не раскрывались.
– Заело, что ли? Из-за пожара?
Пожара, которого не было. Все было проще и куда страшнее: из-за Лиса.
Элио попытался силой раздвинуть прозрачные двери, но ничего не вышло. А потом, остановившись, вдруг запустил руку в карман и вынул оттуда свой смартфон.
– Странно, но он вдруг самостоятельно включился. Я ведь все время держал его в отключенном состоянии, как ты и просила.
И, взглянув на экран, странным тоном произнес, протягивая телефон Вассе.
– Кажется, это для тебя!
По экрану шла надпись: «Не уходи»!
А на экран была выведена ее фотография, причем фотография во время бракосочетания в палате Тацио.
Ну да, там ведь в углу имелась камера, которая помогала следить за состоянием тяжелых пациентов, но Лис, получив к ней доступ, использовал ее для собственных целей.
Далеко не мирных целей.
Васса крикнула:
– Что ты хочешь, Лис? Ты убил Тацио, ты доказал, что можешь буквально все. Оставь нас в покое. Моего мужа и меня! – И, так как завывания пожарной сигнализации не стихали, добавила: – Пожалуйста…
Но и это не возымело нужного эффекта. Двери не раскрывались, хаос продолжался. Внезапно вдалеке послышался взрыв. Потом, ближе, еще один. И, совсем близко, третий.
Высыпав в коридор, одна из медсестер истошно завопила:
– Монитор аппарата искусственного дыхания у пациента просто сам по себе взорвался! Господи, как это ужасно!
Элио, хоть и не понимавший, что имело место, успел сориентироваться. Взяв Вассу за руку, он подтащил ее к обыкновенной, безо всякой электроники, двери пожарного выхода, распахнув которую девушка увидела лестницу.
Они бросились вниз, к выходу. Наконец, оказавшись около массивной, снабженной электронным замком двери, они остановились.
Откроется или нет?
Дверь поддалась, и они вывалились наружу.
На подъездах к клинике царила суета, слышались завывания полицейских сирен, бегали люди.
Переборов искушение обратиться к местной полиции, Васса быстро зашагала прочь от здания клиники, цепко держась за руку Элио.
Полиция, тем более местная, ничего поделать не сможет – они не смогут ведь все равно задержать Лиса, надеть на него наручники и посадить в каталажку.
Лиса, который был везде и нигде.
Отойдя на некоторое расстояние от клиники, к которой прибывали полицейские и пожарные автомобили, Элио затормозил и, тряхнув Вассу за плечи, произнес:
– Ты ведь в курсе, что происходит, ведь так?
Васса кивнула, а потом, достав свой смартфон, швырнула его в небольшой пруд, около которого они находились.
– Что ты делаешь? – изумился Элио, а Васса только ответила:
– Брось туда и свой!
– Почему это? Ты знаешь, какой это навороченный экземпляр. У меня там к тому же все пароли и коды доступов…
Васса, выхватывая смартфон мужа у того из рук, сама швырнула его в пруд.
И пока тот, описывая кривую дугу, летел в воду, он вдруг взорвался, разлетевшись в воздухе на огненные кусочки.
Элио, уставившись на этот кошмарный фейерверк, пробормотал:
– Мобильные просто так не взрываются.
Ну да, не взрываются, и уж точно не просто так. Смартфон Элио взорвался, потому что это устроил Лис.
Разлетелся так же, как и нейродиоды в мозгу Тацио.
Как и мониторы и приборы в клинике, где лежал Тацио.
Элио проговорил:
– А теперь скажешь? Это ведь как-то связано друг с другом, ведь так? Это что, какая-то программа?
Ну да, бывший хакер не мог не догадаться, почему электронные приборы вдруг все одновременно взбесились. Тем более что бывших хакеров не бывает.
– Пойдем, – сказала Васса, увлекая мужа за собой, – я тебе все расскажу, но только не здесь…
Они отправились пешком прочь от клиники, выходя в средневековый кукольный городок, где на горе располагалась клиника, в которой лечился Тацио.
В которой он умер. Нет, был убит.
– Кто за этим стоит? – рычал тем временем Элио, сжимая кулаки. – Моего брата ведь намеренно отправили на тот свет, я прав? Ну да, нейродиоды, над которыми, как над любым электронным прибором, можно взять полный контроль. Ведь речь идет об этом?
Посмотрев на мужа, Васса ответила:
– Ты должен знать, что я тебя люблю, Элио, причем очень сильно.
– Детка, я это знаю, иначе бы не женился на тебе! Но какое это имеет отношение ко всему происходящему?
Васса повысила голос:
– Я тебя люблю, и ты ведь меня тоже?
– Детка, сейчас не самое подходящее время для повторных признаний в собственных чувствах.
– Элио, прошу!
– Ну хорошо, детка, если это для тебя так важно – конечно, я тебя люблю, сильно-сильно. А теперь, быть может, скажешь, в чем все-таки дело?
Ну да, любит, но будет ли по-прежнему любить, когда узнает правду?
Ведь ее погоня за неосуществимой мечтой и привела к смерти Тацио. Она пыталась вычерпать из пруда луну, но ничего не вышло.
Вздохнув, Васса сказала:
– Да, скажу. Но ты должен обещать, что не станешь больше использовать электронные приборы…
– Детка, да что с тобой? Ты что, забыла, кто я такой и в какой сфере мы с тобой работаем?
Он был прав: электроника окружала их повсюду. И по большей части это была «умная» электроника, связанная с локальной, а опосредованно, и со всемирной паутиной.
Что означало: Лис, который как рыба в воде чувствовал себя в виртуале, мог быть везде, где угодно.
Как рыба в воде – или, точнее, как монстр из океана, поднявшийся из его темных, никогда не освещаемых глубин оттуда, где покоится искореженный «Боинг».
Самолет, в брюхе которого Лис, ее Лис, остался навсегда. А она, пытаясь вернуть прошлое, убивала настоящее и будущее.
…Они шли по замощенным булыжником кривоватым улочкам, а Васса пыталась собраться мыслями. Элио не понравится, причем очень даже.
Утаив то, что трансфер удался, она несла ответственность за смерть Тацио – сможет ли он ей простить?
А что, если нет?
– Детка, ведь Тацио нас и позвал, чтобы сообщить что-то важное, ведь так? И, сдается мне, ты была уже в курсе – у тебя ведь были с моим братцем свои тайны, ведь так?
Он остановился, внимательно смотря на Вассу.
Она знала, что ему придется поведать, она не могла не рассказать.
– Это связано с трансфером, детка? Ну да, это должно быть с ним связано, потому что мой братец думал только о нем, да и ты ведь тоже!
И, посмотрев на Вассу, вдруг произнес:
– Это ведь твой друг такое творит? Ну, тот, которого мы перевели в виртуал? Значит, трансфер увенчался успехом, к тому же, как ни крути, столь однозначным и грандиозным?
Всхлипнув, Васса закрыла лицо руками, и Элио, привлекая
