Читаем без скачивания Битва колдуньи. Сага о мечах - Елизавета Дворецкая

Фрейвид молчал, всматриваясь в приближающийся отряд, как будто надеялся, что под его взглядом тот вдруг вырастет втрое и станет таким, каким должен быть. Здесь, возле серого гранитного валуна, Фрейвид назначил встречу братьям Эйвинду и Эйрику, сыновьям Халльфреда Жесткой Морды из усадьбы Резные Столбы. У младшего, Эйвинда, он три дня назад был сам, и тот обещал привести брата. Именно на Эйрика Фрейвид надеялся особенно: у того было семь десятков отличного войска. И где оно?

– Где твой брат Эйрик? – крикнул Фрейвид, едва лишь конь Эйвинда приблизился на расстояние голоса. – Почему я его не вижу? Ты был у него?

– Я был у него, – ответил Эйвинд, но не сразу, а лишь после того, как подъехал вплотную.

Это был светловолосый крепкий мужчина лет тридцати; лицо его было не слишком отягощено умом, зато открытое и честное. Сейчас у него был несколько виноватый вид, и последние надежды Фрейвида на ошибку или опоздание Эйрика рухнули.

– Я был у него, как и обещал тебе. Мне стыдно, хёвдинг, но мой брат не пойдет в этот поход. Я не хотел бы, чтобы ты посчитал внуков Альва Костоправа и сыновей Халльфреда Жесткой Морды трусами, но…

– Но – что? – тихо и грозно спросил Фрейвид. Он старался держаться спокойно, но лицо его покраснело от сильной досады.

– Он не поедет, – повторил Эйвинд. – Брат уже собрался, но, когда он выезжал из ворот усадьбы, конь под ним споткнулся и Эйрик слетел прямо на землю. И все хирдманы видели. И Эйрик решил, что ему не стоит ехать. Ты сам знаешь, хёвдинг, что означает такая примета…

– Я знаю… – начал Фрейвид, в ярости сам не понимая, что говорит.

– Но ваши бонды-то могли поехать с тобой! – с негодованием воскликнул Бедмод. – Не знал я, что на нашем побережье толкователей снов и примет гораздо больше, чем воинов!

Эйвинд повел плечом.

– Эйрик – старший брат и наследник деда. Все наши бонды считают, что именно его удача будет общей для всех. А для этого похода боги ему удачи не отвесили…

– А не побывала ли в усадьбе Эйрика некая Йорейда? – вдруг спросил высокий темнобородый человек, стоявший позади Фрейвида.

– Кто это такая? – спросил Эйвинд.

– Какая-то женщина ходит по усадьбам побережья. Она лечит и предсказывает будущее. Она никому не делает зла, многие даже ей благодарны, но еще ни одна усадьба, где она побывала, не дала ни единого человека в наше войско. Я ведь уже говорил тебе, Фрейвид хёвдинг.

Фрейвид молча смотрел на говорившего. Это был Альрик Сновидец, известный по всему побережью своей мудростью и тем, что видел и толковал вещие сны. Он также славился умением приносить жертвы, за что молва наделила его старинным титулом годи. Не меньше он был славен и доблестью, и его дружина насчитывала сорок человек. Заполучив его в свое войско, Фрейвид счел это большой удачей.

– Так ты думаешь, что эта женщина мешает мне собирать войско? – недоверчиво спросил Фрейвид чуть погодя. Никогда бы ему не пришло в голову, что помехой в его ратных делах может стать какая-то женщина!

– Я почти уверен в этом! – Альрик кивнул. – Я расспрашивал людей во всех усадьбах. Эта Йорейда называет себя знатной прорицательницей и всем пророчит поражение и гибель в походе. Понятно, что люди предпочитают оставаться дома. Но я живу на этом берегу уже сорок шесть лет и ни разу не слышал ни о какой прорицательнице по имени Йорейда. А я знаю всех мало-мальски сведущих людей и на нашем побережье, и даже в Медном Лесу. – Хотел бы я повстречаться с ней! – воскликнул Бедмод.

– Так она была у Эйрика? – снова спросил Альрик у Эйвинда.

Тот пожал плечами.

– Я не знал, что надо спрашивать о ней, а Эйрик и Астрид ничего не сказали. Уж Астрид не промолчала бы – наверное, никакой прорицательницы у них не было.

Фрейвид хёвдинг, не проронив ни слова в ответ, развернулся и пошел к своему коню. Не так давно он еще удивлялся каждой неудаче, бранился, грозил, приносил богам жертвы – ничего не помогало, войско собиралось медленно, и людей приходило мало. Фрейвиду не раз за последние десять лет приходилось собирать войско западного побережья, но никогда прежде у него не было впечатления, что и тролли, и великаны, и ведьмы, и сами камни под ногами стараются ему помешать. Если бы враг имел голову, которую можно отрубить, то Фрейвид готов был бы драться три дня и три ночи, но враг не показывался на глаза.

А теперь еще какая-то Йорейда! Фрейвид помнил одну из своих давних рабынь, от которой было больше досады, чем радости, но та, должно быть, теперь уже почти старуха, а здешняя Йорейда, по словам местных, еще совсем молодая. Сам Локи привел на его путь эту, другую Йорейду, чтоб ее тролли взяли! Сначала Ингвиль, родная дочь, предрекала ему всяческие несчастья, а теперь ей взялась подпевать какая-то бродяжка! И уж эту ведьму он заставит замолчать!

Соединившись, три дружины поехали на юг, к Березняку. Эйвинд и Альрик негромко переговаривались, Фрейвид молчал. На душе у него было пасмурно: он понимал, что слишком затянул со сбором войска, и его тревожило незнание дел на озере Фрейра и на Остром мысу. Приходилось спешить, но у Фрейвида не было уверенности, что тех двух с небольшим тысяч, которые ему с таким трудом удалось собрать, хватит и на фьяллей, которые были с каждым днем все ближе, и на Грима ярла, если тот передумает быть другом, и на Стюра конунга, если он вдруг оживет и вернется. Слишком много забот даже для неутомимого Фрейвида Огниво!

– Ха! Славная нам идет подмога! – сказал вдруг Бедмод, ехавший впереди.

– По-моему, эти люди едут немного не в ту сторону! – заметил Альрик.

– А по-моему, Асгриму его собственный нос загородил небо и землю! – с насмешкой добавил Эйвинд и закричал: – Эй, Асгрим! Ты передумал идти в поход? Почему ты едешь в эту сторону?

Асгрим Черный Нос, ехавший во главе маленького отряда из шести человек, приблизился, изумленно глядя на хёвдинга и его людей.

– Фрейвид хёвдинг! – воскликнул он, и рука его дернулась, как будто он хотел протереть глаза. – Ты вернулся?

– Куда я вернулся? – с досадой возразил Фрейвид. Появление этого человечка с большим носом и ничтожно маленькой дружиной вместо Эйрика хёльда, которого он ждал, показалось очередной насмешкой судьбы. – Я еду туда, куда и собирался! А вот ты почему едешь на север, вместо того чтобы ехать на юг? Ты передумал идти со мной? Но на севере – фьялли, и ни один тролль сейчас по своей воле не поедет туда!

– Почему – на север? – изумленно повторил Асгрим, не понимая, в чем его упрекает мрачный хёвдинг. – Почему – передумал? Я ведь дал тебе клятву на ратной стреле, а клятва благородного человека перед людьми и богами священна…

– Все это хорошо, но все же ответь, почему ты едешь в обратную сторону? – с вежливой дотошностью спросил Альрик Сновидец, опередив Фрейвида и не дав хёвдингу прервать Асгрима резкостью. Сейчас не следовало пренебрегать даже самой малой помощью – много маленьких ручьев образуют большую реку.

– Что ты такое говоришь, Альрик годи? – не понимал Асгрим, потирая пальцами свой знаменитый нос. – Мы едем на юг! Ведь сбор назначен в Березняке? А ведь он на юге!

– Ха! – воскликнул Эйвинд. – Я живу на этом берегу уже тридцать лет, с тех пор как родился, и все это время усадьба Бьёрклунд была на юге. А юг был там! – Он размашисто показал рукой в боевой рукавице. – А ты, о славнейший из владельцев угольных ям, едешь на север! Посмотри на небо, на деревья! Тебя надо учить, как отличить север от юга?

Озадаченный Асгрим оглядывался и скреб то в бороде, то в затылке. Он тоже едва ли мог заблудиться в местности, где прожил последние двадцать лет. Но когда столько знатных людей уверяют, что он едет на север, у него не хватало смелости утверждать, что он едет на юг.

– Выходит, тролли попутали меня! – признался Асгрим после некоторого раздумья. – Все равно у меня одна дорога с тобой, хёвдинг, так что хорошо, что я тебя встретил. А где тут юг, тебе, стало быть, виднее.

Фрейвид не удостоил его ответом, и дружина тронулась дальше. Асгрим со своим маленьким войском присоединился к остальным, так и не поняв, как с ним вышла такая незадача.

С ветерком долетел запах дыма. В стороне от дороги показалась низкая крыша хутора Угольные Ямы. Асгрим с тайной тоской оглянулся на свой дом, а тот уже снова скрылся за хребтом прибрежных скал. Море, сверкавшее серым железным блеском за полосой утесов, глухо шумело, широко накатываясь на бурые скалы. Зима – не лучшее время для похода, но выбирать не приходилось.

Фрейвид хёвдинг молчал, в дружине тоже не было заметно никакого оживления. Еще не стемнело, но вечер приблизился вплотную. Небо нахмурилось, в воздухе повисла серо-голубая дымка, даль моря исчезла во мгле, и казалось, что прямо там, за прибрежной полосой, начинаются Туманные Поля, путь в мир смерти. То один хирдман, то другой принимался вертеть головой, нюхать воздух, выискивая приметы близкого конца пути.

– А я думал, что знаю дорогу к Бьёрклунду, – сказал наконец Эйвинд. – Когда ездил к Стормунду пить, ни разу еще не заблудился. Ты умнее меня, Альрик годи, так поделись со мной твоей мудростью. Далеко еще?