В 1986 году мы с родителями переехали из голландского городка Лейден в северный Лондон. По субботам я иногда садился в автобус маршрута W3, шедший от «Александра-палас» до «Спурз». Мы ездили туда ради Осси Ардилеса и Криса Уоддла, но в первую очередь ради Ходдла. Он мог поднять мяч большим пальцем. Причем любой ноги.
Я вспоминаю об этом, когда тот рассказывает, что иногда говорит своему сыну Джейми, перспективному игроку в крикет: «Джи, когда переходишь эту белую линию, то иногда должен становиться актером, другим человеком. А уходя с поля, не надо быть агрессивным».
Я отвечаю ему, что удивлен: помню, что Ходдл всегда привносил в игру свой характер, свою личность. Казалось, что он всегда остается спокойным.
«Хм-мм, — отзывается футболист. — Это интересно, что вы заметили мое спокойствие. Я всегда наблюдаю за собой, когда просматриваю записи старых игр. Думаю, что действительно был спокоен. Я хотел выглядеть так, будто у меня больше времени, чем у других. Считаю, что на подобное способен Дэвид Бекхэм. Иногда Макинрой ведет себя так, будто у него очень много времени, когда готовится ударить. Возможно, когда мяч попадает к некоторым игрокам, он действительно меняет форму, становясь продолжением их тела. А другим это не удается».
Он делает паузу, а затем продолжает: «У меня был этот дар. Я был таким с раннего детства. У меня была способность не замечать соперников до тех пор, пока меня не сбивали с ног, хотя некоторые начинают бояться противника уже с десяти метров. Начинаешь их опекать, и они тут же впадают в панику». Ходдл смеется: «Я не сразу понял, что на самом деле визуализирую на долю секунды, когда даю пас и когда бью».
Он встает и на узорчатом ковре «Поло-бара» принимает позу, которую до сих пор помнит каждый английский болельщик старше тридцати пяти лет: Гленн Ходдл с широко расставленными руками готовится дать длинный пас.
«Так что, когда я видел Тони Гэлвина на левом фланге, и видел защитника, и Тони был здесь, — двадцать пять лет спустя Ходдл все еще видит обоих, но теперь где-то посреди «Поло-бара». — Наклоняя голову, чтобы ударить по мячу, я мог его видеть. Даже сейчас. Я могу наблюдать за Тони Гэлвином, и я вижу, куда собираюсь отправить мяч, через голову защитника. И я знаю, что он примет мяч именно в той точке».
Гленн вновь смеется: «Я просто визуализирую Тони. Знаю, где он, а где туннели. Я точно знаю, где нахожусь. Я это вижу!»
Тем не менее «Тоттенхэм» Ходдла ни разу не выиграл титул лиги. Гленн был странным образом неуместен в английском футболе. Он был строен, у него были красивые длинные ноги, и он не носился по полю словно маньяк-убийца. Поэтому его прозвали Гленда. Как часто он играл на собственной позиции?
«Наверное, всего один раз. Это был выездной квалификационный матч в Венгрии. Я находился за двумя нападающими. Кажется, забил два гола и дал одну передачу. Или забил один гол и выполнил две передачи. За мной вроде были три защитника, и я мог играть как раз позади Тревора Френсиса и Пола Маринера».
Я задаю простой вопрос: согласен ли он, что Англия никогда не верила в него так, как Франция в его современника Мишеля Платини?
«Совершенно верно. В 1980-х, особенно в этой стране, творческим игрокам было сложно. Поля были грязными. Можно было любым способом останавливать творческого игрока — бить его, оттаскивать за футболку. И не понести за это никакого наказания.
Ваши “Уимблдоны” и “Уотфорды” — вот причина того, что стиль “бей и беги” имел хоть какой-то успех. Четверку защитников зажимали в двух метрах от средней линии, и они играли в пространстве размером 60 на 40, обычно в грязи. Это была игра не для творческого человека, — голос Ходдла затихает от ужаса. — Мы засовывали голову в песок, в полном смысле слова, и не думали, что можно играть иначе. Сейчас все изменилось. Правило передачи назад открыло игру, и она развернулась во всей красе, на прекрасных полях».
«Я очень хотел уехать за границу», — продолжает Гленн. У него были предложения от «Шальке», «Кёльна» и эйндховенского «ПСВ». Он чуть не ушел в «Наполи», но в итоге выбрал «Монако» Арсена Венгера. В Англии футболист Ходдл так и остался на эпизодических ролях. Но, став тренером, вознамерился все изменить.
В 1993 году в Роттердаме Рональд Куман, которого к этому моменту должны были удалить с поля, произвел свободный удар в обвод «стенки» англичан. И в 1994 году британцы не получили кубка мира. Грэма Тейлора уволили. Футбол в стиле «бей и беги» отвергли. В конце концов, Англии пора было превращаться в страну европейского футбола.
Сначала эту задачу возложили на Терри Венейблса, потому что в то время Ходдлу было всего тридцать шесть лет. Он он уже был играющим тренером «Свиндона» и учил команду красивому континентальному футболу.
Затем он перешел в «Челси» и в 1996 году, в тридцать восемь лет, стал самым молодым наставником в истории. У него появилась возможность, которой он никогда не имел как игрок: указать английскому футболу новый путь. И в один прекрасный день в октябре 1997 года ему это удалось.
Я спросил его, каким матчем на посту тренера английской сборной он гордится больше всего. «Определенно, игрой на выезде в Риме. С Италией».
Чтобы попасть напрямую на чемпионат мира, Англии была необходима ничья. «До этого момента Италия выиграла 17 матчей из 17-ти, — сказал Ходдл. — Ни единой ничьей».
Он вывел на поле восемь защитников. Британская команда устроила самый дисциплинированный перформанс, который до сих пор помнят ее фанаты. Тем не менее за две минуты до конца игры все было почти потеряно.
«Не знаю, помните ли вы, — говорит Ходдл, — но я помню, как будто все было вчера, ведь это был тот единственный раз, когда я физически почувствовал, что сердце может выскочить из груди. Райти [Иан Райт] ударил по воротам. Подбежал Тедди [Шерингем], и он должен был забить. Его остановили. Они пошли на левый фланг, прямо перед нашей скамейкой. Вьери попятился, ударил головой назад, к воротам. Я помню, что Дейв Симен не двигался. Мы не видели, куда ударил Вьери. Я весь вспотел. И думал, что мяч уже в воротах».
После игры, когда ликующий Ходдл рассказал о своих переживаниях Симену, вратарь ответил: «Не стоило волноваться, мяч ушел в сторону». Гленн рассказывает так, что становится ясно: голкипер вообще не видел, куда летел снаряд.
Игра закончилась со счетом 0:0 и сразу превратилась в легенду под названием «итальянская работа» (The Italian Job). В тот вечер Англия поменялась местами с Италией. Ходдл создал современную команду, способную учиться у других. Будущее английского футбола наступило.
Несколько других тренеров английской сборной пытались повторить «итальянскую работу», но тщетно. Более привычная картина для британцев — тот момент игры с Хорватией на «Уэмбли» в 2007 году, когда шестеро защитников не смогли остановить единственного нападающего соперников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
