Гарстфилд, считавшийся весьма богатым и респектабельным приходом, располагался в десяти милях от Арнсайд-хаус. Помимо деревни, жители которой обитали в уютных, живописных домиках, к приходу относились несколько ферм, два поместья, стоявших в стороне от других, и дюжина домов поменьше, в которых обитали мелкопоместные дворяне. Дом священника, чей сад примыкал к церковному кладбищу, представлял собой уютное квадратное строение, расположенное в конце главной улицы деревни. Все в нем, начиная от входной двери, помещавшейся точно между двумя парами подъемных окон, и до цветочных клумб перед фасадом, было аккуратным и симметричным. Выйдя из экипажа, мисс Плимсток вслух выразила восхищение домом, сказав, что в таком мечтала бы провести всю свою жизнь. Это невинное на первый взгляд замечание вызвало очередной приступ беспокойства у его сиятельства.
– Поместье Долфинтонов лучше, – сказал он.
– Уверена, так оно и есть, – ответила мисс Плимсток.
– Оно не такое, – пристально глядя ей в глаза, продолжал граф. – Дом больше. Намного больше. Больше, чем у Джорджа. Больше, чем Арнсайд-хаус. – Умолкнув, Долфи подумал и с видимым неудовольствием признал: – Правда, оно не такое большое, как у Леджервудов.
– Леджервуд слишком велик для меня, а Арнсайд-хаус слишком мал, – ответила мисс Плимсток, никогда в жизни не гостившая ни в том, ни в другом.
Граф был очень рад услышанному. Он обернулся, желая сообщить Китти, которая в этот момент рассказывала кучеру, как проехать к конюшням, располагавшимся прямо за домом священника, что Ханна предпочитает Долфинтон и Леджервуду, и Арнсайд-хаус. Затем граф заметил, что его карета куда-то отъезжает, и был охвачен ужасом, вообразив себе, что Финглас, заподозрив обман, спешит обратно в Лондон – донести на него графине. Он уже хотел было окликнуть Фингласа, когда Китти остановила его.
– Нет! Этим вы только вызовете у него подозрения, – сказала она. – Поверьте мне. Финглас сейчас направляется в «Зеленый дракон». Я сказала, что мы пробудем здесь не меньше часа.
– Пойдем, Фостер, – молвила мисс Плимсток. – Он думает, что леди Букхейвен поручила мисс Чаринг переговорить с вашим кузеном по одному интересующему ее делу. Уверена, он не видит ничего странного в том, что по дороге в Арнсайд-хаус мы заглянули сюда. А теперь вспомни, как часто раньше ты заезжал в гости к преподобному?
Граф признал ее правоту и позволил увести себя к дому, но там их ждало разочарование, так как экономка, отворившая им дверь, сообщила, что преподобного нет дома.
Лорд Долфинтон застонал. Даже мисс Плимсток растерялась. Полными ужаса глазами она взглянула на Китти.
– Как же так, миссис Арматвейт? – воскликнула мисс Чаринг. – Он не в Арнсайд-хаус, часом, уехал?
– Нет, мисс. Он уехал к Бидендену на два дня, – ответила экономка, – и весьма огорчится, когда узнает, что ваше сиятельство заезжали навестить его, а он был в отъезде.
– Мы должны послать за ним, – решительно заявила Китти. – Мне крайне важно повидать его. Кто-нибудь должен поехать в Биденден с письмом!
Миссис Арматвейт весьма удивилась и в учтивой форме напомнила мисс Чаринг, что поместье Биденденов находится в пятнадцати милях от Гарстфилда, следовательно, преподобный Хью вряд ли успеет вернуться домой до темноты.
– Надо за ним съездить, – нервничая, сказал лорд Долфинтон. – Это очень важно.
– Ну, конечно, милорд, если вы настаиваете, – с сомнением в голосе согласилась миссис Арматвейт. – Думаю, туда верхом отправится Питер.
– Отправится Питер, – кивнул его светлость.
– Да, милорд. Извольте пройти в гостиную. Я немедленно прикажу, чтобы зажгли свечи.
Провожая нежданных посетителей в гостиную, располагавшуюся слева от входной двери, экономка бросила заинтригованный взгляд на мисс Плимсток. Китти посчитала за нужное сообщить женщине: Ханна – ее подруга, и она оказалась столь добра, что выразила согласие сопровождать ее в этой поездке. Объяснение, казалось, полностью удовлетворило любопытство миссис Арматвейт, и женщина, сделав реверанс, ушла, чтобы распорядиться насчет еды для гостей.
После этого обе леди вполголоса посовещались. Следствием разговора стало то, что мисс Плимсток попросила лорда Долфинтона показать ей сад священника, а мисс Чаринг отправилась в его кабинет отыскать перья, чернила и бумагу.
Составление письма, однако, представляло не такую уж простую задачу, как ей казалось вначале. Написав «Мой дорогой Хью», Китти в нерешительности сидела некоторое время, задумчиво щекоча концом пера подбородок, не зная, как лучше выразить суть дела. Довольно скоро девушка поняла, что историю любви Долфинтона лучше будет рассказать позже лично, поскольку Китти ни секунды не сомневалась, что все написанное ею тотчас же будет передано лорду Бидендену, а уж он, как она предчувствовала, не отнесется с одобрением к избраннице двоюродного брата. В конце концов, письмо, которое слуга Хью, Питер, должен был отвезти своему господину, оказалось весьма коротким и ограничивалось тем, что Китти сообщала: сейчас она находится в его доме и срочно нуждается в помощи. Девушка надеялась, что преподобный Хью не мешкая приедет домой настолько быстро, насколько хватит сил у его лошади.
Между тем миссис Арматвейт вовсю хлопотала по дому. К тому времени как Питер умчался со своим поручением, в столовой была подана холодная закуска, а в камине гостиной весело заполыхало пламя. Мисс Плимсток сумела отвлечь лорда Долфинтона от дурных мыслей, и он с удовольствием полакомился говяжьим филе. Граф и Китти отдали должное мастерству кухарки, и лишь Плимсток, которая внешне казалась взволнованной меньше всех, едва притронулась к поданному ей угощению. При первом же удобном случае женщина открыла Китти причину отсутствия аппетита.
– Я не знаю, как быть, мисс Чаринг, – сказала она. – Поверьте мне, я весьма редко страдаю приступами ипохондрии, но, признаюсь, сейчас у меня на душе скребутся кошки. И причина этого прискорбного обстоятельства отнюдь не обусловлена тем, что мы не застали дома вашего двоюродного брата. Когда Фостер показывал мне фруктовый сад, то весь оживился и повеселел, а мне вот пришло в голову: куда мы поедем после того, как нас свяжут священными узами брака. К тому же преподобный не сможет обвенчать нас до завтра.
Столь тривиальные вопросы прежде никогда не всплывали в голове Китти, и девушка тут же принялась сетовать на отсутствие у нее житейского опыта:
– Сегодня, однако, никаких трудностей не предвидится. Дом, как вы уже успели заметить, весьма просторный, и я ни капли не сомневаюсь в том, что преподобный Хью будет только рад, если вы переночуете у него, – сказала Китти. – Конечно, я могу отвезти вас в Арнсайд-хаус, но, боюсь, это будет не слишком удобно из-за моего опекуна, который терпеть не может присутствие в доме посторонних людей… Мне надо еще немного поразмыслить… Господи! Хотела бы я сейчас посоветоваться с Фредди. Он наверняка что-нибудь придумал бы. А на каком-нибудь почтенном постоялом дворе вы не хотите остановиться?
– Боже мой, не в том дело, – сказала мисс Плимсток. – До тех пор, пока я не улажу все противоречия между Фостером и его матерью, нам придется жить на несколько гиней, которые у нас сейчас есть. Я не осмелюсь повезти его в Лондон, а значит, он не сможет взять деньги из своего банка.
– Он может одолжить деньги у Хью, – предложила Китти. – Как глупо было с моей стороны не посоветовать ему вчера снять крупную сумму!
– Из этого все равно ничего бы не вышло. Позвольте мне напомнить вам, мисс Чаринг, что всеми деньгами графа распоряжается его мать, и делает она это так, как сама считает нужным. Я не сомневаюсь, что она преступает границы своих полномочий, однако не в том проблема… Главное для нас сейчас – обвенчаться как можно быстрее. Нельзя допустить, чтобы Фостер и дальше оставался в таком подвешенном положении. Когда он спокоен и доволен жизнью, то вполне разумный человек, но все эти волнения и тревоги влияют на него самым удручающим образом. Мне предстоит нелегкая задача занимать графа до того, как приедет его двоюродный брат.
