Несколько других тренеров английской сборной пытались повторить «итальянскую работу», но тщетно. Более привычная картина для британцев — тот момент игры с Хорватией на «Уэмбли» в 2007 году, когда шестеро защитников не смогли остановить единственного нападающего соперников.
Ходдл вспоминает о поворотном моменте в карьере, из-за которого он и проводит этот зимний день со мной в «Поло-баре», а не в каком-нибудь большом и успешном клубе. Он наступил на Кубке мира в 1998 году и напоминал мгновение, когда мяч Вьери пролетел у верхнего угла ворот Симена.
Момент: когда Сол Кэмпбелл забил мяч, а его не засчитали. Матч: Англия — Аргентина в Сент-Этьене. Восемнадцатилетний Майкл Оуэн забил сольный гол. После первого тайма счет был 2:2. Сидя на трибуне для прессы, я посмотрел вверх и увидел, как шотландский репортер Патрик Барклай кусает пальцы. Он взглянул на меня и выразительно поднял брови: я тоже сунул кулак в рот. Никто из нас не понимал почему, ведь мы оба болели не за Англию.
В начале второго тайма Бекхэм слегка толкнул Диего Симеоне, почти проходя мимо, и был удален в поля. Перед финальным свистком, перед штрафной аргентинцев, где было полно людей, а счет все еще оставался равным, Кэмпбелл головой забил мяч в сетку.
Ходдл говорит: «Мы думали, что справимся вдесятером. А потом я увидел, как пятеро моих игроков радуются голу у углового флажка. Аргентинцы разыгрывают мяч с центра и атакуют по правому флангу, а у меня на поле всего пять футболистов!» Гленн помнит, какой был фланг, потому что до сих пор видит эту картину.
«И я помню, как Гари Невилл взлетел на дальнюю штангу и отбил мяч на угловой. И мы пытаемся вернуть в игру всех игроков. Это потрясающе. Потрясающе».
После основного времени была назначена серия пенальти. Пол Инс и Дэвид Бэтти пробили неудачно. Мало того что сборная Англии никогда не практиковалась в одиннадцатиметровых, Бэтти до этого вообще не пробивал пенальти.
«Вам нравились такие игры, такие моменты?» — спрашиваю я.
«Это фантастические моменты, да, — отвечает Ходдл. — Это лучшие мгновения в работе тренера. Ты не помнишь, сколько денег заработал. Но помнишь такие моменты».
«Но Сент-Этьен — это неприятное воспоминание?»
«Почему же? Это было титаническое усилие. Мы весь второй тайм и в дополнительное время играли вдесятером против лучшей команды. Это же была не Швейцария какая-нибудь. Мы почти справились. И победили бы, выполняй арбитр как следует свою работу. Дэвид не должен был уходить с поля. И я до сих пор не понимаю, почему не засчитали гол Сола Кэмпбелла».
Здесь навыки визуализации подводят Ходдла. Бекхэм толкнул Симеоне. И как раз перед тем, как Кэмпбелл ударил головой, Алан Ширер стукнул локтем аргентинского вратаря.
Я цитирую Гленну слова другого бывшего футболиста, утверждавшего, что моменты, когда вся команда сидит в раздевалке, уничтоженная, повесив голову, тоже важны. Солидарность общей боли — тоже ценность. Просто понимаешь это не сразу.
Сегодня Ходдл спокоен. Его возбуждение прошло. «Так и есть. К сожалению, они не такие, какими ты их себе представляешь. Я всегда думаю, если бы тогда мы победили, хотя нас было всего десять, что бы произошло? Существует “инерция прессы”, которая не всегда оправданна. И, я думаю, что нас могла бы захватить инерция этого матча. Но не знаю, куда бы она нас привела».
В 1998 году он был уверен: если бы не красная карточка Бекхэма, команда смогла бы выиграть Кубок мира. В очень плохо написанной автобиографии «Гленн Ходдл: Моя история чемпионата мира 1998 года»[48] (Glenn Hoddle: My 1998 World Cup Story) он пишет: «Я до сих пор абсолютно уверен, если бы мы выиграли у сборной Аргентины, то стали бы чемпионами мира. И никто не изменит моего мнения: если бы нас было одиннадцать, мы бы победили».
Правда, после Аргентины Британии требовалось одержать верх над Голландией, Бразилией и Францией. Но это уже детали. Последние слова книги: «Я всегда верил, что это должен был быть я. Это должна была быть Англия».
Я замечаю, что для Гленна тот чемпионат мира не закончился.
«Представляете, я никогда не смотрел запись той игры. Хотя нет, смотрел, когда мы вернулись домой. Но никогда не анализировал. Будет интересно прокрутить ее сейчас. Как старый спектакль, который спустя много лет воспринимаешь не так эмоционально».
Через восемь месяцев после «Сент-Этьена» карьера Ходдла в высшем эшелоне футбола закончилась. В интервью газете The Times кто-то процитировал его слова, будто инвалиды наказаны за грехи, совершенные в прошлых жизнях. Публика решила, что это, во-первых, странная идея, а во-вторых, бестактная по отношению к людям с ограниченными возможностями.
«Меня происходящее раздражало, — размышляет Гленн. — Написанное не являлось моими убеждениями, я сказал совершенно другое. Но в моей жизни были люди, настолько слабые, что, испугавшись, отвернулись от меня». Он имеет в виду представителей Футбольной ассоциации, использовавших эти слова как возможность избавиться от непопулярного тренера. «На самом деле мои результаты лучше, чем у кого бы то ни было в международном футболе, так что, эээээ…»
Неожиданная точка зрения. Как бы там ни было, но в международном футболе некоторым удавалось стать чемпионами мира. А Гленн добрался только до шестнадцатого места.
«Лучше, чем у кого бы то ни было в международном футболе?» — повторяю я.
«Если посмотреть на статистику, то мои результаты одни из лучших среди английских тренеров. Меня уволили по причинам, не связанным с футболом». Он прав и в том, и в другом. При Ходдле сборная Англии выиграла 61% из всех двадцати восьми матчей, проведенных под его руководством. За ним следуют Альф Рэмзи, Рон Гринвуд, Свен-Ёран Эрикссон и все довоенные селекционные комитеты вместе взятые — они держатся плотной группой, отставая от него примерно на 60%. Это позже придет Фабио Капелло и отодвинет всех. Даже после неудачного выступления его команды на чемпионате мира в Южной Африке к ноябрю 2010 года под его руководством сборная Англии выиграла 69% матчей.
Ходдл прав и в том, что его карьера закончилась исключительно из-за его дурацких заявлений о вещах, не имеющих отношения к игре.
«Это было болезненно?»
«Что? Эммм…»
Увольнение.
Пока он об этом размышляет, на телеэкране появляется какой-то певец, похожий на Элвиса. «Я бы сказал, что увольнение было огромным разочарованием, потому что я знал: мы способны на большее». И он перечисляет своих фантастических игроков. «Ширер, Инс, Шерингем, Оуэн — тогда он был еще щенком. Тони Адамс, Кэмпбелл, Невилл. Молодой Бекхэм. Скоулз. Господи, “бриллиант в моей короне”, так я его называл. Стюарт Пирс. Футболисты, которые могли по-настоящему гордиться тем, что делали».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
