— Если ты это так называешь. — Спенсер ступил ближе, схватив руку Эбби. Хотя он казался достаточно устойчивым, от него сильно пахло бренди. Что могло бы объяснить то, почему он продолжал достаточно громко разговаривать, чтобы его услышали те, кто стоял поблизости. — Я называю это совать нос в дела других людей.
Ухмылка леди Брамли исчезла, сменившись сильным гневом, отчего ее сильно напудренные щеки покраснели.
— Леди Рейвенсвуд, в конце концов, возможно, вам следует отправиться домой со своим мужем. Он, кажется, забывает об учтивости, которую должен проявлять к хозяйке.
— Я ничего вам не должен — проворчал Спенсер, и теперь Эбби могла услышать, что он немного невнятно произносит слова. — Моя жена ничего вам не должна.
— Рейвенсвуд, старина, ты перегибаешь палку — пробормотал капитан Блейкли.
— Он, несомненно, пьян — резко ответила Эбби. — Я полагаю, что должна благодарить за это Вас, капитан Блейкли.
— Скорее всего. — Клара взяла своего мужа за руку. — Ну–ка, мой дорогой, пойдем домой. Ты достаточно поработал в течение одной ночи.
Когда Клара увела возражающего капитана, Спенсер возмутился:
— Я не пьян. Я несу ответственность за каждое слово, Эбби. Она достаточно обманывала тебя. Давай, мы тоже уходим.
— Обманывала… — Эбби выдернула у него свою руку. — Это несправедливо, и я никуда не пойду, пока Вы не принесете извинения.
Он с негодованием посмотрел на нее.
— Я отказываюсь приносить извинения этой сплетнице.
— Идите, моя дорогая, — вставила леди Брамли, снова начиная насмешливо улыбаться. — Нет никакого смысла спорить с перебравшим через край мужчиной.
Спенсер повернулся к ней. — Я не перебрал через край, и Вы это понимаете. И более того, мадам…
— Вы правы — мы должны уехать — пробормотала Эбби. Она понизила голос, слишком хорошо осведомленная о любопытных леди, стоявших поблизости, вслушиваясь в каждое скандальное слово. — Я не могу представить себе, что на Вас нашло. Но мы уезжаем, пока Вы не сделали из нас посмешище.
— Ты — чертовски права — мы уезжаем. — Обвивая руку вокруг ее талии, Спенсер потянул ее по направлению к дому и, к счастью, понизил голос. — И ты никогда не приедешь сюда снова, ты слышишь? Этой сплетничающей ведьме нельзя доверять.
Эбби закатила глаза. Что же, спрашивается, навлекло все это? Что случилось с расчетливым шпионом, осторожным государственным деятелем? Оглядываясь на маркизу, которая отослала ее так весело, как будто обезумевшие мужья, тянувшие своих жен с ее завтраков, были обычным делом
— Я нанесу визит вам завтра! — выкрикнула Эбби.
— Ты больше не будешь ездить с визитами к этой женщине — распорядился Спенсер, торопливо ведя ее через дом. Он чуть не споткнулся в коридоре, единственный признак потери контроля. Но выпрямился достаточно быстро, чтобы продолжить их смехотворный марш. — Не завтра, не когда–либо еще.
— Ты спятил. — Поскольку в холле они остановились, Эбби вырвала свою руку из его хватки. – Я, может быть, и притворяюсь твоей женой, но это не дает тебе права выбирать мне друзей.
— Ради Бога, следи за своим языком — прошипел Спенсер, кивая головой на стоящих неподалёку лакеев.
— Зачем? Ты–то, конечно, не потрудился следить за своим. По крайней мере, мои слова имеют смысл.
С угрюмым видом Спенсер приказал лакею вызвать их экипаж, затем повернулся к Эбби. — Я просто присматриваю за своей женой.
— Поставив ее в неловкое положение перед светом? Скажи мне кое–что, Спенсер. Если леди Брамли — такая ярая сплетница, с какой стати ты предоставил ей тему для перемывания нам косточек, выступив перед ней, как законченный безумец?
Он открыл, было, рот, чтобы парировать, затем закрыл его. Хорошо. По крайней мере, в пропитанной бренди голове идиота сохранилось достаточно здравого смысла, чтобы понять, что она была права.
Лакей помог Эбби с ее ротондой, пока другой, находившийся поблизости, мог предложить Спенсеру его пальто и шляпу. Спенсер схватил и то и другое, но, нахлобучивая шляпу на голову, уронил свое пальто. Поднимая пальто, Эбби слегка коснулась Спенсера, наклонившегося одновременно с ней, и тот впился в нее пристальным взглядом. Удивительно, но он не упал и, тем не менее, у него плохо получалось надеть пальто.
Наконец Спенсер перебросил вещь через руку, пробормотав:
— Слишком тепло для пальто. — Когда девушка лишь подняла бровь, он добавил — Говорю тебе, я не пьян.
— Нет, разумеется, нет — ответила она чопорно. — Eau de бренди на сегодняшний день необычайно модно.
Настроение Спенсера кардинально изменилось. Выражение его лица приобрело расстроенный, почти доведенный до отчаяния, вид.
— Что эти женщины сделали с тобой?
Она удивленно воззрилась на него.
— Какие женщины?
— Леди Брамли. И Клара. Ты всегда была такой…
— Ваш экипаж подан, милорд — сказал лакей.
Спенсер кивнул, затем предложил свою руку Эбби.
— Ну, пойдем.
Эбби заколебалась.
— А как же Эвелина и леди Тиндэйл?
— Они устали тебя ждать и вернулись домой.
Скрытый упрек снова заставил ее характер вспыхнуть. Эбби с большим трудом сдерживалась, пока они не оказались в карете.
Но как только они заняли свои места и отправились домой, девушка набросилась на Спенсера.
— Разве не достаточно того, что я трачу половину времени на изучение того, как танцевать вальс и делать реверанс и тысячу других смешных правил, которые я больше никогда не буду использовать? По видимому, вдобавок ко всему я должна выносить твое плохое настроение, и твои способы манипулирования, и …
— Мне наплевать научишься ли ты вальсировать. Но ты обещала довести наш фальшивый брак до конца, и я не позволю тебе нарушить обещание.
— О чем ты говоришь?
— О леди Брамли и деньгах, которые она дала тебе. — Он наклонился вперед, его жестокий пристальный взгляд зажегся в лампах кареты. — Я знаю о пятидесяти фунтах. И всяких других суммах, что она подсунула тебе сегодня вечером.
Эбби изумленно на него посмотрела.
— Она не давала мне никаких других сумм. Она действительно дала мне пятидесятифунтовую банкноту на прошлой неделе, но это — все.
— Она и сегодня вечером что–то дала тебе — упорствовал он. — Ты положила это в свой ридикюль.
Когда она поняла, что он имел в виду, девушка открыла свой ридикюль. — Это были не деньги. — Обнаружив бумаги, которые леди Брамли дала ей ранее, она сунула их ему. — Это — контракт с аптекой, которая продает «Аромат Рая». Она хотела, чтобы я изучила его прежде, чем подписать.
Когда он развернул лист и увидел, что она говорила правду, то, казалось, немного успокоился.
Она выхватила у него бумаги.
— В любом случае, тебя не касается, что она мне дает.
