Читаем без скачивания Дилетант галактических войн - Михаил Михеев

Вот эти самые АЭС вдруг и прекратили действовать, причём все и сразу. Причина оказалась простой до предела — топливо, которое было загружено в реакторы, внезапно превратилось во вполне безобидные и совершенно нерадиоактивные элементы. Ковалёв мог лишь довольно потирать руки и аплодировать давным-давно умершим имперским инженерам — сделать такое, да ещё и дистанционно и без всяких спецэффектов типа ядерного взрыва или какого пожара земная наука была не способна в принципе. А так… Ну, разложились радиоактивные материалы — и всё! Причём отказали только те АЭС, что были построены по западным технологиям. Топливо станций советской и более поздней, российской постройки оказалось как-то вне зоны воздействия и осталось в полном порядке. Только в Китае навернулось всё, Ковалёв не знал, что и кем там построено, поэтому абордажный излучатель линкора, в течение почти восемнадцати часов обрабатывавшего планету, при атаке Китая бил по всему подряд. Россию, разумеется, Ковалёв приказал не обрабатывать вообще, ну и неширокую зону вдоль её границ тоже, мало ли что. В принципе он и зарубежные реакторы российской постройки пощадил только для того, чтобы не навлечь лишних подозрений на Россию, их и так должно было быть с избытком, а люди, оказавшись перед лицом опасности, часто становятся невменяемы, и адмиралу совершенно не хотелось новых проблем. В результате только в России и в некоторых малозначимых странах по-прежнему работали АЭС, и только Россия сохранила ядерный арсенал. Остальные лишились и того и другого, да вдобавок не в лучшее положение попали экипажи атомных субмарин, реакторы которых тоже приказали долго жить. И если проблемы с ракетами и кораблями широкой публике были абсолютно неизвестны, да и, в общем-то, не слишком интересны, то остановка АЭС вылезла на всеобщее обозрение очень быстро.

АЭС вырабатывали значительный процент электричества и в Европе, и в США. В менее развитых странах они тоже были, но чаще всего их влияние не было столь масштабным и из-за того, что потребности стран третьего мира были не столь уж велики, и из-за преобладания в тех странах технологически более простых тепловых станций и небольших ГЭС, и из-за того, что население в тех странах было куда более управляемым. В самом деле, руководитель какой-нибудь ближневосточной страны, если потребуется, мог в любой момент вывести из боксов танки и в два счёта подавить любой намёк на бунт. Попробуйте сделать это в Европе или США с их выборной формой правления… В общем, кислая для демократий ситуация, как ни крути.

Итак, остановка АЭС… Теоретически ничего страшного, если остановятся одна-две станции. Резерв мощности у остальных производителей электричества достаточен для того, чтобы практически сразу заполнить образовавшийся дефицит. Однако когда останавливаются разом ВСЕ атомные электростанции… Словом, автоматика сработала вовремя и не дала энергосетям Европы и США рухнуть полностью, но нехватка энергии получилась бешеная. А дальше стало ещё интереснее.

Восполнить нехватку за счёт ГЭС и тепловых станций оказалось не так-то просто, их мощности было недостаточно для того, чтобы заткнуть дыру. Конечно, не такой уж и большой процент энергии, если посмотреть в целом по Европе, вырабатывается атомными станциями, но, вот незадача, наиболее развитые из них, такие, как, например, Франция, сидят на этой игле крепко. В экстренном порядке начали вводиться в строй резервные станции, но и этого было мало. Вот тогда-то все и взвыли, а в особенности громко взвыли те, кому во все времена не требовалось ничего, кроме хлеба и зрелищ.

С одной стороны, один раз остановленные АЭС просто так снова не запустишь. Как минимум надо вновь загрузить их топливом. Только где же его взять? Но даже если и удастся его каким-то образом произвести, что само по себе вызывает сомнения, то что дальше? Это ведь не пять минут и даже не сутки, это намного больше, а зима уже не за горами и, с учётом того, что зимы в последние годы были холодные (как же, глобальное потепление!), энергии потребуется очень много. Её расход возрастёт многократно потому, что люди захотят быть в тепле, и вот тогда энергосистема, а заодно и экономика рухнут окончательно.

С другой стороны, можно было попытаться быстро произвести необходимое количество оборудования, с тем чтобы запустить новые ТЭЦ, стабилизировав тем самым ситуацию до восстановления деятельности АЭС, а до того времени ввести режим жёсткой экономии, но кто же в демократическом обществе решится пойти на такие непопулярные меры? Так ведь и без тёплого и мягкого кресла можно остаться. В результате драгоценная энергия растрачивалась на освещение улиц, работу развлекательных комплексов и прочую чушь, в то время как производства вынуждены были снижать мощности, а то и вовсе останавливаться. Однако и это ещё было не самое страшное.

До холодов, конечно, было ещё два-три месяца, однако, даже если и удалось бы запустить необходимое количество тепловых электростанций, что само по себе было весьма сомнительным, возникал закономерный вопрос: а на каком топливе они, собственно, будут работать? Собственные ресурсы Европы были, мягко говоря, смехотворны, месторождения в Северном море практически исчерпали себя. Угольные месторождения, конечно, имелись, но, чтобы построить тепловые станции, работающие на угле и отвечающие всем требованиям экологии, требовалось время, а запускать чудовищно дымящие и абсолютно неэкологичные станции… Да всевозможные зелёные и прочие дельцы от экологии с костями сожрут того, кто на такое решится. И это ещё если не принимать во внимание тот факт, что имеющиеся в Европе тепловые станции работали на дешёвом, экспортируемом из Африки топливе. А оно, вот несчастье, вдруг перестало поставляться — цепь аварий, прокатившаяся по тамошним шахтам, наводила на мысль о диверсии, но чьей? Собственный же уголь был дорог до безобразия — Европа, однако.

В США с этим было несколько проще, у них имелись собственные запасы и нефти, и газа, к тому же их энергосистема, после нескольких неприятных инцидентов очень серьёзно модернизированная, имела больший запас прочности, нежели её аналог в Старом Свете. Вдобавок климат в США был мягким. Больше проблем с климатом было у Канады, но и энергосистема у них традиционно была надёжнее, и её запас прочности был впечатляющим. А вот европейцы по традиции решили прикупить энергоносителей у России, да ещё и, в свете обстоятельств, рассчитывая при этом на скидки. Всем было известно, что русские в эпоху кризиса всегда приходят на помощь, часто даже в ущерб собственным интересам. Увы, на сей раз их ждал жестокий облом.

Русские продавать нефть и газ и даже уголь в объёмах больших, чем запланировано, отказались в принципе. Нет, они (во всяком случае, те, кто считал себя газовыми и нефтяными «генералами»), возможно, были и не против, однако приказ о запрете подобных действий пришёл с самого верха, причём в форме, исключающей двойное толкование. Судьба президента «Юкоса», решившего, что он может игнорировать мнение Кремля, ещё ни у кого из памяти выветриться не успела, поэтому покупатели ушли несолоно хлебавши. А когда выяснилось вдруг, что Россия и вовсе собирается прекратить поставки нефти, а продавать только и исключительно продукты её переработки, по миру пронёсся разноголосый, но дружный вой. И тут русские преподнесли и «просвещённой Европе», и находящемуся в ненамного лучшем положении Китаю ещё один сюрприз — они этот вопль проигнорировали, довольно прозрачно намекнув, что каждый должен разбираться со своими проблемами сам и проблемы соседей не их проблемы. Точно так же была проигнорирована и резолюция ООН, осуждающая их поведение как дестабилизирующее международную обстановку, только лишь с той разницей, что сделано это было в достаточно грубой форме и, естественно, с наложением вето на попытку введения международных санкций.

Что же, русские не единственные поставщики энергоносителей, однако, ко всеобщему удивлению, страны Ближнего Востока проявили с ними редкостную и совершенно неожиданную солидарность. Вряд ли кому-нибудь стало бы легче, узнай они о том, что причиной происходящего стал визит к арабским шейхам и прочим руководителям небольших групп лиц откровенно славянской внешности, которые, насмерть обидев охрану этих самых шейхов, слегка прижали им горло (или другие нежные части тела) и объяснили, что поведение, не одобренное в Москве, чревато большими неприятностями. Шейхи (в некоторых случаях уже новые) вняли убедительным и вполне согласующимся с восточным менталитетом аргументам визитёров с исключительным энтузиазмом и абсолютной понятливостью к требованиям времени, поэтому в области продажи энергоносителей все они выступили единым фронтом, руководили которым, разумеется, из России. Правда (знали об этом, помимо Ковалёва, менее десятка человек, которые прекрасно понимали, насколько опасным может быть их знание), руководство это осуществлялось не из Кремля, служившего лишь ретранслятором, а из маленького, ничем не примечательного внешне домика в окрестностях провинциального городка, но это уже детали.