— Понятно, — вздохнула до сих пор молчавшая Эльвира Люменталь. — Значит, это правда, что принц Элмар вляпался в золотую паутину?
— Чистейшая правда. Он свихнулся до такой степени, что разбил физиономию своей обожаемой нимфе. Его приковали к кровати, чтобы он не убежал. Сейчас, правда, отпустили, но… вы его видели?
— Я видела, — кивнула виконтесса Бефолин. — Ты совершенно права, Алиса, принц Элмар — не жилец. Не сегодня-завтра он наложит на себя руки, как это обычно бывает. Но продолжай свою мысль. Я поняла, по твоим расчетам, король женится не на мне? Это твои догадки или есть информация?
— Информация достоверная и из первых рук. Пока ты не помнишь себя от радости, что тебя трахают чаще других, твой августейший любовник шляется на сторону. А конкретно — в дом Элмара, к той самой лахудре-переселенке, о которой упоминала Селлия. Его видели там вместе с ней в довольно компрометирующей ситуации.
— А поточнее? — заинтересовалась любопытная Анна Дварри.
— Поточнее — девица была в чем мать родила. Так что в ту самую ночь, когда ты, Дориана, ждала его в его спальне, Шеллар развлекался с другой дамой в гостиной своего кузена. И помимо того…
— Не может быть! — вскричала Дориана. — На следующую ночь он опять был со мной! По-твоему, получается, что он каждую ночь с кем-то трахается? Да кто-нибудь когда-нибудь такое видел?
Графиня Монкар откинулась на спинку кресла, скривив алые губки в снисходительной усмешке.
— Девочки, поэтому я и намекнула на то, что его чем-то напоили. Причем, не Дориана, а кто-то другой. Много ли мы с вами знаем о переселенцах? А много ли мы знаем о нимфах?
Очаровательное личико Дорианы Бефолин жалобно сморщилось.
— Алиса, ты серьезно? Но если так… ни одна из нас не сможет тягаться с нимфой по части мужиков, хоть наизнанку вывернись!
— Успокойся, я не думаю, что король положил глаз на нимфу. Во-первых, она не заведет себе нового мужчину, пока не умрет Элмар. А во-вторых, король может трахать нимфу хоть до посинения, но не женится на ней, потому что ему нужен наследник, а не орава гулящих дочек. А у него, как я уже говорила, чувство долга. Нимфу я упомянула к тому, что они с этой Ольгой подружились, что неудивительно, и она могла просто бескорыстно помочь подружке. А может, и не бескорыстно. А может, и не помогала, эта девица сама на что угодно способна.
— Алиса, это абсурд. — Камилла Трезон вынула изо рта леденец на палочке, которым занималась все это время и посмотрела на графиню, как на больную. — Она же полная уродина. Ты ее видела? Плоскогрудая коряга с паклей вместо волос, причем коряга такая, что на ней любая одежда будет смотреться как на пугале.
— Как раз под стать нашему королю, — заметила маркиза Ванчир. — Может, именно это его и привлекло? Может, мы для него слишком хороши?
— Ты для него слишком глупа, — резко оборвала ее графиня. — Скажи, Дориана, какие знаки внимания ты получаешь от его величества в свободное от постели время? Задумалась? Не припоминаешь? Так вот послушай. Восемь дней назад король впервые провел ночь с переселенкой. Причем потрахались они мимоходом, а остальное время развлекались беседами, коньяком и совместным пением песен. Да-да, не корчите рожи, это с нами он такого не делает, а с ней они действительно пели песни дуэтом. Шесть дней назад его величество опять посещает дом своего больного кузена, где происходит веселая вечеринка, и во дворец он опять является под утро. Четыре дня назад король лично сопровождает Ольгу в оружейную лавку, где они совместно делают покупки, после чего отправляются в ресторан и вместе обедают. И все это время его величество шляется по городу без всякого сопровождения и даже без охраны. Просто так, полагаете? Жить ему надоело? Три дня назад он опять прибывает в дом Элмара, где дает своей красавице урок стрельбы. Два дня назад на ее имя открывается счет в банке, куда поступает триста тысяч золотых… Продолжать?
— Не надо. Ты меня убедила. — Камилла снова сунула в рот свой леденец и задумалась, мимоходом лаская его губами. Виконтесса, в мгновение ока ставшая несчастной и жалкой, горестно вздохнула.
— А что же теперь делать? Он же так и правда додумается на ней жениться. Он же совсем ненормальный, с него станется. На что он позарился, хотела бы я знать? Чем она такая особенная? Может, она дает как-то не по-людски? Может, у нее квадратная или полумесяцем?
Дамы дружно захихикали над пикантной шуткой.
— Давать не по-людски кое-кто из присутствующих тоже пробовал, — заметила графиня Монкар, выразительно покосившись на Анну Дварри. — Помогло?
— Не сказала бы, — вздохнула та. — Похоже, его величество был слегка удивлен, но не более. И не уверена, что ему понравилось.
— А как ты вообще до этого додумалась? — поинтересовалась Камилла, запихнув леденец за щеку. — Или посоветовал кто? Ну скажи честно, это тебе Жак посоветовал?
— Да, — сдалась герцогиня Дварри. — А как ты догадалась?
— Он мне нечто подобное советовал, но я не решилась попробовать, — объяснила Камилла, снова доставая леденец изо рта. — Мне показалось, что он шутит. Профессия у него такая, знаешь ли.
— Хотя должна сказать, что в постели он намного приятнее нашего короля, — заметила Эльвира Люменталь.
— Мда? — недоверчиво скривилась графиня Монкар.
— Нет, я серьезно. Он ласковый, как кошка, только не любит, когда его за ушами чешут.
— Он тебя тоже об этом заранее предупредил? — заинтересовалась Камилла.
— Похоже, он слишком уж сильно этого не любит, раз всех предупреждает… — заметила графиня Монкар. — Интересно, почему… Анна, как у тебя ума хватило ему поверить? Он же сволочь первостатейная, он нас всех за нос водил. И тебе, Дориана, не советую с ним связываться, он и тебя обманет.
— У тебя и на этот счет информация имеется? — усмехнулась Камилла. — От кого, интересно?
— От себя лично. Он перед всеми дурака валяет, шутом прикидывается, а на самом деле он не глупее короля и не глупее нас. Он, подлец, сразу же раскусил, что нам от него надо, всех трахал и всем врал. Только мне сказал правду, но не по-хорошему, а со злости. Чем-то я ему не понравилась.
— Плохо давала? — предположила Камилла, проводя розовым язычком по изгибам леденца.
— Не хуже, чем другим, — огрызнулась графиня.
— А что он тебе сказал?
— Дословно или грубости опустить?
— Опусти.
— Он высказался в том духе, что та загадочная женщина, в отличие от нас, жадных бессовестных самок, пришла к его величеству совершенно бескорыстно… Погодите смеяться, это не все… И наутро исчезла из его жизни, не оглядываясь и не облизываясь на его корону. Теперь можете смеяться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
