Читаем без скачивания Зверь - Иван Сербин

— Спасибо, — усмехнулся Жнец, принимая пистолет.

— Но вы помните?… — робко спросил Харон. — Вы обещали…

— Я все помню.

Жнец спустил курок. Разве в таком деле могла идти речь о сантиментах? Да и кого жалеть? Убогого старика, легкие которого изъедены раковыми клетками, как старый дом — термитами, и которому жить осталось от силы полгода? Бросьте. Жалость — совершенно никчемное качество.

Харона отбросило на кровать. Жнец повернулся и выбежал из хранилища. Остались сущие пустяки. Одинцов, Жукут и Трубецкой. Впрочем, даже если Трубецкого и не удастся отыскать в лесу — Бог с ним. Найти его не составит труда. А вот труп Жукута придется увозить…

Жнец, натягивая на ходу респиратор, скатился по ступеням в подвал и направился к контрольному посту. Он слышал шум — Гектор старательно курочил запасной генератор. Трупы, трупы, везде трупы. Охранники, грабители. Каприз судьбы: и те, и другие, сами того не подозревая, отдали свои жизни за то, чтобы он, Жнец, повелевал миром. Не многие могут с гордостью сказать на Высшем суде: «Я помог кесарю прийти к власти!» Руденко вскинул пистолет. «Слишком много дыма, — подумал он. — Плохо. За два шага ничего не видно».

Арбалетчик остановился у двери, здраво рассудив, что пусть лучше жертва наткнется на него, чем наоборот. Так, во всяком случае, он застрахован от неприятных неожиданностей.

Через несколько секунд за темно-серебристой дымкой обозначилась человеческая фигура. Или ему показалось? Жнец повернул голову и посмотрел в сторону, захватывая нужный участок боковым зрением. Так и есть. Одинцов. Гектор продвигался едва ли не ощупью. Внезапно он остановился и как-то напряженно вытянул шею, всматриваясь, а затем осторожно попятился и… наступил на полу дождевика.

Руденко выстрелил, почти не целясь. Ему показалось, что он попал, ибо что-что, а стрелять-то ему доводилось много и часто, но… Одинцов не упал и даже, напротив, припустил с еще большей прытью. Руденко метнулся следом, нажимая на курок. Он разгадал замысел Гектора и торопился пристрелить жертву, пока та не растворилась в дыму или не спряталась за дверью генераторной. Одинцова это не спасло бы, будь в руках Жнеца автомат, но пистолетная пуля не возьмет толстую сталь, нечего и пытаться.

Руденко подоспел как раз в тот момент, когда створка с лязгом захлопнулась… Чертыхнувшись, он бросился к консоли, подхватил валяющийся на полу изувеченный «помповик» и, вернувшись к двери, что было сил ударил по рычагу. Тот даже не шелохнулся.

— Черт, — невнятно выругался он. — Черт!!!

Ладно, диск у него. А с Гектором, Жукутом и Трубецким он разберется потом.

Руденко торопливо направился к выходу, поднялся по лестнице и стянул противогаз. Пистолет он тоже предусмотрительно спрятал под дождевиком. Теперь оставалось только ждать.

Внезапно ожила рация:

— Это Гектор! Я в подвале! В генераторной! На меня напали! Здесь кто-то есть! Слава, на помощь!

— Мы идем! — мгновенно откликнулся динамик голосом Жукута.

Жнец чертыхнулся. Если бы Гектор просто позвал на помощь, не упоминая о покушении, еще был бы шанс все исправить, но сообщение слышали не только он и Жукут, а еще и Трубецкой. Теперь Гомер не даст подобраться к нему. Дьявол! Ладно, придется менять план на ходу. Это плохо, но ничего не поделаешь.

Через несколько секунд борец вбежал в дом и остановился, увидев Руденко.

— Что? — спросил он.

— Не знаю. Тут творится какая-то чертовщина. Зову Модеста и Антона — они не откликаются. Теперь вот Гектор…

— Пошли посмотрим, — позвал Жукут. — Может, и правда что-нибудь произошло…

— Пошли, — согласился Руденко. — Противогаз не забудь надеть. Там все еще газа полно.

Они спустились в подвал…

Черт побери, получается, что арбалетчик попросту водил их за нос. Гектор отшвырнул фотографию и снова принялся рыться в ящиках. Он вытаскивал вещи, документы, какие-то справки, ключи, еще ключи, скрепки, разное барахло, но ни пистолета, ни запасной обоймы так и не нашел. Спокойно, только спокойно. У него еще есть время. Сейчас всего лишь пятнадцать минут одиннадцатого. Не стоит спешить. Поспешишь, как известно… Да и приезжать раньше времени не стоит. Во-первых, можно налететь на пулю, а во-вторых, если Жнец увидит, что последняя жертва на месте, он просто не выйдет, выстрелит из укрытия, а Гектору необходимо успеть сделать это первым. У Вальки и Ярослава должны быть ключи от машин. Надо посмотреть.

Гектор склонился над трупом адвоката, поднял полу пальто и… увидел пистолет. Австрийский «глок-19». Отличное оружие. Прицельная дальность и кучность потрясающие. Убойная сила опять же очень хорошая. Вытащив обойму, проверил наличие патронов. Тринадцать из семнадцати. Отлично. Ему хватило бы и одного. Но тринадцать, разумеется, лучше. Впрочем, само по себе число плохое. Гектор выщелкнул один патрон и снова загнал обойму в магазин. Так-то лучше. Он готов действовать. Теперь необходимо найти ключи от машины.

Обшарив карманы адвокатского пальто, Гектор обнаружил наконец то, что искал. Все. Можно идти.

Он быстро направился к двери.

— Посмотрите на эту фотографию, — предложил голос.

В комнату вошел здоровый флегматик в штатском, индифферентно перемалывающий челюстями «buble gum». В руке он держал небольших размеров карточку. Тяжело протопав к сидящему на неудобном стуле, окровавленному «гостю», флегматик протянул снимок и остановился рядом, барабанно, по-гусарски выпятив бочкообразную грудь.

Арбалетчик взял снимок, внимательно осмотрел, перевернул, в надежде обнаружить какую-нибудь надпись, способную прояснить ситуацию, но так ничего и не увидел. Пожав плечами, вернул фотографию «горилле».

— Кто же это может быть такой фотогеничный? Где-то я уже видел этого парня.

— Где? — быстро спросил старик. — Это очень важно! Вспоминайте.

— Дайте-ка подумать, — попросил Руденко. Он действительно наморщил лоб и забормотал: — Где же я его видел? У Зинки? Нет. К ней такие не ходят… Хм… А где же? О! Вспомнил! — Руденко торжествующе поднял палец. — Точно! Вспомнил, где я его видел!

— Где?

— В фильме!

— В каком фильме? — растерялся собеседник.

— Про Терминатора. Он там робота-убийцу играл. Шварценеггер его фамилия! Там, знаете, из будущего посылают такого зверюгу-робота…

— Прекратите паясничать! — Старик едва сдержался, чтобы не закричать. — В вашем положении должно быть не до шуток.

— Я что, ошибся? — без тени иронии спросил Руденко. — Тогда вы правы. Не до шуток. Раз память сбоит, значит, уже не до шуток. Это верно. Хотя, с другой стороны, когда память отказывает, самое веселье и начинается.

— Отвечайте на вопрос, — резко перебил его голос. — Кто изображен на фотографии?

— Ну раз это не Шварценеггер… Вообще-то, вы правы. Я должен был сразу заметить: Шварценеггер росточком, пожалуй, повыше будет. Тогда Сильвестр Сталлоне, — твердо, с непоколебимой уверенностью, заявил арбалетчик. — Точно. Он. Больше некому.

— Прекратите. Вы даже не представляете, насколько катастрофичная ситуация сложилась, — глухо сказал Аид. — Мир на грани хаоса.

— Вот, — печально вздохнул Руденко. — Мир на грани хаоса, а они мне фотографии киноактеров подсовывают. Беспечные вы люди, вот что я вам скажу. Надо бежать, спасать мир, а они…

«Горилла» вдруг развернулся и мощно, по-боксерски, врезал «гостю» в ухо. Руденко полетел кувырком и приземлился в углу, а сверху на него грохнулся стул. Приподнявшись на локте, арбалетчик принялся ощупывать затылок, бормоча:

— Вот я и говорю, надо бежать, спасать мир, а они кулаками машут… Черт, как больно… Жаль, что я не мазохист.

— Вам мало? — безразлично поинтересовался голос.

— Спасибо, вполне достаточно.

— Артем, помогите господину Орфею подняться, — приказал Аид.

«Горилла» с прежним флегматичным выражением на скуласто-бровастом лице подошел, ухватил лежавшего и легко, словно тот весил не больше пушинки, поставил на ноги.

— Благодарю, — поморщился Руденко, не переставая ощупывать затылок. — Вы очень любезны. У ваших людей странные, более того, чрезвычайно опасные наклонности, — заявил он, обращаясь к висящей под потолком камере. — Например, бить других по голове. Я бы на вашем месте держался с ними поосмотрительней.

— Если вы сейчас же не прекратите эту клоунаду, Артем ударит вас еще раз, — пообещал голос.

— Уже прекратил, — вздохнул Руденко. — Против коллектива не попрешь. Особенно против такого.

Артем спокойно поднял стул, подставил к самым ногам «гостя» и, взяв того за плечо, заставил сесть.

— Итак, я повторяю вопрос, — начал было Аид, однако Руденко прервал его:

— Спасибо. Я помню, несмотря на все старания вашего молодца.

Артем было замахнулся, но окрик старика заставил его опустить руку.