— Это игра, — пояснил Рауль — Называется «Правитель».
— И кто же там такие штуки придумывает? — с легкой завистью спросила Валери.
— Говорят, Церковь Чувств — ответил принц.
— Церковь? — изумилась девочка — Церковь изобретает такие вот развлечения?
— Так ведь Чувств, — пояснил Рауль — Они всегда за веселье и развлечения.
— А как в неё играют? — заинтересовалась и Аури.
— Я ещё точно не знаю, — пожал плечами принц — Сам не играл. Но вот там лежат правила.
Рауль указал на тоненькую книжицу, лежавшую возле доски, и Валери тут же шагнула к ней.
— Прошу прощения, — сказала она, беря в руки книгу.
— Только далеко не уносите — воскликнул один из игроков.
Тем вечером четверо друзей под руководством Валентины освоили новинку и просидели за доской до глубокой ночи.
— Это же потрясающе! — восторгалась Валери, когда они с Айрин шагали по ночным улицам Ортенфлоу. Вокруг ярко сияли окна особняков, вывески магазинов, свет фонарей отражался в фонтанах, воздух пах цветами и свежестью, и девушкам казалось, будто бы весь мир обратился в сказочное место — Сегодня же по прошу у барона такую.
Айрин кивала, соглашаясь, и жалела, что не может забрать такую же в Плесиль. Наверняка, забава стоила недешево, а Аури уже изрядно потратилась.
При похищении она потеряла и чудесное копьё, и особенный мундир. Одним утром Айрин отправилась в Прайбург, по адресу, взятому у барона и заказала новое обмундирование. Костюм обошёлся в пять с половиной золотых, копье — ещё в четыре, прочая амуниция — полтора золотых. Когда вечером Айрин попросила у барона взаймы, тот не стал отказывать, лишь поинтересовался, с каких средств Аури собирается возвращать долг.
— У меня есть деньги в Плесиле. В банке.
— Значит, тебе и занимать не требуется — отвечал барон и прочёл короткую лекцию о работе банков, а после взял у Айрин расписку. Выписывая её, Айрин чувствовала себя виноватой. Одиннадцать золотых. Деньги, заработанные тяжким трудом родителей.
«Я всё верну» — пообещала себе Аури.
А пока она каждый день шла утром на станцию, садилась в почтовую карету и ехала в Прайбург.
Она прошлась по магазинам, торгующим книгами — но «Сказочного Мира» в них не было.
Она посетила Лейка в его магазине— и провела чудесный вечер, слушая его рассказы о делах и делясь своими историями.
Она прогулялась до Ледфорда — тюрьму ещё не восстановили, лишь оградили и поставили солдат; вновь посетила площадь перед Зеркальным замком; повторила маршрут, по которому они с Тайроном пробирались в ночи.
Она побывала и у Торгового Дома, полностью отстроенного и заселённого. Жизнь кипела внутри и снаружи, и Айрин, постояв на другой стороне улицы, лишь печально вздохнула и зашагала прочь. Место, где она потеряла близких знакомых, пробуждало в ней тоску и грусть.
Однажды, сидя в садах Ортенфлоу в окружении благородных знакомых Валери, Айрин увидела, как по аллеи бредёт старик, тяжело опираясь на трость. Рядом с ним шла молодая девушка, поддерживая старика за локоть.
— Я думала, магия может излечить любую болезнь, — Валентина указала на девушку и старика — Разве это не так?
— О, это Мирабэль Холдгрейв и её отец, — ответила одна из девушек и многозначительно поглядела на подруг. Те переглянулись, и Валери пожала плечами.
— Как, вы не слышали эту историю? — воскликнула девушка — Её сестру похитили бандиты!
— Целую неделю держали в плену — добавила вторая.
— Бедняжку покинул Свет и Разум.
— Говорят — наклонившись, зашептала четвертая — Холдгейвы специально скрывают её от всех, потому что она… — и миледи округлила глаза.
— Что она — что? — не поняла Валентина.
— Беременна, — прошептала одна из девушек, и остальные заговорили вслед за ней.
— Они ждут, когда всё разрешится, и…
— Держат её на чердаке, представляете? Никого не подпускают…
— А самого барона так тяжело ранили, что…
— Говорят, их было пятеро, и каждый…
— Довольно — не выдержала Аури — Мне пора идти.
При первых же словах о похищении Айрин пробила дрожь, и она держалась, сколько могла. Оказывается, и на этой стороне происходят ужасные вещи. И тут людей похищают и истязают, несмотря на кровь и происхождение. Аури едва не побежала прочь от разговора, боясь пробудить кошмары. Порой на неё нападали внезапные приступы страха, а иногда она чувствовала, как внутри просыпается неудержимая ярость. К счастью, теплое лето, яркое солнце, бездонное небо и новые друзья задвинули темные чувства глубоко внутрь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Самым неприятным стал разговор с Валери. Наутро после одного из приёмов она делилась впечатлениями, сидя в комнате подруги. Айрин слушала её с интересом, пока не прозвучало одно имя. Граф Уоренгейт.
— Говорят, по голове у него тёк раскалённый металл, прожигая саму кость. А сейчас на нём — лишь воспалённые шрамы. До чего же удивительная штука, магия. И знаешь… он стоял там, в окружении целой толпы благородных, весь в шелках и золоте, а всё равно он выглядел таким одиноким, таким… будто бы никто его и не ждёт.
Айрин вспомнила взгляд Уоренгейта и содрогнулась.
— Он — самое худшее, что есть в благородных.
— Я помню твои рассказы. Помню, что он сделал, — продолжала Валери — Я просто заметила, что его нетрудно было бы заполучить.
"Я могу запретить, и она послушается".
— Делай как знаешь, — ответила Айрин — Но мне омерзителен и граф, и его слуги.
Валери промолчала, думая о чём-то своём, а Аури побоялась расспрашивать дальше. Она знала, что, даже подружившись с принцем, подруга не остановится на достигнутом. Вот и сейчас у неё зрел какой-то новый план. Пользуясь своим положением, Валентина совершала множество трат, планируя собственные развлечения.
— Что там? — спросила Аури на третьей неделе своего пребывания в Ортенфлоу, в очередной раз наблюдая, как слуги затягивают наверх тяжёлые ящики.
— Наконец-то ты поинтересовалась. Пошли, покажу.
Айрин потрясло даже не количество предметов, а их разнообразие. Диковинная одежда и необычные маски ещё куда ни шли, но толстая, в руку толщиной, металлическая цепь? Словно бы надутый воздухом человеческий манекен из кожи? Стеклянные расписные круги, похожие на крышки от бочек? Сосуды из металла?
— Вот это — что? — взяв в руки один из предметов, Айрин потрясла им — Выглядит будто бы гигантское клеймо… погоди! — Роу вгляделась внимательно — Свет Всемогущий!
— Оно самое и есть — безмятежно отозвалась Валери — Послушай, я не говорю, что мне нужны все эти предметы. Но, согласись, один взгляд на них будоражит воображение.
— Это уж точно — неодобрительно отозвалась Айрин, кладя обратно клеймо.
— Сколько же это всё стоило?
— Если не считать вот этих пузырьков… думаю… двести золотых.
— Двести золотых? — потрясенно воскликнула Аури — Опомнись, Валери! Ты что, и вправду потратила двести золотых барона?
— Ну, пока не потратила… предстоит ещё заплатить слугам… ловчим… некоторые заказы…
— А барон знает об этом?
— Гекхарт знает, — ответила Валентина — Так что будь барон против, мне бы ни гроша больше не дали.
Айрин с сомнением покачал головой, всё ещё не веря в сумму, названную подругой.
— А почему ты сказала «без этих пузырьков»?
— Потому что они ещё не продаются в королевствах. Барон привёз разные снадобья из Свободных Земель, и я взяла себе понемногу каждого из них.
— Невероятно, — прошептала Айрин — Как тебя всё позволяется?
— Я же Валери, — с улыбкой Валентина развела руками — То-то ты удивишься, когда увидишь моего помощника. Он завтра прибудет.
Назавтра Айрин разглядывала помощника, раскрыв рот от изумления.
— Пит! Ты позвала Пита? — изумилась Аури — Нашего Пита?
Одет Пустышка был куда лучше, чем в школе, но при нём осталась его острый взгляд, быстрая речь, изворотливый ум.
«И пустые карманы» — добавила Айрин.
— А что такого-то? — воскликнул Пустышка, оскорбленный удивлением девушки — Ты ж сама ко мне приходила!
