Один из домиков служил складом.
Хозяин большого семейства Родригес – пока завтракали, Денис насчитал пять бегающих вокруг веранды ребятишек – явно предпочитал не интересоваться целью, с которой к нему пожаловали ночные гости. Денис сам был вынужден завязать нужный разговор.
– Как нам добраться сюда? – ткнул он пальцем в карту на дисплее. – Проще всего, наверное, по реке?
Родригес какое-то время внимательно смотрел на экран, потом, не говоря ни слова, поднялся и ушел в дом. Денис с недоумением уставился в его широкую сутулую спину с выпирающими из-под армейской рубашки лопатками, а потом обернулся к Шаки и выразительно пожал плечами.
– И разговаривать не хочет, – растерянно сказал он.
Но тут Родригес вернулся и все так же молча положил на стол старую, местами стершуюся на сгибах карту. Денису хватило одного взгляда, чтобы понять – она куда подробнее.
– Сейчас таких не найдешь, – медленно роняя слова, сказал Родригес. – У меня самого было таких три штуки, осталась одна.
– Вы нам ее дадите? – с надеждой спросил Денис. Родригес отрицательно покачал головой.
– А вот этот приток, – сравнивая карту с дисплеем, сумрачно сказал Сеймур, – здесь вообще не указан.
– Электронная чепуха! – все тем же усталым тоном отозвался Родригес.
– Так как же нам быть? – воскликнул Денис. – Давид сказал, что вы нам поможете.
– Да он просто хочет карту продать, – Шаки стукнула Дениса по плечу крепеньким кулачком. – Ведь правда?
Родригес кивнул и тут же назвал цену, по которой в городе можно было достать персональный компьютер.
Оказывается, в фактории можно было купить все – от высоких десантных ботинок до вполне приличных консервов, от широкого мачете до лазерных бритвенных лезвий, были бы деньги.
Прикидывая, сколько у них осталось наличных, Денис проклял себя за непредусмотрительность – кредитные карточки Родригес брать отказался.
Но все же в конце концов Денису удалось купить шесть гамаков с противомоскитными пологами, подходящую обувь и одежду, запас продуктов примерно на неделю и два старых пятизарядных карабина. От автоматического оружия из-за нехватки средств пришлось отказаться.
Родригес предложил подождать в фактории пару дней, пока он не съездит в город и не получит по кредитным карточкам деньги, тогда вопрос о дальнейшей экипировке решился бы сам собой, но, посовещавшись, все этот вариант дружно отвергли – время дорого. А ощущение того, что времени у них осталось не так уж много, не покидало никого.
– Может быть, ты или кто-нибудь из твоих знакомых согласится все же пойти с нами проводником? – спросил Денис, то вглядываясь в карту, то переводя взгляд на плотные зеленые заросли, окружающие факторию. – Мы в этих краях новички, будет трудно.
– У вас больше нет денег, – равнодушно ответил Родригес. – И потом, я не знаю, что вы ищете.
В этом ответе подтекстом звучало еще «и не хочу знать», но Денис решился.
– Зеленый луч. Слышал о таком?
Родригес медленно поднял на него глаза.
– Ты уверен, что хочешь найти его? – спросил он после минутной паузы.
– Да, – немного растерялся Денис, увидев, как изменилось выражение лица его собеседника. – Разве это так страшно?
– Не все, кто видят этот луч, возвращаются обратно, – голос Родригеса опять стал равнодушным.
– И ты боишься?
– Я – нет. Но ты боишься. Я это чувствую. – Родригес опять помолчал и посмотрел на карту. – Тебе нужна лодка.
– А как насчет проводника?
– Есть тут у меня один, – Родригес поманил Дениса за собой. – Пришел из сельвы дней десять назад. Но он совсем плохой. Сначала попросил убежища, но потом ушел в сарай и сказал, что хочет умереть.
– То есть как? – не понял Денис.
– Это случается с местными индейцами, – пояснил Родригес. – То ли их постигает какое-то страшное разочарование, то ли болезнь, тогда они просто ложатся и говорят, что хотят умереть. И умирают. Но у этого – не получается.
Подходя к сараю, Денис ожидал увидеть страшно изможденного и усталого человека, но вместо этого обнаружил лежащего прямо на земляном полу вполне здорового и упитанного индейца. Первое, что бросилось в глаза – толстые и грязные пятки, которые индеец почему-то сразу подобрал под себя, когда Родригес и Денис вошли в сарай. Складывалось впечатление, что он просто стесняется.
– Маноло, – окликнул его Родригес прямо от порога. – Ты еще не умер?
– Пока нет, – мрачно ответил Маноло. – Но подожди еще два дня.
Из-под скобки прямых и черных волос на Дениса уставились темные выразительные глаза. Гладкий лоб Маноло рассекала вертикальная складка, заканчивающаяся возле переносицы.
– Тут вот спрашивают, – словно не слыша его слов, продолжил Родригес, – не хочешь ли ты опять пойти в сельву.
– Не-ет, – покачал головой Маноло. – Я хочу умереть. Не мешайте.
– Мы ищем зеленый луч, – решился вставить слово и Денис. – Но у нас нет проводника.
Он не ожидал, что реакция Маноло будет такой мгновенной.
– Тогда вы тоже хотите умереть, – Маноло вскочил на ноги так неожиданно и быстро, что Денис невольно отшатнулся. – Пойдем, я знаю, где можно его увидеть. Мы найдем его, и тогда я смогу умереть. Мы все сможем, -уверенно продолжил он. – А то я умираю уже неделю, и ничего не выходит, – с обескураживающей откровенностью закончил Маноло.
– Господи, – пробормотал Денис. – Да он сумасшедший!
– Не больше, чем вы, – с удовольствием сказал Родригес. – Ладно, я пошел, а вы договаривайтесь.
Больше всего сейчас Денису не хотелось оставаться один на один с сумасшедшим, но Родригес быстро ушел, а Маноло, потеряв всякий интерес к лежанию на полу, казалось, был преисполнен услужливости. Денис повел его знакомить с остальными.
Маноло полностью утратил свою флегматичность и, темпераментно сверкая глазами, поведал жующему неизменную сигару Сеймуру и недоверчиво глядящему на него Бакалю о том, как месяц назад он увидел в сельве зеленый луч и убежал от него, потому что луч двигался, а вокруг него возникала страшная зияющая пустота. После этого он долго добирался до фактории, а когда добрался, то понял, что лучшее из того, что он может сделать, так это умереть. И вот он пытается умереть уже неделю, но у него ничего не получается.
– Ты уверен, что он говорит правду? – тихо спросил Бакаль Дениса, деликатно отозвав его в сторону.
– Не знаю, – пожал тот плечами. – Давай спросим еще.
– А что значит «страшная пустота»? Этот луч как смерть?
– Нет-нет, – Маноло быстро замотал головой. – Просто все, чего луч ни коснется, превращается в ничто. Я не знаю, как еще вам это объяснить, – индеец устал от слов и сел на землю, подтянув колени к подбородку. – Это как смерть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
