Читаем без скачивания Дилетант галактических войн - Михаил Михеев

Ну и уж совсем странным на фоне этого выглядела реакция США, президент которых молчал как рыба и не собирался, казалось, применять ни к кому никаких санкций. Точнее, к России эти санкции применять было опасно, все, кто хоть что-то понимал, прекрасно отдавали себе отчёт в том, что русские и без ядерных ракет могут накостылять кое-кому по шее, а уж оставаясь единственными на планете хозяевами ядерного арсенала — и подавно. Но не применять их против арабов? Такая мягкотелость уже ни в какие ворота не лезла, тем более что Америка и санкции — это, как говорится, синонимы. Однако США надулись как мышь на крупу и упорно молчали, и один только их президент знал, чего ему это стоило. Впрочем, помочь ему всё же пришлось, слишком уж многие имели на президента США рычаги влияния, но после того, как на них напал массовый мор, американский президент превратился в своей стране в авторитет для ВСЕХ слоёв населения. Хотя при возможностях Ковалёва помочь президенту США стать единоличным правителем было совсем несложно, и Джим, которого, как знатока местных условий, Ковалёв отрядил на это дело, справился с задачей блестяще. Старый вояка доказал, что не зря оттрубил своё в морской пехоте во Вьетнаме, и организовать несчастные случаи (утопление, лейкемию, новую неизлечимую болезнь, симптомами похожую на грипп, но при этом абсолютно незаразную, и ещё несколько вариантов) для него не составило труда. Ковалёв, конечно, был не в восторге от того, чем приходится заниматься, однако прекрасно понимал, что политика — это как разгребание нужников (увы, приходилось), в белых перчатках туда соваться не стоит. Ну а дальше шустрый американец сам справился, прекрасно понимая, что деньги просто так не даются и их надо отрабатывать. К тому же он правильно понял намёк Ковалёва о том, что президентство бывает и пожизненным, а жизнь — штука сложная. В смысле умереть можно и прямо сейчас, и лет через сто. Последняя перспектива, в смысле пожизненное президентство и долгая жизнь, показалась американцу весьма и весьма интересной и достойной реализации, поэтому он и старался, как мог.

Правда, возникла в вопросе зачистки маленькая неувязка: Джим категорически отказался ликвидировать одного из фигурантов — оказывается, воевали они вместе, и морпех хорошо запомнил молодого, но смелого и справедливого лейтенанта. После недолгого раздумья Ковалёв дал добро на прекращение данной фазы операции — что такое сослуживец, он понимал хорошо, да и пускай один хищник останется в целости. На то, как говорится, и щука в озере, чтоб президент за буйки не заплывал.

Итак, США явственно сигнализировали о намерении сохранять нейтралитет, и европейцы рискнули сами. Объединённая эскадра, большую часть которой составляли английские, а меньшую французские и турецкие корабли, двинулась к Персидскому заливу, однако русская эскадра, до того спокойно маневрировавшая в стороне, внезапно приблизилась, и с неё недвусмысленно потребовали проваливать, пока целы. Драка с относительно небольшой, но вполне полноценной и готовой к бою русской эскадрой ни в чьи планы не входила. Русские — это не арабы, чьи воинские таланты вызывали у европейских офицеров если не смех, то во всяком случае скептическую улыбку. Драка с русскими здесь и сейчас была, конечно, не самоубийством, но всё же предприятием крайне неразумным, особенно с учётом того, что с русского авианосца уже взлетали истребители и с рёвом проходили прямо над палубами английских кораблей. Добило всех требование развернуться и уматывать, пока целы, и вид русского атомного (!!!) крейсера, решительно занимающего позицию для атаки. «Убирайтесь, или откроем огонь» — язык, вполне понятный любому агрессору, поэтому эскадра НАТО развернулась и, для сохранения лица покрейсировав неподалёку, бесславно свалила прочь. Их не преследовали.

Примерно в то же время, с опозданием буквально на пару дней, зашевелился Китай. К границам России была стянута достаточно крупная армия — Китай был намерен начать борьбу за ресурсы. Увы, для китайской армии это плохо кончилось, она просто исчезла, её солдаты и офицеры умерли там, где сидели или стояли, причём никаких следов внешнего воздействия заметно не было. Никто не мог понять, что случилось с почти полумиллионом солдат, да и кто бы мог предположить, что это дело «рук» космического крейсера, обработавшего китайцев тяжёлыми станерами, мощность которых была выставлена на максимум, что гарантировало летальный исход для любого живого существа. Там, где поработали имперцы, не осталось даже бактерий. И через сутки вдруг обнаружилось, что небольшой городок, в котором имел неосторожность родиться командующий уничтоженной группировки, тоже вымер, причём с теми же симптомами. Китай понял намёк и предпочёл больше не рисковать.

И тут Россия внезапно предлагает вполне приемлемое решение вопроса — продавать Европе не топливо, а электроэнергию, благо резервы были. Конечно, нашлись бы те, кто продавал бы не только резервы, не заботясь о собственных гражданах. Они и нашлись — и умерли. Ковалёв к предателям относился однозначно.

Однако энергию продавали не всем, не Евросоюзу, а нескольким конкретным странам — Германии, Италии, Испании и ещё кое-кому. По принципу «а перепродавайте кому хотите и почём хотите». А в США неожиданно для всех было продано или, точнее, сдано в аренду три АЭС и ещё две в Японию, смонтированных на базе плавучих платформ, — эта технология в России была отлично отработана, такие станции недавно начали строить для собственных нужд — ну и поделились готовой продукцией. Откуда же было знать всему миру, что всё это уже не играло для России значительной роли — русские только что приступили к строительству термоядерных реакторов, мощных, компактных и относительно безопасных. Империя в лице адмирала Ковалёва сдержала слово и поделилась с Россией своими устаревшими технологиями, которые здесь шли на ура.

Дав европейцам повод спокойно грызться между собой за так необходимую им энергию (Германия, например, отнюдь не собиралась перепродавать электричество задёшево — триста процентов накрутки сделали, и это ещё, по сравнению с итальянцами, по-божески, хотя, надо сказать, цены эти, пусть неофициально, были согласованы с Москвой) и надолго обеспечив им головную боль и полное отсутствие стабильности, а заодно подсадив на энергетическую иглу американцев, Россия получила от них то, что хотела. Энергия продавалась не за не обеспеченные ничем доллары, не за стремительно обесценивающиеся евро и уж тем более не за обладающие никому теперь не понятным статусом фунты. Не за юани и прочие тугрики. Даже не за золото. Русским нужны были в большом количестве некоторые виды высокотехнологичного оборудования, и они его получили.

Тут всё дело было в том, что технологии, которые Ковалёв был намерен передать России, были, разумеется, эффективны, но реализовать их в коммерческом масштабе… Это было, мягко говоря, затруднительно, и грозила повториться история, когда в России что-то изобретают, но производят всего в двух-трех экземплярах, ибо на большее возможностей экспериментального производства не хватает, а на других предприятиях нет оборудования, позволяющего это производство развернуть. Тогда продаётся патент, где-то за рубежом плодами русского гения пользуются, производя изобретённое в массовом количестве, а русские… втридорога покупают готовую продукцию. Поставить же своими силами оборудование для массового производства, например, электроники или лекарств имперского образца Ковалёв не мог — не было у него пока возможности массово производить те же высокоточные станки, все мощности были задействованы на ремонт своих и модернизацию трофейных кораблей, что являлось для него сейчас, как ни крути, первостепенной задачей.

Поэтому пришлось выкручиваться. Вначале думали обойтись своими силами, но, увы, пока что российские микросхемы были, как говорится в печально известном анекдоте, самыми большими в мире. Это относилось и ко многому другому, имеющемуся в России, весь станочный парк которой практически во всех сферах изрядно устарел и морально, и физически, а потому было принято решение закупить требуемое оборудование за рубежом. Там вполне можно было найти то, что, пусть и с некоторой натяжкой, соответствовало требованиям имперского качества, пусть и двухсот-трёхсотлетней давности. Самым большим препятствием являлось то, что большая часть этого оборудования считалась новейшим и для продажи в Россию была запрещена, равно как и новейшие технологии Запада. Впрочем, там, очевидно, были готовы к тому, что русские потребуют в оплату сами технологии, поэтому станочный парк продали достаточно легко, думали, очевидно, что легко отделались. Наивные, их сверхсовременные технологии, по расчётам Ковалёва, стали бы никому не нужны максимум через год. Впрочем, это были уже их проблемы, Россия же получила необходимое ей оборудование — быстро и много. Заводы покупались, что называется, под ключ, что позволяло обеспечить полный цикл производства, и Россию это устраивало.