готово. У Олега в лаборатории есть зубная щетка Эрны и расческа с остатками волос.
– О, тут у меня никаких возражений. Одна просьба, при твоих контактах с милицией, не забудь наши интересы оговорить. И пусть Олег все не отдает. Обязательно оставит у нас тоже экземпляры проб для контроля.
– Лады, Петь, спасибо. Только физиономия у тебя скептическая, как я посмотрю.
– Что я могу поделать! Звучит интересно, не спорю. Но понимаешь, ну не могу я поверить, что Эрна там! С какого бодуна? Впрочем, рад буду ошибиться. Лишь бы она нашлась.
Петр, было, несколько оживился. Но потом он посмотрел на собаку, растянувшуюся на подстилке, и вздохнул.
– Нет, так дело не пойдет. Завтра повезу его на консилиум. Может наш ветеринар что-то просмотрел? Ты его щеночком не видел. Это был такой увалень, медвежонок пушистый. А вырос в огромного красавца! Его мне подарили, когда я «Ирбис» открыл. У меня есть друзья, муж и жена. Он искусствовед, а она фармаколог родом из Аугсбурга.
– Это где же? – сделал большие глаза Расторгуев, – я в географии не силен.
– Аугсбург? В Баварии. А мой пес. Я без него теперь просто жизни не представляю!
– Петь, не убивайся ты так. Вылечим! Хочешь, я стану спрашивать у всех встречных – поперечных, не знает ли кто собачьего эскулапа. Всегда есть врачи и Врачи!
– Хорошо, Володь. Давай попробуем. Я совсем сбрендил из-за него. Запустил. Да нет, запустил дела, это чересчур, но я себе чертовски не нравлюсь. Ребят по делам разогнал. Один остался, а не могу себя даже почту заставить посмотреть. И нормальную, и электронную. Я Луше обещал, что сам сделаю. А вместо этого сижу как сыч и ною, что Лорду не становится лучше.
Зазвонил телефон. Петр подошел и буркнул несколько вежливых слов. Но телефон не унимался. И тогда Расторгуев предложил.
– Давай разгоним твою хандру и поработаем. Вдвоем веселее. Я посижу на телефоне. Если что срочное, тебя позову. Нет – запишу. А ты, действительно, почту разбери. И за Лордом я тоже пригляжу, -предупреждая возражения, добавил он
Расстроенный «начальник конторы» молча кивнул и вышел. Володя соорудил себе на полу лежбище из подушек и устроился рядом с больной собакой. Лорд тихонько заскулил. Володя осторожно погладил его, и пес закрыл глаза.
Снова раздался трезвон. Расторгуев представился секретарем Синицы, выслушал собеседника и стал записывать его сообщение.
Синица вернулся примерно через час. В руках у него был конверт и несколько распечатанных страниц, сшитых вместе.
– Спасибо, что ты меня немного встряхнул. Я получил интереснейшие сведения от Ренье. Этот парень – просто находка. Он инициативный и знающий. И отрабатывает свои деньги сполна. Хорошая новость поменьше – они с управляющим осмотрели кладовые, где сохранилось еще немало вещей прежних владельцев. И обнаружили вольпертингера!
– Монстрика? Он что же там в клетке сидел или летал на просторе? У него ведь крылья есть?
– Смейся-смейся! Он выткан на гобеленах. Красуется на каминных и настенных часах. На столике для игры в карты выложен по дереву перламутром. Оказалось, это и впрямь амулет. Только не де Коссе, а Рогенау. Но он понравился барону и сделался любимым мотивом для украшений в его семье. Стало понятней, почему он на медальене.
Вторая хорошая новость, конечно, куда важней. Ренье раздобыл сведения о незаконном сыне французского летчика и изложил ее нам. Давай-ка почитаем вдвоем. Я их пока только проглядел по диагонали.
– Петя! Так это, если от Ренье, на французском? – жалобно протянул Володя.
– Нет, для меня рапортуют, в основном, на английском, – помотал головой Синица.
– Да мне один бес! Читать по-великобритански я могу, но не больше.
– Ох, извини. Я не подумал. Не страшно, я тебе переведу. Мне все равно надо будет перевод для всей команды настукать. Так потренируюсь. А знаешь что? Можем даже включить диктофон.
На следующий день «Петр со товарищи» обработали и отредактировали эту запись. Ренье действительно изложил результаты своих изысканий. Для героя его рассказа Фреда все началось однажды в его собственном кабинете.
32. История сына Шанталь Мишу и Эрнста де Коссе
– Мистер Узбан, как Вы себя чувствуете? Выглядите Вы сегодня куда лучше, но голос… Я заметила, Вам всё ещё трудно говорить. А этот Ваш Мейджер такой болтливый! Сделать Вам что-нибудь горячее?
Миловидная шатенка лет тридцати сочувственно поглядела на своего босса, на его припухший нос и покрасневшие глаза. Он в ответ только пожал плечами.
– Ничего страшного, но всё равно спасибо за заботу. Мейджер страшный зануда. Но он купил большую партию Бордо. Он заказал Мерло и Божоле по хорошей цене. Поэтому нам грех жаловаться. Мы, во всяком случае, не в накладе. Но Вы правы, Дениз. Я с удовольствием сделаю небольшой перерыв. Через час приедут французы. Я согласен купить у них коньяк, но надо поторговаться. А перед этим давайте вместе выпьем… Чего бы? А, вот! Мне – глинтвейн. Вполне подойдёт. На улице так промозгло. И моему горлу не повредит. Положите ещё ломтик лимона, будьте добры! А что Вы сами хотите?
– Да я тоже выпью с Вами глинтвейна за компанию.
– И отлично! Посидим и обсудим предстоящий разговор. Распорядитесь, пожалуйста, чтобы нам не мешали. Полчаса никого не пускать и не беспокоить
Помощница Дениз вышла из кабинета, а Фред Узбан открыл вишневый скоросшиватель с бумагами и углубился в работу. Ему нужно было несколько писем подписать, одно-два прочитать, взглянуть на новые рекламные буклеты винного салона, пришедшие из типографии, да мало ли… Фред решил, что сразу после разговора с поставщиками из Франции уедет домой и отлежится. Он бы и отложил их визит, да это были старые, почти дружеские связи. Он много лет покупал у семейного предприятия «Леже и сын» «вдову Клико», а теперь решил для предстоящего салона представить с их помощью коллекцию коньяка. Ничего, сейчас они выпьют горячего, и ему станет легче.
Не прошло и десяти минут, как в кабинет снова вошла Дениз с подносом, на котором дымились высокие стеклянные бокалы. По комнате поплыл аромат корицы, лимона и мускатного ореха. К несчастию, для заложенного носа мистера Узбана это благоухание осталось совершенно недоступно. Зато он залюбовался глубоким гранатовым цветом напитка, случайно подсвеченным настольной лампой.
Когда же он перевёл глаза на лицо своей сотрудницы, то заметил непривычно смущённое выражение её лица.
– Дениз, – обратился он к молодой женщине, – с Вами всё в порядке?
– Да… то есть, не совсем, шеф, – ответила неуверенно она. – Видите ли, я услышала, как Джо пререкался по телефону с…
– С кем? Да говорите
