Ника посмотрела на древесину.
— Только не говорите, что вы занимались нелегальной вырубкой ольхи? С неожиданным укором сказала она.
Глаза босса блеснули укором.
— Вы меня обижаете, Ника… Хотя, увидь я сам у кого-нибудь подобную красоту, несомненно подумал бы о том же… Все гораздо менее ужасно. Деревья были выращены по моему заказу… но вы правы, вырубка ольхи в нашей стране строго карается законом. Из-за их уникального свойства поглощать радиацию, очищая тем самым и воздух, и почву.
Кирилл громко засмеялся.
— А я ведь совсем об этом не знал… — он перестал смеяться. — Вернее я знал об ольхе, но не знал, что у нас лестница, оказывается, сделана из столь ценной древесины! — спец посмотрел боссу в глаза — Не уж то ты надеешься избавиться от некоторого запаса радиации, постоянно парящего над этой лестницей?
Босс в недоумении уставился на Кирилла.
— Нет, Кирилл. Ты говоришь сущую ерунду! Ты только взгляни на эту красоту… Покрытая лаком, эта древесина просто волшебна! Ты нигде в мире не найдешь ничего подобного!
Спец посмотрел на лестницу.
— Ты прав, Стас. Извини…
— Может быть, мы поднимемся на второй этаж? — предложил босс.
— Давайте посмотрим, какие сокровища скрыты на этом этаже, — улыбаясь, произнесла Ника и стала подниматься по лестнице.
— На втором этаже находится мой кабинет и комнаты отдыха, — пояснил босс, остановившись у двери в свой личный кабинет.
— Начнем с нее? — предложил он.
Ника пожала плечами и кивнула. Дверь перед ней распахнулась.
Посреди комнаты стоял внушительных размеров антикварный стол из черного дуба, а вокруг него — пять стульев из той же древесины и одно кресло у стены напротив входа, за которым, на стойке виднелся монитор.
Слева, напротив окна, располагался камин с березовыми палениями в плетенной корзине.
Справа от входа у стены стоял резной антикварный шкафчик, служивший по всей вероятности баром. Хрустальная люстра свисала над самым столом, подобно гроздям белоснежных цветов с золотистыми стеблями.
На полу лежал ковер из львиных шкур.
— Проходите внутрь — предложил босс, и девушка сделала шаг в комнату.
— Впечатляет, — произнесла она и сделала шаг к стене слева от входа, стараясь не наступить на ковер.
— Он вам не нравится? — с любопытством и неподдельным сожалением спросил Кирилл, кивнув на шкуры животных.
— … он очень красивый, но я предпочту держаться от него подальше.
— Интересно, почему он вас так напугал? Насколько знаю, он уже не кусается! Хотя, когда-то давно… Кирилл осекся. — В общем, мне здорово досталось.
'Не кусается… Вот только… видеть последние дни этих животных у меня нет ни малейшего желания…' — подумала Ника и ничего не ответила.
— Если вы себя чувствуете здесь не очень комфортно, может быть, пойдем дальше? — предложил Станислав Анатольевич.
— Если можно, — облегченно сказала Ника и вышла из тяготившей ее разум комнаты.
Кирилл кивнул, будто ожидая такого ответа.
— Здесь у нас бильярдная! — гордо объявил он и открыл единственную дверь слева по коридору второго этажа.
Яркое солнце пробивалось сквозь тонкий тюль, покрывающий стеклянную стену, и наполняло комнату ослепляющим светом, от которого не могла укрыться ни одна деталь огромной комнаты, сравнимой с тремя рабочими кабинетами самого архитектора.
В комнате стояли два бильярдных стола из красной древесины с зеленой замшевой поверхностью, казалось, они давно с нетерпением поджидают игроков.
У стены справа от двери, расположились два бежевых кожаных дивана и несколько современных стульев со светло-коричневой обивкой. В самом дальнем углу комнаты находилось несколько шкафчиков с выставленными напоказ кубками и медалями.
— Кто-то из вас профессионально играет в бильярд? — удивленно спросила Ника.
— Играл… раньше, — уточнил Кирилл. — Пять лет назад бросил, но иногда, играю с домашними.
— А я в большей степени люблю шахматы, — призналась девушка и заметила искры интереса в глазах босса.
— Я вас прекрасно понимаю! — весело сказал Станислав Анатольевич. — Комната за моим кабинетом предназначена именно для игры в шахматы, шашки и прочее… во что кто горазд… и для детей там найдется много интересного: метрополия, лото, мозаика и всякая всячина… Но я с вами полностью согласен насчет шахмат.
— В чем согласны? — не скрывая удивления, переспросила Ника.
— Обычно, когда человек говорит, что он любит во что-то играть, означает это то, что данную игру он считает самой лучшей и интересной… По-крайней мере я считаю шахматы самой лучшей игрой, которую придумало человечество… А не хотите со мной сыграть партию? — поинтересовался он с надеждой глядя на Нику.
— Знаете, а почему бы и нет… Давно я ни с кем не играла. Буду очень рада.
— Тогда мы можем пойти сейчас прямо в игровой зал и сыграть… Да… на третьем этаже шесть спальных комнат и если вы желаете мы можем сначала взглянуть на них.
— Спасибо, но… я всегда считала, что эти комнаты — личная зона и не стоит вмешиваться в чужую жизнь… если вы не против, может быть мы лучше сыграем, пока Лиза и Кира бегают по улице?
— Стас, ты еще не познакомил нашу гостью с территорией коттеджа! — напомнил Кирилл.
— О! Я об этом совсем забыл… Но, может быть, мы все-таки сначала сыграем, а потом прогуляемся на улице? — с надеждой спросил он.
Ника кивнула.
— Конечно, — сказала она и вышла из бильярдного зала. — У вас работали лучшие дизайнеры мира? — предположила она, глядя на пол коридора с орнаментной мозаикой из разных пород дерева.
— Вы совершенно верно заметили, Ника. Здесь работали лучшие из лучших, но многое пришлось восстанавливать заново после того как… после пожара.
— У вас был пожар? — спросила она с ужасом.
— И не раз, — ответил Кирилл и нервно усмехнулся.
— У Киры есть непреодолимая склонность к пиромании, — с досадой заметил босс, открывая дверь в игровой зал.
— Вы так не пугайтесь, Ника, — тихо сказал спец, взглянув на побледневшую девушку, — с Лизой все будет в полном порядке.
Ника вздохнула.
— Не скажу, что вы меня совсем успокоили, но думаю, ничего страшного не случится, если бы что-нибудь должно было произойти я… — девушка запнулась. — Не может быть! — наигранно удивленно воскликнула она, увидев на квадратном столе расставленные на доске шахматы их слоновой кости. — Сколько им лет?
Ника подошла вплотную к столу и замерла, восхищаясь искусной резьбой.
— Порядком, одиннадцати веков, — гордо сказал босс.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
