Читаем без скачивания Зверь - Иван Сербин

— Как ты сказал? — переспросил Валька. Глаза его округлились от изумления.

— «Как ты сказал?» — передразнил Гектор. — У нас тут что, общество глухих?

— Где ты находился?

— В коттедже, в коттедже. И у твоей дерьмовой машины. Может быть, ты объяснишь, за каким чертом мне понадобилось похищать свою собственную дочь? За каким дьяволом я собирал бы людей в ТВОЕЙ фирме?

— В моей фирме? — растерялся еще больше Валька.

— Среди нас точно один глухой, — немного сбавил тон Гектор. — В «Палладе». Или ты теперь скажешь, что «Паллада» не входит в твою корпорацию, или как там это у вас называется?

— Входит, — подтвердил Валька. — Но при чем тут «Паллада»?

— При том. Группа, которая грабила коттедж, целую неделю заседала в «Палладе». И ты, конечно, об этом не знал?

— Нет, не знал.

— Лжешь. И уж чего-чего, а денег-то у тебя в миллион раз больше, чем у меня. Это ты можешь золото кидать лопатой! Так кто из нас Жнец? Эй, ответь мне!

— Это не мои деньги.

— Да ну? А чьи же, в таком случае?

Валька вдруг сник:

— Жнеца. Я — никто. Он просто использовал меня, чтобы контролировать остальных членов организации и развитие проекта «Гекатомба».

— Никогда о таком не слышал, — заявил насмешливо Гектор.

— Ничего странного. Это частный проект. О нем знали всего пять человек. Аид, Плутон, Гадес, Дис и я. Больше никто. Еще Жнец, которому я обязан был рассказывать о состоянии дел организации. Больше никто.

— Черт! — вдруг заорал Ярослав. — Он же пудрит тебе мозги! Забалтывает! Пристрели эту сволочь — и дело с концом! Не забывай, он искал тебя, а не ты его! Давай, Валентин! Сделай это!

Валька посмотрел на адвоката, усмехнулся неприятно, тонко, с прищуром:

— Ты думаешь, я застрелю его, а ты останешься в стороне?

— Черт! Валентин, я же твой друг. Возможно, единственный, кто сейчас остался с тобой! Я думаю только о тебе.

— Хорошо. Я рад, что ты думаешь обо мне. — Валька кивнул, взвел курок и протянул пистолет Ярославу: — Сделай это для меня.

Адвокат растерялся, остановился посреди комнаты, опустил руки.

— Ну что же ты? — почти ласково спросил его Валька. — Ты ведь единственный друг, который не бросил меня в трудную минуту. Пристрели эту сволочь. Давай. Я тебе доверяю.

Ярослав по привычке потер подбородок, но бороды не обнаружил и, кашлянув, добавил:

— Валь…

— Что? Неужели ты не выстрелишь? Ради нашей дружбы? Как же так, Ярослав?

— Валь, я не могу.

— Тогда не мороси. Выйди и подожди на улице. Или в другой комнате. Или где хочешь. Главное, выйди.

Ярослав кивнул и вышел, захлопнув за собой дверь.

— Но учти, — предупредил Валька Гектора. — Если ты попытаешься броситься на меня, я буду вынужден выстрелить.

— Ты знал, что Жнец собирается выкрасть документы этой вашей организации? — спросил Гектор спокойно, чтобы у приятеля не возникло сомнений в его покорности.

— Зачем ему документы? Никаких документов в коттедже не было.

— А что было?

— Матрица «Гекатомбы».

— Что это?

— Программа-преобразователь. Достаточно ввести в нее фразу, изображение или голосовой файл — и она преобразует их в фабулу, а затем встроит в нужную программу так, что фабулу эту будет невозможно обнаружить. Если в компьютере стоит наш процессор «ПРО Си-Эйч-Эс», установка будет выдаваться на экран компьютера и таким образом вводиться в подсознание пользователя. Посредством «Гекатомбы» можно заставить практически любого человека совершать определенные действия. Парнишка, разработавший «Гекатомбу», — настоящий гений. Он использовал старый принцип «двадцать пятого кадра Фишера», но положил его на совершенно иную основу. Эффективность внушения — девяносто два процента из ста. Это невероятно высокий показатель. Все прежние попытки воздействовать на человека подобным образом давали эффективность не более пятнадцати процентов.

— Эту программу мы и должны были похитить? — нахмурился Гектор.

— Вы — нет, — покачал головой Валентин. — Вы, конечно, не должны были красть ничего. Жнец использовал вас, чтобы попасть в Базу Харона незамеченным. Иначе он не смог бы этого сделать. Там слишком серьезная охрана, а Жнец не доверил бы «Гекатомбу» никому. Абсолютная власть — слишком большое искушение даже для преданных людей. Остаются документы «нулевого варианта», но он и с этим справится, я уверен.

— Что это за «нулевой вариант»?

— Полная документация организации. В случае убийства одного или нескольких членов организации остальные обязаны передать ее во все крупные газеты. Там и оригинал, и копии. Документы хранятся в банке «Московский». В специально абонированном сейфе. Они будут отданы, только если оставшиеся в живых члены организации придут за ней все вместе. Таково условие.

— А если убьют всех?

— Специальный клерк отправит запрос о смерти членов организации в органы внутренних дел, и, по получении подтверждения, документы под усиленной охраной будут доставлены в газеты. Если бы остался в живых только я, Гадес, Плутон или Дис, документы тоже отправили бы автоматически. Только сам Аид — между собой мы называли его Великий Моралист, — оставшись в полном одиночестве, сможет получить их на руки.

— Почему?

— Потому что «Московский» — банк Аида. Он там хозяин.

— Кто еще, кроме вас пятерых, знает об этом?

— Никто.

— А Жнец?

— Конечно. И Жнец.

— Странно в таком случае, что он не убил тебя. Ему вполне хватило бы и одного Аида.

— Он и хотел убить. Просто у меня развязался шнурок на туфле, и я остановился перевязать его, а Оксана спустилась к машине. Вероятно, убийца не видел толком, кто вышел, и… словом, я сбежал.

— Как хоть она выглядит, эта матрица?

— Обычный лазерный диск. У самого центра нанесен двенадцатизначный код и ряд специальных символов.

— Сейчас я назову тебе номера машин. — Гектор перечислил номера, названные Жукутом.

«Зачем я это делаю? — думал он. — Жнец не мог приехать в коттедж. Борька увидел бы „своего“, узнал бы и сказал мне…»

— Аид, Цербер, Перс с Молчуном, личная охрана Аида, остальных не знаю, — ответил Валька. — Наверное, бригада охраны коттеджа. Про Аида я тебе уже говорил. Цербер — начальник службы безопасности. Перс и Молчун… Они выполняют сразу несколько функций. Детективы, убийцы, личная охрана Харона… Был еще один, Эдо, но его убили во время ограбления.

— Ясно. Значит, вы пятеро хотели править миром? — констатировал Гектор.

— Ты с ума сошел. Мы хотели всего лишь гарантировать миру стабильность. Мы не диктаторы, а миротворцы. При помощи «Гекатомбы» можно было прекращать уже начатые войны и предотвращать те, которые еще не успели начаться, заставлять крупные корпорации жертвовать больше денег голодающим в отсталых странах. Можно было бороться с преступностью и извести коррупцию. Клянусь тебе, ни один из нас не помышлял о диктатуре! — запальчиво воскликнул Валька.

— Черт! У меня такое ощущение, словно я читаю роман-утопию! И что же, ты всерьез полагал, будто Жнеца заест совесть, и он под бравурные звуки марша добровольно присоединится к вашей теплой компании? — Гектор незаметно шевелил руками, пытаясь ослабить веревки. — Валька, ты ведь был совсем другим. Как же тебя угораздило вляпаться в такое г…о?

— Ты собрался читать мне мораль? — спросил Валька. — Не надо. Меня все равно убьют. А там, куда я попаду после смерти, и так все объяснят популярно, на пальцах. Знаешь, когда ты дерьмовый клерк с грошовым окладом в дерьмовой организации, перспектив никаких и даже семью завести нельзя, потому что нечем будет кормить жену и детей, начинаешь задумываться о том, стоит ли вообще жить. И вдруг, в тот самый момент, когда ты уже окончательно понял, что жизнь — это огромная яма, до краев наполненная г…ом, вдруг приходит добрый дяденька и дарит тебе десять миллионов. Просто так. А потом еще десять. И еще. И так в течение полугода. К хорошему привыкаешь очень быстро. И после такого благоденствия свалиться снова в нищету? Вряд ли может быть что-нибудь хуже этого. А тебе дают деньги, фирмы, все, чего только можно пожелать, а взамен просят самую малость: пойти туда-то, присоединиться к тем-то и потихоньку «постукивать». И понятно, что, если откажешься ты, они найдут кого-нибудь другого, менее щепетильного. Ты знаешь, я никогда не «стучал», даже в нашей насквозь совдеповской школе, но тут… И ведь все шло как по маслу.

— Ты мог послать этого парня подальше, когда получил желаемое. — Гектор еще активнее зашевелил руками. Кажется, одна из веревок немного поддалась.

— Не мог, — ответил Валентин мрачно. — Во-первых, Жнец — слишком страшный человек. Он убил бы меня, но сделал бы это таким образом, что ад показался бы детским садом. Все мое имущество записано на какого-то там «дядю Васю». Он, понятное дело, тоже работает на Жнеца и имеет свой процент. Так-то вот. Вздумай я дергаться, сразу остался бы без всего. Не знаю, как Жнецу удалось это устроить, но я оказался в организации. Хотя с его-то связями и деньгами… На финансирование проекта требовались колоссальные средства. Лаборатории с новейшим оборудованием, заводы, закупки крупных партий процессоров, зарплата — очень высокая — людям, охрана, строительство коттеджа. Много чего. Аид — а именно он подобрал этого «компьютерного гения» — подумал и принял меня в организацию.