потребует комиссию. А когда звучит словосочетание «пропавшая магия», первым делом всегда ищут вампира. И в Академии он всего один.
Второй, не менее важный вопрос, как обезопасить себя от того, что Сесиль не сдержит слово? Да даже если сдержит, неужели Лазар Алькор послушает какую-то девчонку? Нет, он не станет никого слушать. Статус жены его сына абсолютно никак, не защитит Луку. Лазар просто порвёт её прошение, а вампира уничтожит.
И тем не менее…
Лука встал, запустил пальцы в волосы и с силой помассировал виски. И всё же уже третий день он беспрестанно думал о том, что услышал. Он не доложил о заговоре ректору. Он ничего не сказал Рейнеру. Он жалел о той встрече с Сесиль. Эта девчонка взбудоражила в нём те чувства и ту странную, мимолётную надежду на спасение, которых он старательно избегал. Всё это недовольство тлело в нём годами, но именно её слова стали той маленькой искрой, что разожгла настоящий костёр.
Вампир тяжело опустился на край кровати и тут же снова вскочил, не в силах усидеть на месте.
Если он не сделает этого, если откажется, то продолжит всю жизнь быть привязанным к семье: выполнять каждую их прихоть, быть просто вещью. А если согласится и провалится, в худшем случае его казнят. Но смерть вдруг показалась не такой уж страшной по сравнению с мыслью о том, что так, в рабстве, он проживёт всю оставшуюся жизнь.
Мысль закрутилась, выискивая лазейки. А что, если Сесиль подпишет магический контракт? Договор, в котором она распишется как Сесиль Алькор. Это нерушимый документ. Как только она выйдет замуж и действительно войдёт в род, бумага вступит в силу.
С этим контрактом он сможет пересечь границу. Там, в другой стране, это будет весомый документ. Ведь он собственность не лично Лазара, а семьи Алькор. Подпись члена семьи легитимна. Если он сбежит за море, вряд ли Алькор-старший станет убивать жену собственного сына и поднимать международный скандал из-за беглого вампира. Рисковать политическим весом ради слуги? Нет, Лазар слишком практичен для этого.
План обрастал плотью. Так у него могло бы получиться.
Но тогда почему не пойти простым путём? Почему не попросить такую бумагу у Рейнера? Лука горько усмехнулся. Нет. Рейнер никогда не пойдёт против воли отца.
А эта девчонка, Элира? Может она сможет ему помочь? Лука её знать не знал. К тому же магический контракт могут заключать только аристократы. Пока она не станет официальной женой Рейнера, она вообще не сможет дать ему эту бумагу.
Выходило, что Сесиль единственная, кто действительно может помочь ему получить свободу.
Если она согласится на магический договор, они станут повязаны. Документ с её именем будет у него на руках. И если она решит его предать или кому-то проболтается, он сможет её шантажировать. Или, по крайней мере, потопить вместе с собой. Так всё становилось намного безопаснее.
В тесной комнате Лука чувствовал себя зверем в клетке.
Хорошо. Контракт защитит его от Алькоров. Но всё ещё оставался вопрос, что делать с Элирой?
Она провалит экзамен и тут же потребует комиссию. Он не успеет даже покинуть Академию до того, как начнётся разбирательство. Риск потерять голову раньше, чем он доберётся до границы, был колоссальным.
Значит, нужно сделать так, чтобы Элире никто не поверил. Чтобы её слова сочли бредом, а саму её человеком. В голове щёлкнуло: он понял, что именно нужно сделать с девчонкой.
Не ожидая от себя такого, вампир решительно подошёл к двери и распахнул её. Всё ещё до конца не веря в то, на что решился, он шагнул в коридор. Ему нужно было найти Сесиль.
* * *
Поразительно, как быстро Сесиль смогла сделать всё, о чём он просил. Она нашла правильную форму для магического контракта, грамотно прописала все условия, поставила подпись и отпечаток.
Лука молча смотрел на Сесиль, которая сидела за его столом и аккуратно складывала плотный пергамент в конверт:
— Это всё, — сказала она, протягивая ему документ. — Теперь, как только я стану Сесиль Алькор, ты свободен. Можешь уезжать, делать что хочешь. Думаю, это сработает.
Она коротко закивала, словно убеждая саму себя, и Лука машинально кивнул в ответ. Он был уверен в том, что эта бумага поможет ему спастись.
Глава 62.2
Лука несколько месяцев назад
Карета мягко покачивалась, увозя его всё дальше от стен Академии. Лука сидел, вальяжно откинувшись на бархатную спинку.
Ректор отправил его в Велимор, вернуть Рейнера и сбежавшую резервницу. И это было любопытно. Забавно даже. Сесиль с таким презрением называла свою соседку тихой, удобной, бесхребетной мышью, а та вдруг сбегает на Северном экспрессе, наплевав на правила и долг. Смело. Отчаянно. Даже захотелось посмотреть на неё вживую.
Карета дернулась и остановилась. Снаружи под тяжелыми копытами мехолошадей громко заскрипел снег. Лука распахнул дверцу и спустился на землю.
И тут же замер.
Ледяной ветер ударил в лицо, растрепав волосы, но вампир этого даже не заметил. Перед ним стеной стоял Велимор. Необъятные стволы уходили куда-то высоко в небо, превращая карету рядом с ними в крошечную игрушку. Воздух здесь был совсем другим, он пах хвоей и смолой.
По коже пробежали мурашки. Лука медленно выдохнул, чувствуя, как внутри что-то сжимается от восторга.
Это был его первый выезд. Впервые в жизни он находился за пределами поместья Алькоров или территории Академии один, без надзора хозяев. Когда никто не контролировал его и не отдавал приказов. Вокруг раскинулся огромный, невероятный мир, который он никогда не видел, но которого так сильно желал.
Рука уже привычно потянулась к груди, туда, где под плотной тканью пиджака скрывалась их с Сесиль тайна. Там лежал магический контракт.
Глядя на эти бесконечные деревья, Лука кивнул сам себе и нащупал сквозь одежду жесткий пергамент. Он всё сделал правильно. Остаться послушной собачкой Лазара, прожить свою вечность в клетке, так и не узнав, что скрывается за этими лесами, за морем, за горизонтом? Нет. Он изменит свою жизнь, чего бы это ни стоило.
— Господин, — раздался хриплый голос неподалеку.
Лука моргнул, стряхивая оцепенение, и перевел взгляд. У обочины топтался торговец в толстом тулупе. На его грубо сколоченном лотке лежали разные сувениры для приезжих. Лука подошел ближе. Его взгляд сразу же зацепился за круглую металлическую брошку с рельефным узором Велиморского леса.
Он осторожно взял её и провел большим пальцем по холодной стали.
— Пять виолов, — тут же засуетился торговец.
Лука молча расплатился, прикрепил брошь на лацкан пиджака, спрятав под
