Читаем без скачивания Дилетант галактических войн - Михаил Михеев

Впрочем, надо отдать американцу должное, он сопротивлялся наглым и, с его точки зрения, совершенно неправомерным требованиям похитителей достаточно долго. Он, похоже, искренне не мог понять, почему они не разделяют его мнения о том, что США могут творить что угодно и где угодно лишь на основании того, что они самые сильные. Сдался он лишь тогда, когда Олаф запихнул-таки его в шлюз, задраил двери изнутри, а внешняя заслонка начала медленно отходить в сторону. Процедура, конечно, была разыграна чётко по сценарию, обеспечивающему максимальное психологическое давление, — стандартная процедура шлюзования проходила намного быстрее и совсем не так, как в тот раз, во всяком случае, такие потери воздуха в полёте не были оправданы. Однако сейчас свист вырывающегося в космос воздуха живо прочистил клиенту мозги, и американец искренне согласился с тем, что был не прав. Попробовал бы он не согласиться, процедуру шлюзования можно ведь было и не прерывать…

— Я его уже обеспечил, — улыбнулся ещё раз приятным воспоминаниям адмирал и вновь стал серьёзен. — Точнее, я обеспечил нейтралитет США, а также их спокойную реакцию на будущее укрепление границ России. Они, конечно, будут возмущаться и протестовать, но ничего не сделают на официальном уровне. Остальные без их разрешения дергаться не рискнут, вы сами знаете, кто у них пахан. Да и то сказать, кому там дёргаться? Разве что наглам,[40] и то чисто из вредности, а остальным на Грузию плевать с высокой колокольни.

Ковалёв не стал упоминать о деталях разговора с американским президентом, о кнуте, который он применил, ну и о прянике тоже. В качестве пряника были банальные деньги — частное пожертвование на предвыборную кампанию президента, достаточно большое, чтобы обеспечить ему победу на выборах.

— И всё же… — Президент продолжал сомневаться.

— Запросите свою внешнюю разведку. Просто для сведения: ни один ядерный заряд на планете, кроме тех, которые находятся на территории России, уже неделю не может быть взорван. Для наших технологий это не проблема. Американский президент, кстати, в курсе. Достаточное будет доказательство наших возможностей и серьёзности наших намерений?

Президент задумчиво кивнул. Ковалёв уловил его мечтательный взгляд и предостерегающе поднял руку:

— Вот только не вздумай начать очередную войнушку. Голову оторву.

Президент промолчал, но во взгляде его явственно мелькнуло сожаление. Ковалёв подсластил пилюлю:

— Вы получите доступ к технологиям, которые на два поколения опережают существующие, и золото, которое позволит вам реализовать их. Если не в курсе, я уже построил завод по производству микропроцессоров, каждый из которых работает на уровне лучших суперкомпьютеров Земли. Представляешь, какая это выгода? Пока что тебе, а также ещё кое-кому, думаю, сам понимаешь, предлагается принять участие в проекте в качестве младшего партнёра. Будете обеспечивать официальное прикрытие. Но имей в виду: торговать будем продукцией. Если на сторону поплывут технологии, поверь, я смогу тебя уничтожить. Физически уничтожить, вместе с чадами и домочадцами. Так что отвечаешь головой.

— А если я откажусь?

— Значит, деньги проплывут мимо твоего кармана, только и всего. Я без тебя обойдусь, да и свои интересы защитить сумею.

Ковалёв не стал говорить о том, что самые продвинутые технологии, которые предполагалось пока что реализовывать на Земле, отставали от имперских лет на триста. Зачем? Умный поймёт, а дураком президент не был.

Президент медленно наклонил голову в знак согласия и вдруг неожиданно спросил:

— Скажите, а каково это — летать к другим звёздам?

Ковалёв посмотрел на него с интересом:

— Хочешь попробовать?

— Если честно, да.

— Посмотрим на твоё поведение. В принципе никаких препятствий не вижу, свозим. Ну а пока продолжим разговор о делах наших скорбных. Что будем решать с Прибалтикой?

— А что там решать? Прибалты — не грузины, они в НАТО влезли давно, и реальных рычагов влияния на них мы не имеем.

— Понятно. Ну, тогда примерно через неделю там тоже начнутся беспорядки. С жертвами среди населения, естественно. Вводить туда войска НАТО не будет, скажут, что это внутреннее дело стран Балтии. По той же причине, что и с Грузией. Россия пусть тоже ограничится комментариями в прессе, я сам разберусь с обнаглевшими тормозами.

— Ну-ну. — Президент в сомнении пожал плечами. — А не раскроетесь?

— Да нет. Я просто вооружу русских, которые проживали на территории этих стран. Они до недавнего времени имели всё и успели к этому привыкнуть, поэтому за своё будут держаться руками и зубами. Ну и командиров серьёзных они тоже получат. Пускай сами власть возьмут, сам понимаешь, их трудно раскачать, но остановить тем более не получится. Пускай отрабатывают свои привилегии, это вполне логично. Хотя… На всякий случай прикажи привести войска в боевую готовность, мало ли что. А то могут найтись и те, кто возмутится стремительному сокращению численности, скажем, эстонцев или там литовцев в мире. А по моим расчётам, их популяция может сократиться в разы, чему я берусь всемерно поспособствовать. Вот и сунется в разборку кто-нибудь, кому больше всех надо. Та же Польша, эти хамы могут влезть не в своё дело и просто так, из гонора. В этом случае их можно будет и ракетами обработать. Система ПРО там, кстати, тоже с сегодняшнего дня вышла из строя.

Президент ухмыльнулся, он поляков тоже не любил. А Ковалёв не любил и поляков, и прибалтов, у него всегда было особенное отношение к предателям. Похоже, высокие договаривающиеся стороны нашли точки соприкосновения, и тем, кто в этих точках оказался, сложно было позавидовать.

Дальнейший разговор был довольно короток и в основном свёлся к делёжке будущих сверхприбылей. Однако этот момент у Ковалёва был проработан очень неплохо, были у него свои экономисты, и экономисты хорошие, поэтому договорились на вполне разумных условиях.

— Да, кстати, забыл сказать: действующие АЭС тоже остались только в России. Пока это всеми силами скрывают, но долго такие проблемы не утаишь, так что остальной мир очень скоро ждёт глобальный энергетический кризис. До скорого, — махнул рукой Ковалёв и вышел.

Глава 12

— Присаживайся, дорогая, в ногах правды нет. Вон там кофе, булочки… Да ты не обращай на меня внимания, чувствуй себя как дома. Вина, правда, не предлагаю, сам пить не хочу, а ты свою порцию покамест не заработала.

Ковалёв, развалившись в кресле, слушал треск дров в камине и с неподдельным интересом разглядывал стоящую перед ним высокую, всё ещё красивую женщину, сохранившую, несмотря на возраст, отличную фигуру. Хотя какой там возраст, она была на семь лет моложе его, а себя Ковалёв старым отнюдь не считал даже до того, как побывал в регенераторе линкора. Так что, как говорится, дама в самом соку, хотя Василий и выглядел сейчас по сравнению с ней и моложе, и интереснее. Положение имперского адмирала имеет и кое-какие преимущества, в том числе и в виде здоровья, молодости и долголетия, и Ковалёв не собирался отказывать себе в этом.

Женщина между тем с интересом и без опаски окинула взглядом комнату. Пожала плечами, но от комментариев воздержалась. Впрочем, Ковалёв и сам знал, что простой и безыскусный интерьер с минимумом мебели был не в её вкусе. Женщина вновь пожала плечами и изящно уселась на мягкий кожаный диван, точно выверенным движением закинув обтянутую французскими чулками ногу на ногу. От каждого движения по комнате распространялся запах дорогих духов. Ковалёв к этому остался равнодушен — и видел, и обонял не раз в те ещё времена, когда женщина эта была куда моложе и, что уж греха таить, волновала его намного больше.

Так они сидели, молча рассматривая друг друга, женщина — со всё тем же лёгким интересом, Ковалёв — без заметных эмоций. Пауза затягивалась, но Ковалёва это не слишком волновало, а вот женщина постепенно начала нервничать. И когда волнение достигло пика, она всё-таки не выдержала и спросила:

— Ну что, так и будем в молчанку играть?

— Твоё дело. Есть что сказать — говори, я тебя слушаю.

— Кажется, это ты захотел меня видеть. Приволокли меня сюда, во всяком случае, по твоему приказу.

— Захотел видеть — вижу. А насчёт разговора речи не шло.

— Не поняла… Что тебе надо-то?

— Я и вправду решил на тебя посмотреть, я ведь больше тебя не увижу.

В голову женщины закрались смутные подозрения.

— То есть как больше не увидишь?

— Да элементарно. Сначала, после твоих закидонов, я решил тебя просто грохнуть. По старой памяти быстро и безболезненно. Но потом подумал: всё же ты мать моей дочери, да и твою мать я уважаю. Поэтому ты уберёшься очень далеко и никогда, слышишь, никогда не появишься поблизости от меня.