– А как же он машину вел?
– Вот и я думаю, как же?
– Послушай, Михалыч, я тебя уважаю. Но выражаешься ты как-то… запутанно. Говори прямо. Ты сомневаешься, что Никитский убил эту женщину?
– Сомневаюсь.
Парень опять задумался. Он взял в руки кружку и принялся разглядывать ее на свет.
– Черт его знает! Может, и есть один фактик…
– Какой? Что за фактик?
– Да так… незначительный.
– Знаешь что, Петя, – возмутился Артем, – когда речь идет о жизни и смерти, о судьбе человека, незначительных вещей не бывает.
– Ну… когда мы машину осматривали, то нашли бумажку одну… визитку. Она между сиденьем и дверцей завалилась.
– Чья визитка?
– Мы подумали, Никитского. У него целая куча всяких визиток была, и в кармане пиджака, и в портмоне. А он твердит, что та визитка – не его. Якобы ему такую никто не давал. Странно!.. Как чего было, откуда баба в машине, как за город попал – не помнит, а про визитку помнит.
– Что написано на визитке?
Петенька полез в карман, вытащил маленький блокнот и принялся его листать.
– Сейчас… Ага, вот! Горелов Андрей Евгеньевич, консультант по финансовым вопросам, улица Чехова, дом четыре, офис двадцать один, телефоны…
– Это все?
– Все. Паршивая визитка… похожа на самодельную. Я себе такие делал.
Артем напрягся. Он почувствовал, что визитка – то самое, безуспешно им разыскиваемое до сих пор, что может помочь Никитскому. Реально помочь.
– Вы установили, кто этот Горелов? Может быть, он вспомнит, кому давал визитку?
– Михалыч, у тебя есть визитки? – раздраженно спросил Петенька. – Ты всех помнишь, кому их давал?
Пономарев понял, что парень прав.
– Они же все одинаковые! – продолжал оперативник. – Как узнать, кому ты давал именно эту, а не другую? Правда…
– Что?
– На ней пометка есть, с обратной стороны, сделанная шариковой ручкой.
– Какая пометка?
Петенька снова уставился в блокнот.
– Написано там вот что… шестое июля, четырнадцать ноль-ноль. Похоже, что Горелов записал время встречи. Или тот, кому он дал визитку, пометил, чтобы не забыть.
– Это почерк Никитского, вы проверили?
– Он наотрез отказывается. Говорит, писал не он. А графологическая экспертиза… Разве по паре цифр установишь точно, чей почерк? Да и зачем? Если даже писал не Никитский, что это меняет? Запись мог сделать Горелов. Визитка была у подозреваемого, например, в кармане, а когда он убивал женщину, выпала, он и не заметил.
– Хорошо. Но вы хотя бы поговорили с Гореловым?
– Нет. Телефоны указаны не питерские, пригородные, только без кода.
– Да-а… – вздохнул Артем. – Ну, хоть адрес проверили?
– Конечно. По улице Чехова под номером четыре находится большой жилой дом. Никакого офиса двадцать один в нем, естественно, нет.
– А по адресному бюро пробовали найти Горелова?
– Миха-а-алыч! – укоризненно произнес Петенька. – Ты знаешь, сколько в этом городе Андреев Евгеньевичей Гореловых?
– Думаю, не так уж много.
– Ошибаешься. Куча. Даже если исключить детей и подростков. Так что работа ведется…
«Искать надо в Сосновом Бору», – осенило Артема.
– Спасибо, Петенька, ты мне очень помог.
Парень удивленно уставился на адвоката. Он вовсе не считал, что оказал ценную помощь. Потом решительно поднялся:
– Ладно, Михалыч, мне бежать надо. Спасибо за угощение.
– Давай, жми. А я посижу еще.
Петенька выкатился из бара, а Пономарев анализировал услышанное. Интересно, почему Никитский ничего не сказал ему о визитке? Не придал значения? Ну да, ему ведь даже в голову не могло прийти, что Галину убил ее собственный супруг. Мало ли, как визитка оказалась в его машине? Может, у кого из приятелей или знакомых вывалилась.
Артем пожалел, что отдал машину в ремонт. Теперь придется трястись в Сосновый Бор электричкой. Сыщик вытеснил в нем адвоката, и знакомый азарт приятно щекотал нервы. Он не сомневался, что Горелов проживает в Сосновом Бору и действительно имеет офис на улице Чехова, в доме номер четыре…
Электричка тащилась медленно, в вагоне духота. Артем вышел в тамбур и смотрел на бегущие мимо деревья, дома. Солнце стояло высоко, но небо уже затянула беловатая дымка, предвестница дождя.
На вокзале в Сосновом Бору было малолюдно. На площади у стоянки автобусов несколько бабок торговали семечками и малосольными огурцами. Артем купил семечек и отправился на улицу Чехова.
Дом номер четыре напоминал сельскую гостиницу в два этажа. В окружающем его палисаднике чахли маргаритки и ноготки. У единственной входной двери висело множество вывесок: стоматологический кабинет «Улыбка», редакция местной газеты, строительная фирма, ксерокопия и прочее. Артема привлекла одна: «Консультации по финансовым вопросам».
Он вошел в прохладный, по-казенному крашенный масляной краской вестибюль и поднялся на второй этаж. Так называемый офис двадцать один, первый с правой стороны, поразил его ободранной дверью, на которой красовалась табличка: «Горелов А. Е., кандидат экономических наук».
Артем прислушался. За дверью было тихо. Он без стука вошел и сразу увидел «кандидата экономических наук», сидящего за старым письменным столом, глядя в монитор компьютера.
– Вы Андрей Евгеньевич Горелов?
Хозяин кабинета, тщедушный старичок лет семидесяти, с седым венчиком волос вокруг обширной лысины, кивнул. По-видимому, Пономарев был у него первым посетителем за сегодняшний день.
– Это я, – важно подтвердил он. – Чем могу служить?
– Мне нужна консультация.
– Слушаю вас.
– Вы мне не дадите свою визитку, на случай…
– Пожалуйста! – старик достал из ящика стола такую же визитку, как описал Петенька, и протянул посетителю.
Артем поблагодарил и с опаской присел на колченогий стул.
– Я вас слушаю, – повторил Горелов. – Что вас интересует?
– Мне порекомендовал обратиться к вам один мой приятель. Он… консультировался с вами и остался очень доволен. Это было недавно, в начале июля.
Старик фыркнул.
– Не припомню, простите… У вас-то какое дело?
– Вы еще дали ему свою визитку…
– Что вам нужно? – забеспокоился Горелов. – Кто вы такой?
– Я адвокат.
– Вот как? И зачем вы пришли ко мне?
– Видите ли, от ваших показаний зависит жизнь человека.
– Какого человека?
– Этого я не вправе говорить.
Хозяин кабинета покачал головой и снова фыркнул. По-видимому, у него был такой способ выражать свое отношение к делу.
– Ладно. Что от меня требуется?
– Совсем недавно к вам приходил мужчина… вы дали ему визитку и написали на обороте – шестое июля, четырнадцать ноль-ноль. Или он сам написал. Я думаю…
– Минуточку! – старик нахмурился. – Дайте вспомнить. Это был человек… весьма представительного вида. Он приезжал на машине, мне видно из окна. Да… мы договорились о встрече. Он хотел показать мне кое-какие документы. Вы не глядите, что у меня офис убогий. Зато мозги первосортные! Я на финансовых операциях собаку съел. В общем… я дал ему визитку и черкнул на обороте время. Постойте-ка… У меня же есть журнал, куда я записываю всех, кому назначаю определенный час.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
