– Кто?
– Другие.
Юрий понял, что больше ничего от нее не добьется.
– Давай лучше поедем куда-нибудь, развеемся, – сказала Анна. – Твое предложение еще в силе?
– Насчет Крыма? – вяло отозвался он.
Юрий чувствовал себя так, будто его только что перемололи гигантские жернова и в нем не осталось ничего прежнего. Одна только бледная оболочка, которую придется заполнять новым содержимым.
– Можно, я сама выберу, куда мы поедем? – улыбнулась Анна.
– Разумеется… – пробормотал он, ощущая себя раздавленным, поверженным…
Но, кажется, Анна протягивает ему руку. Больше Юрий ничего не видел. Наверное, он ослеп от счастья…
* * *
Макс, бармен из «Немецкой слободы», пристально разглядывал несколько фотографий, предъявленных ему адвокатом.
– Вот, кажется, тот мужик, – нерешительно указал он тонким, как у музыканта, пальцем на один из снимков. – Похож.
Снимок запечатлел господина Яковлева, выходящего из своего подъезда. У Артема сердце подпрыгнуло от предчувствия удачи.
– Это он пил пятого июля вместе с Никитским, а потом повел его к выходу? – спросил он.
– Кто такой Никитский? – удивился бармен.
– Ну, тот человек, который был сильно пьян, завсегдатай ваш.
– А-а! Я их по фамилиям-то не знаю. Точно! Они сидели вместе, выпивали… а потом один другого повел.
Из «Немецкой слободы» Пономарев поспешил к Лене Никитской.
– Я обдумал изложенные вами обстоятельства гибели Галины Яковлевой, – сказал он, усевшись напротив хозяйки в полутемной гостиной. – Есть некоторые вопросы.
– Вы мне не поверили?
Лена еще сильнее осунулась со времени их последней встречи.
– Скажем так: не совсем поверил.
– Зачем же тогда пришли?
– Удалось кое-что выяснить, и теперь я совершенно уверен: вы находитесь в опасности. Я не хочу, чтобы вас тоже убили. Яковлев звонит вам?
– Редко, – вздохнула Никитская. – Он будто чует что-то. Говорит, нам пока не стоит встречаться. Я и не хочу. Боюсь!
– Игорь Семенович уверен, что не оставил никаких следов?
Лена кивнула.
– Нас вроде никто не видел. Он был в перчатках, а ту одежду выбросил, сам хвастался. Дескать, предусмотрел все возможное. А… что?
– Вам показывали визитку, найденную в машине?
Лена наморщила лоб, вспоминая.
– Кажется, да… Только какая это визитка? Кусок бумаги с самодельным оформлением. У Димы они валялись повсюду. Наверное, одна затерялась в машине. Я не вижу в этом ничего удивительного.
– Понимаете… та визитка была вручена Яковлеву неким Гореловым из Соснового Бора. Это установленный факт. Следователь пока об этом не знает, но скоро узнает. Как только Яковлева вызовут в милицию для уточнений, он поймет, что вы – единственный страшный для него свидетель. Визитка – улика, конечно, но… сами понимаете, косвенная. Зато ваши показания могут решить судьбу Игоря Семеновича. Как он поступит?
– Избавится от меня как можно скорее! Как же еще? Игорь расчетливый и осторожный человек. Он рисковать не станет.
– Может, вам уехать куда-нибудь на время?
– Бросить Диму? – возмутилась Никитская. – И куда я поеду? Игорь все равно не оставит меня в покое.
– Как же быть?
– Не знаю… – она была бледна, зябко куталась в вязаную шаль. – Я предпочитаю не выходить из дома, но… так не может долго продолжаться. Хорошо, что Игорь сейчас ко мне не ходит. А вздумай он прийти, мне что, не впускать его? Он сразу обо всем догадается. Что я… В общем, я многие варианты перебрала в уме, и ни один не кажется мне надежным.
Адвокат не мог с ней не согласиться. Яковлев опасен, а когда узнает о визитке, которую нашли в машине, у него не останется выбора. Если Лена заговорит, ему конец. Не так представлял себе ситуацию умный, дальновидный Игорь Семенович. Да что поделаешь? Досадная случайность может погубить опытного профессионала, не то что убийцу-любителя.
– Пока Яковлев затаился, старательно изображает скорбящего вдовца. Но никто не знает, как он поведет себя, если начнет нервничать.
Лена сидела молча, будто не слышала. Страх сковал ее; позднее раскаяние точило душу, лишая сна и покоя.
– Зачем я с ним связалась? – она так сжала руки, что побелели косточки. – Какая дура! Дура… Была и осталась. Все потому, что ждала от мужчин любви, а они меня просто использовали. И Дима, и Игорь… каждый по-своему. Дима был плохим мужем, но по крайней мере он женился на мне не из-за денег. Жил со мной не так, как мне хотелось, но, видимо, по-другому он просто не умел. А Игорь… Боже мой, какой мерзавец!.. Ужас! Он все рассчитал с самого начала. Я его не интересовала ни как женщина, ни даже как друг. Это была сплошная ложь… сплошная ложь! А я-то, я! Купилась на дешевку – цветы, комплименты… банально до тошноты. Разочарованная женщина, страдающая от равнодушия мужа, самая легкая добыча для таких… проходимцев…
Лена заплакала.
– Как хладнокровно, без тени сомнения в своей правоте, он убил Галину, – продолжала она сквозь слезы. – Они прожили вместе много лет. И все эти годы… она не знала, что смотрит в глаза своей смерти! Разве не страшно жить в таком мире?
Артем вздохнул.
– Не стоит копаться в прошлом и оплакивать свои ошибки. Людям свойственно заблуждаться. Что было, то осталось позади. Нам надо думать о сегодняшнем дне. О вашей безопасности, Лена. Оснований для задержания Яковлева у следствия пока нет. Но если вспугнуть его, он пойдет на все.
– Вы считаете… он убьет меня? Конечно, убьет. Зачем я спрашиваю. Угроза попасть в тюрьму приведет Игоря в неистовство.
– Боюсь, что да! – вздохнул Пономарев. – Охрану к вам никто не приставит, живете вы одна. У вас есть близкая подруга?
– Нет. Я ненавижу женщин… из-за Димы. Внимание, которое он оказывает им, сделало их моими злейшими врагами. Так что у меня не то что подруги, приятельницы нет.
Адвокат задумался. С одной стороны, ему было жаль Лену, а с другой… она сама создала свой ад. Сначала вышла за Никитского, потом терпела его пренебрежение, потом… решила отомстить. Одна глупость следовала за другой, что и привело ее к такому грязному, жестокому концу. Муж в тюрьме, она соучастница убийства, любовник, который спал с ней ради бизнеса ее супруга, собирается лишить ее жизни… Нельзя прийти к счастью по скользким дорожкам. Компромисс с самим собой невозможен. Это путь в пропасть…
Пономарев не собирался ни поучать, ни укорять Лену. Его задача не исправлять людей, а помогать им выстоять в жутких условиях, которые они себе создали, и, по возможности, сохранить им жизнь.
Галине Яковлевой его помощь уже не нужна, а Лену Никитскую еще можно спасти.
– Нужно спровоцировать убийцу, – предложил Артем. – Заставить паниковать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
