тобой точно все хорошо? — Элли шагнула ближе к нему и осторожно коснулась плеча.
Легкие на мгновение сжались. Ненормальная реакция на искреннюю заботу. Хит деланно закатил глаза, но машинально потянулся и накрыл узкую ладонь своей.
— Не будь как моя мать или Катарина, — кожу пронзило приятное покалывание. — Я в порядке, но боюсь, что теперь ты окончательно расхотела учиться по-настоящему.
— Приятного в этом мало, — Элли снова пожала плечом.
— И в этом виноват я.
Она поморщилась и, осторожно убрав руку, отмахнулась
— Точно нет. Мне не понравилось водить еще до того, как… — речь оборвалась, она прикусила губу.
Ну конечно. Теперь тема стала запретной. Хит сдвинул брови и посмотрел под ноги.
— Отец ничего не заметил? — снова заговорила Элли.
Хотя бы с этим пронесло.
— С машиной все нормально, — он невесело хмыкнул. — По крайней мере я не слышал никаких посторонних звуков, поэтому если что-то и отвалится, то я буду ни при чем.
Нужно ведь искать позитивные моменты в невеселой ситуации, да? Элли тихо фыркнула.
— Нам тридцатник, а боимся, как дети.
— Родители останутся родителями даже когда нам стукнет полтинник.
Как-то неожиданно беседа сделала поворот и сменила окраску. Для него самого фраза вдруг обрела другой смысл.
— Да уж, — с улыбкой выронила Элли.
Лучше бы сменить тему вообще, подальше от территории, на которой можно поскользнуться. Он ухмыльнулся.
— Во мне, наверное, никогда не умрет страх перед маминым полотенцем.
Элли ткнула его локтем в бок и хихикнула. Но ответить ничего не успела: в ресторан вдруг ворвался гул мужских голосов, по помещению пролетел чей-то звучный низкий хохот. И еще один. Уединение момента разбилось в щепки. Хит и Элли обернулась ко входу в зал.
Ну вот и начало.
Хит покосился на синее платье, которое с этого ракурса выглядело закрытым наглухо. Какой же жестокий обман! Голоса стали будто громче и приблизились. Вряд ли парни пойдут сюда, но Хит все равно инстинктивно сделал шаг в сторону и закрыл стройную статуэтку собой.
Лучше бы ей держаться подальше от этого сборища, иначе придется вооружиться всеми профессиональными ножами, имеющимися в кухне.
— Я пойду, — Хит снова покосился на выход. — Наше веселье, кажется, начинается.
Элли кивнула и подняла вверх большой палец.
— Удачи там.
Будто провожает в опасный путь. Ха-Ха.
— Еще увидимся сегодня, — Хит сделал шаг спиной вперед.
— Не сомневаюсь.
Глава 35
— Держи-держи-держи!
— Сейчас погаснет!
— Ай, жжется! — Алиса, брюнетка в образе Покахонтас, болезненно поморщилась от упавшей на кожу искры. — Быстрее забирай! — она протянула бенгальский огонь сидящей рядом Теоне.
Та брезгливо скривилась.
— Нет уж, оставь себе.
Искры перевалили уже за середину палочки. Алиса издала еще одно «ай!». Кристина, сидящая во главе их большого круга, уперла кулаки в бока.
— Бери, Ти, или назначу тебе двойное испытание.
Теона закатила глаза и нервно причмокнула.
— Мать вашу… — прошипела она, нехотя потянулась и перехватила тонкий прутик.
И как только сделала это, огонек брызнул последними искрами и потух. В воздухе осталось только облако дыма. Теона попалась.
— У-у-у! — по залу пронесся ликующий вой. — Правда или действие? — тут же прозвучал нестройный хор голосов.
Элли сидела в кожаном кресле, которое успела занять раньше всех, и просто наблюдала за происходящим. Потянула через трубочку мохито, спрятав ухмылку за высоким запотевшим стаканом. Никогда она не любила «правду или действие»: тупая игра, которая слишком сильно
